Падение - Ксения Вокс

– Что это было? Почему он? – заикаюсь и смотрю на всех по очереди.

– Гипноз? – спрашивает Сэм у меня, а потом переводит взгляд на Дейва и Бобби. Последний качает головой.

– Скорее всего, это ещё одна способность, как манипуляция волей, дар убеждения. Попробуй кому-нибудь из нас что-то приказать, должно сработать.

Я смотрю на Мариссу, а она смотрит на Сэма:

– Убей тех, кто за рулём, – с губ срывается приказ, и парень меняется в лице. Взгляд стеклянный, на лице нет эмоций. Он встаёт и, как будто под влиянием, но я хватаю его, а Марисса поворачивает к себе. – Спать! – он тут же обмякает.

– У меня только что встал! – говорит насмешливо Дейв, а остальные только цокают.

– Эй, там! Генрих! Какого хрена?! – нас резко кидает к кузову, но через пару секунд мы, не сговариваясь, спрыгиваем на землю. Бобби, схватив Сэма за спину, спрыгивает следом. Меня подталкивает Марисса, и мы несёмся в темноте, не разбирая дороги, а за нами те ненормальные.

– Убить их! Убить на хрен! Разорву!

Из-за абсолютно неразборчивости дороги я несколько раз спотыкаюсь, падаю, но встаю. Это словно бежать с закрытыми глазами без права вообще что-либо видеть впереди. Благо, голоса за нами немного стихают, но никто даже не пытается остановиться. Мысли лихорадочно разбегаются, и я уже хочу сказать, чтобы мы остановились, не успеваю даже пискнуть, земля уходит из-под ног и наступает невесомость…

Удар.

Темнота.

Да сколько можно, а?!

***

Распахиваю глаза со вздохом, как будто только что вынырнула из воды, и осматриваюсь по сторонам. Не могу понять, почему передо мной деревянные толстые балки. Неверие медленно растекается по телу, каким-то липким страхом. Он поступает в кровь, заставляя адреналин бурлить, а сердце громко биться. И чтобы никто меня не заметил, я осматриваюсь по сторонам. Недалеко горит самый настоящий костёр, а вокруг него сидит куча народу, и все как один о чём-то разговаривают.

Пробегаю взглядом по людям и не понимаю, в каком месте я нахожусь. Вроде мы бежали… Точнее, убегали от погони, а потом я упала.

Где остальные?

Сглатывая вязкую слюну, понимаю, что очень хочу пить, и писать тоже. Поднимаю взгляд наверх и вижу, что это клетка. Вся эта конструкция очень грамотно построенная и обмотана толстой верёвкой, собственно, как и я сама, к столбу.

Верчу головой по сторонам в поисках таких же конструкций. Может, где рядом сидит Марисса или парни, но ничего не вижу. Там кромешная темнота. Конечно же, моё сознание начинает работать, и автоматически в голову лезут картинки всех будущих развитий событий.

Убьют?

Хотя нет, Дейв говорил, что женщин не только убивают, но носилуют, а ещё детей заставляют рожать. Тело непроизвольно начинает пробивать мелкая дрожь от вдруг пришедшего осознания. Я одна.

И почему меня никогда не выпускали за стену? Хоть привыкла бы к опасностям! Некогда паниковать, нужно понять, как выбраться отсюда, пока меня не продали какому-нибудь ненормальному!

И почему они галдят?

Неужели не боятся бракованных?

Перевожу взгляд на движение у костра, и сначала не обращаю на это внимание, скользнув взглядом по другим незнакомым людям, но через секунду возвращаюсь. Болезненно морщусь от яркого света, но огонь не выжигает мне глаза, даже кажется стало легче после тех событий в лаборатории.

Моё тело напрягается, а рот приоткрывается, когда передо мной открывается картина… мужчины, что сидели в первых рядах, начинают гоготать с такой силой, что тело непроизвольно покрывается мурашками от отвращения. Они как будто под каким-то дурманом, смеются и хлопают в ладоши, когда один из этой всей шайки прижимается к девушке.

Когда она появилась?

В первые секунду я думаю, что она вот сейчас оттолкнет от себя этого человека, но та не отталкивает, а наоборот принимает ласки. Покорно ластится к руке мужчины, к телу, которое бесцеремонно лапают.

Неужели?.. Да нет!

Я морщусь от разворачивающейся картины, и мне вдогонку летят слова, подтверждающие того, чем все это закончится.

– Трахни её! Трахни её! Размозжи её киску!

Господи!

Пожалуйста!

Только не это!

Прогремевшие слова поддерживают, как минимум, двадцать человек, а я не могу вымолвить ни слова, я в шоке. В шоке до такой степени, что сначала не поняла, что мужчина, развернув к себе девушку, ударил, а потом впился в губы. Доли секунд… сорвал с неё какие-то тряпки… а дальше я уже не смотрела, начало тошнить. Жаль, что мои руки были завязаны за спиной, то и звуков бы не слушала. Зажмурилась с такой силы, надеясь, прекратить этот момент, испариться!

– Что, не нравится наша традиция брачной ночи? – голос сбоку от меня заставил дернуться, да так, что в плечах что-то хрустнуло, я открыла глаза и уставилась на человека около клетки, он смотрел спокойно, но в глазах цвета насыщенного неба играл интерес.

– Нет… – выдавила я.

– А жаль, – усмехнулся он. – Замуж-то тебе тоже выходить.

– Через мой труп! – выплюнула я и от своей же дерзости дернулась, прижав колени к груди. Теперь стало по-настоящему страшно; мужчина улыбнулся какой-то совсем не доброй улыбкой.

– Мне говорили, что ты бойкая и дерзкая, но ничего, мы исправим это. Что насчёт трупа, то не беспокойся, наши мужчины в общине очень любят лакомиться такими вещами.

От его сказанных слов раскрыла глаза шире, или это они сами стали большими, я не знаю! Но поняв, что даже после смерти моим телом, или кого-то другого могут продолжать пользоваться, стало не по себе! Больные!

– Кто вы такие? – я хотела задать вопрос более уверенным голосом, но тот надломился, вызвав этим у незнакомца хищную ухмылку. – Где мои…

– А ты о твоих друзьях? – его брови приподнялись, он задумался, а потом ответил: – Должно быть, где-то здесь. Ты не переживай, к утру жива останется только твоя подружка.

Я не успела ничего сказать, он кому-то кивнул, и к клетке подошли несколько человек; они открыли небольшую дверцу, направляясь ко мне.

А кто это так заорал? Я?

Я неистово дёргалась, пока меня отвязывали от бревна и поднимали на ноги. Кто-то, по-моему, очень сильно ударил меня по щеке, в глазах потемнело, но я не переставала бороться. Все, чему меня учили в Эмбервуде и даже в лаборатории, напрочь вылетело из головы. Все, что я могла, так это брыкаться, как ненормальная, и кричать, чтобы меня не трогали.

– Отведите её ко мне, – где-то сквозь страх и слезы я слышала голос мужчины, но по сравнению с