Куратор 3 - Никита Киров

Я достал из багажника сумку со всякими приспособлениями и маской. Достал сумку с гримом. Включил запасной телефон, и он сразу зазвонил.

— Ну что? — раздался в трубке голос майора Степанова. — Не знаю, что ты там придумал, но те менты, о которых мы говорили, уже на подходе. Чё делать-то надо?

— Слушай внимательно, сейчас всё объясню, — сказал я, а приложение искажало мой голос.

Ну а Барон ждал, когда я его задействую.

Глава 15

Разумеется, Трофимов понимал риски, что лишняя «прокладка» между ним и телефоном повышала общую вероятность слива данных на сторону.

Но, во-первых, он считал, что говорить напрямую ещё опаснее. А во-вторых, человек он старый, привычки менял неохотно. Когда-то привык делать именно так и теперь будет говорить таким образом аж до самой смерти.

Конечно, понимая, что в городе живёт человек, который в курсе его тайных переговоров и многих других дел, Трофимов должен был следить за охраной своего секретаря.

Самое важное через помощника он не передавал, но Андрейченко всё равно знал достаточно. Он лояльный и надёжный, но старик прекрасно знал, что даже лояльного могут запугать или перекупить, или подставить, заставив пойти против шефа.

Старик понимал необходимость и важность охраны этого человека. Он вообще многое замыкал на себе, предпочитал, чтобы всю картину не понимал никто.

Он-то всё понимал. А вот люди, что каждый день проверяли и охраняли секретаря шефа, разумеется, уставали. Изо дня в день, из года в год ничего не менялось. Поддерживать бдительность в течение долгого времени очень сложно, особенно когда ничего не происходит.

Андрейченко приезжал с работы, гулял с собакой, ходил к любовнице, после чего возвращался домой. Этот распорядок не менялся годами.

Да, Трофимов понимал и это, постоянно менял охрану, наблюдение, но он не мог посвящать этому всё своё время, и сейчас у него хватало иных проблем.

На это я и рассчитываю. Первый этап плана — вычислить, где находится Андрейченко и где будет вечером, второй — изолировать на время, чтобы Трофимов этого не понял, а сам секретарь не горел желанием ему об этом рассказать.

Да, работай я против Трофимова со стороны, я бы не знал об этой лазейке. Но я знал лично Андрейченко, лично Трофимова. Я чекист, такие вещи подмечаю, а о его любовнице слышал много.

Я обо всех любовницах своих коллег слышал, это моя работа была, в конце концов, такие вещи знать. Я же следил за безопасностью фирмы и прекрасно знал, сколько утечек может случиться, когда человек после работы ходит налево. Враги тоже это знают.

Знал, но не всё. Моя работа здорово бы упростилась, знай я о том, с кем он спит. Встретил бы его там или вербанул бы её саму, так было бы вообще отлично. Но я не знал её. Знал только, что Алексей Андрейченко ходит к любовнице после работы, и всё. Знал я, знал Трофимов, знала группа наблюдения.

Поэтому работаем с тем, что есть. Будь у меня группа прикрытия, хотя бы эта группа УСБ, моё дело было бы намного легче. Организовал бы наблюдение, засады, условные знаки. А так — помощь была ограниченной, только знакомые менты Степанова, Барон и я сам, при этом ещё надо оставить следы Гойко.

Поэтому понимал, что многое придётся решать на месте и много импровизировать.

— Ну что, Барон? — сказал я. — Хор-роший.

Он сидел у двери. Я завёл его в снятую на сутки квартиру, разумеется, за наличные, хотя собак пускать сюда запрещали. Но пёс мебель не дерёт, дома не гадит. Он смирно сидел на коврике, наблюдая за мной.

— Ты сегодня повеселишься, — я усмехнулся. — Как раз по тебе задача.

Он открыл пасть и высунул язык. Ему неважно, что делать, лишь бы чем-то заняться, желательно с хозяином.

Я продолжил подготовку. Квартира снята в том же жилом комплексе-новостройке, где жил Андрейченко, и его адрес я помнил. А вот куда он ходит, надо выяснять на месте, и без долгой слежки. Сейчас многое сходится воедино, вот и приходится много работать.

Первый этап плана состоял в том, чтобы перенести внимание Трофимова на что-то другое. Чтобы он не отвлекался на безопасность помощника и даже не думал о нём этой ночью.

Я невольно вспомнил, как давно, где-то лет пятнадцать назад, смотрел со своими пацанами «Властелина колец», и там постоянно показывали огромную башню с глазом, что следила за обстановкой.

Вот и сейчас надо этот глаз отвлечь в другую сторону, чтобы он светил не туда, где я работаю.

Но тут я давно подготовил крючок.

Пока же я начал. С помощью силиконовой накладки сделал себе небольшое брюшко, но не стал добавлять накладки на ноги. Пусть буду таким дрыщеватым мужичком лет тридцати, у которого выросло небольшое пузо, а в остальном он остался тощим. Такие встречаются сплошь и рядом.

Причёску я поменял с помощью короткого парика, надел очки и достал все нужные приспособления для того, чтобы сделать растительность на лице. Проще всего на лице изобразить усы, и они будут смотреться естественно, особенно в это время, когда на улице темнеет.

Но усы сейчас мало кто носит, и вместо маскировки получу лишнее внимание, поэтому мне пришлось заморачиваться с козлиной бородкой. Но после этого вполне походил на какого-нибудь офисного менеджера, который пришёл с работы и вынужден гулять с собакой.

Менеджера молодящегося, привыкшего с юных лет есть всё, что угодно, но который пропустил момент, когда это стало влиять на лишний вес. Такой менеджер наверняка ходит в фитнес-клуб, после которого по пути домой заходит в супермаркет и покупает мороженое.

Я снял часы, ведь Барон всё равно признаёт новый запах, проверил очки и сменил на другие, а то эти не смотрелись, подёргал бородку. Сидело хорошо. Надел клетчатую рубаху, выбрал кепку получше, надел яркие кроссовки. Сбрызнулся одеколоном, помял воротник.

Пёс уставился на меня и издал непонятный звук, что-то похожее на скуление, будто не узнавал.

— Барон! — позвал я. — Хор-роший.

Первым делом дошёл до новостроек, где жил Андрейченко, ведя собаку на поводке с таким видом, будто гуляю здесь каждый день. Конечно, собачники сразу поймут, что раньше не видели, вон они кучкуются, но в этих домах новые жильцы появлялись каждый день. Никого не удивлю.

Дома эти, абсолютно одинаковые, отличающиеся только аляповатыми цветами, были минимум в пятнадцать этажей, поэтому народа здесь живёт уйма.

Двор заставлен машинами, повсюду видны вывески сетевых магазинов, у одного подъезда стояла скорая. Дети играли на детской площадке, кто-то пил