Богиня жизни и любви - Юлия Александровна Зонис

Зачем он вообще упомянул обвинителя? Показалось, или по лицу фон Заубервальда промелькнуло какое-то странно неприязненное выражение?

- О да. Блестящий молодой… человек.

На слове «человек» он почему-то сделал паузу.

- Это насчет ложных жертвоприношений, верно?

Собравшиеся за их спинами жрецы, до этого беззаботно лакомившиеся чужими гостинцами, загомонили. Громче всего звучал козлиный тенор старого первосвященника в отставке, Иллимана Ад-Дапи, который, кажется, счел слова фон Заубервальда личным оскорблением.

- Гнусные сплетни! – визжал он. – Верховный жрец храма Ашшура мой кузен и личный друг, он никогда бы…

Знаменитый путешественник обернулся и окинул всех своим спокойно-благожелательным взглядом, и почему-то крикуны угомонились, а в беседке как будто чуть похолодало. Ах да, солнце валилось за черепичную крышу приюта, и тени на дне дворика-колодца сгустились.

Снова обернувшись к Мардуку, Отто накрыл его руку своей, хрупкой и полупрозрачной, словно кость или камень на дне реки, вымытые временем до почти известковой белизны.

- Вы, молодой человек, конечно, ничего не слышали о диаграмме Исикавы?

Пьецух мотнул головой.

- Разумеется, не слышали, - кивнул собственным словам фон Заубервальд. – Не ваш мир. Но неважно. Я не стану расписывать саму диаграмму, тем более что она относится скорей к производственным процессам, чем к журналистским или криминальным расследованиям. В целом, суть даже не в самой диаграмме. В мое время, а именно в сороковые годы очень далекого от вас века, много задумывались о решении проблем на производстве. И завод «Тойота» был в этом плане одним из самых передовых. Так вот, сначала Исигава разработал свою диаграмму, а потом и сам Сакити Тоеда придумал метод «пяти причин»…

Тут он замолчал, уставившись на последнюю розовую полосу света на глухой, оплетенной плетями дикого винограда стене приюта и как будто забыв о собеседнике. Видно было, что его мысли блуждают очень далеко от этого дворика. Сам Мардук ничего не слышал ни о заводе «Тойота», ни о Исигаве или Сакити. Может, это было до зимы Фимбул? Но почему Заубервальд говорил об «его» времени? Он, конечно, был стар, но не настолько же…

- Если вкратце, - продолжил старец, - Тоеда считал, что с помощью пяти «почему» можно найти корневую причину любой проблемы. Достаточно лишь правильно сформулировать вопрос, почему произошло то или это, найти прямую причину, затем задать следующий вопрос – почему произошла она, и так далее. В среднем пяти вопросов вполне хватает, если первый сформулирован верно. Итак, Мардук, попробуйте сформулировать свой вопрос.

Теперь фон Заубервальд глядел прямо на него, и глаза старика уже не казались Пьецуху выцветшими, а их взгляд отсутствующим. Напротив, он был весьма остер.

- Это такая игра? – нерешительно протянул Мардук. – Вроде игры из страны Чжунго?

- Да, примерно так, - улыбнулся бывший путешественник.

- Хорошо, тогда первый вопрос – почему в храмах Астарота/Астарты приносят жертвоприношения Бельфегору?

Иллиман за спиной опять что-то вякнул, но фон Заубервальд заткнул его одним жестом. Что, подумал Мардук, само по себе странно – пускай у первосвященника сейчас выпали все зубы, и он наполовину выжил из ума, в свое время Ад-Дапи обладал огромной властью, и не должен был уступить так быстро…

- Отличный вопрос, - сказал Отто. – И каков же ответ на него? Самый простой и очевидный?

- Потому что Астарота/Астарты нет, - неожиданно для себя выпалил Мардук.

Сзади прозвучало несколько охов и приглушенных воплей, и кто-то из отставных жрецов, кажется, даже грохнулся в обморок.

- Следующий вопрос. И давайте дальше без моей помощи.

- Почему его нет? – продолжил Мардук.

- Ответ?

Пьецух сердито засопел.

- Откуда мне это знать?

- Я же говорил вам, - терпеливо произнес фон Заубервальд, - дайте самый простой, очевидный, понятный всем ответ.

- Ну если понятный всем, - с неожиданной злостью сказал Пьецух, - то потому, что Астарот/Астарта гостит у своей сестры в подземном царстве Кур.

- Почему Астарот/Астарта в подземном царстве Кур? – продолжил за него Отто.

Мардук уже откровенно злился. Фон Заубервальд говорил о каком-то заводе, и очень легко с помощью этого метода решить, почему с производственной линии сошла партия колченогих медных големов. Потому что какой-то болван на конвейере прикрутил деталь не так, потому что ее пропустил отдел контроля качества, потому что специалист отдела контроля качества поссорился накануне вечером с женой и всю ночь сидел в кабаке в квартале Рыбников, дегустируя арак. Все просто. Но как ответить на вопрос, зачем могущественный демон, Герцог Бездны, поперся в царство мертвых? Самый простой ответ, конечно, таков, что его убили. Только хренушки. Невозможно убить демона в Бездне, а Великого Герцога невозможно убить нигде – иначе с чего бы Королю Кубков раз за разом штурмовать Туманный Берег, не в поисках же собственной смерти? Развоплотить на время, это в принципе реально – но даже если бы так, вряд ли у Бельфегора хватило бы наглости воровать жертвоприношения своего супруга/супруги. Ведь когда-то он вернется, и тут начнется крышесносная, невообразимая жесть.

- Подумайте, Мардук. Включите голову. У вас есть нужная информация. Кем был Астарот/Астарта до того, как стать Герцогом Бездны?

Мардук не видел, но затылком чувствовал, как часть старых жрецов вытащили кристаллы памяти, намереваясь записать еретические речи и тем же вечером слить записи в Синедрион, а остальные уже точно валялись в обмороке.

- Я не буду говорить это вслух, - едва сдерживая ярость, произнес Мардук. – Не знаю, Отто вы там Заубервальд или нет, но вы точно провокатор. Стыдно, в ваши-то лета.

- Вы и не представляете, насколько стыдно, - хмыкнул фон Заубервальд и повернулся к деду Мардука, белому как известка.

- Кажется, мы не окончили партию. Вернемся к игре?

Глава 7. Корневые причины

«Я не думал, что будет так тяжело. Я честно считал, что главное – прорваться, а потом два «инферно» нейтрализуют друг друга, хлопок, и ничего нет. Но на меня давила стена черного огня. Огромная, шириной во всю степь, высотой до неба, и я со своим жалким «инферно» был для нее лишь песчинкой. Она теснила меня, и я отступал, шаг, два, а потом почувствовал что-то под ногой – это была Ылдыз, и я понял, что успел добежать до нее, что я все еще в храме, что за моей спиной поверившие мне люди, и отступать мне уже некуда. Я уперся