Академия Сна и Грез - Владарг Дельсат

Милалика

Только отправив в школу Аленку и неразлучного с ней Всеслава, я отправляюсь к Кощею, надо поговорить все же. Детям, кстати, все сложнее расставаться вечером, и что-то это мне уже очень напоминает. Но десять лет же всего… Ладно, потом с Варей поговорю. Сейчас мне нужен Кощей, а еще мне интересно, почему Талита со стула старалась не вставать, а если вставала, то сразу садилась. Это может значить совсем непростые вещи, которые мне совсем не нравятся. Но в первую очередь Кощей.

Сережа едет со мной, а вот дети остаются с бабушкой, потому что без мужа мне сильно некомфортно, а с нашими младшими некомфортно уже Кощею — шумные они, мои прелести. Я раздумываю над тем, что видела. Девочка зафиксировалась на Аленке, но тогда это значит, что слова о том, кто у нас мама, она просто не восприняла, только лишь приняв к сведению, потому что «так мама сказала». Тогда сказка у нас другая получается.

— Думаешь, малышка фиксирована на Аленке? — интересуется муж, и я снова поражаюсь, как у нас мысли-то сходятся.

— Думаю об этом, — отвечаю ему. — Вполне возможно, не зря же она ушки попросила?

— Тогда у Аленки будут приключения, — хмыкает Сережа. — Надо будет с ней поговорить.

— Да, — соглашаюсь я, прислоняюсь к нему. — Как бы не оттолкнула, но она у нас девочка умная, да и Всеслав…

С этим согласен и муж: хороший мальчик у Вари подрос. Есть у меня ощущение, что не так у них все просто, но этой проблемой можно заняться попозже, а сейчас мы приехали. Карета останавливается, позволяя нам выйти, чтобы направиться к Кощею. Девочка в переходном мире, значит, в принципе, ее оттуда можно достать, чтобы выяснить, что происходит. Да и Талите там откровенно плохо, а это совсем непорядок.

— С чем пришли? — интересуется бессмертный представитель мифологии.

— Здравствуй, — улыбаюсь я. — Помнишь бездушную, что тебе отдали?

— Помню, — кивает Кощей. — Очень интересная конструкция, что-то с ней?

— Ее душа к дочке, похоже, притянулась, — объясняю я. — Она в переходном мире, но у нее что-то совсем неладно, а ты же обещал, что не будет такого?

— Неладно, говоришь… — в задумчивости отвечает он. — Из промежуточного я ее не вытащу… Тут нужно, чтобы кто-то забрал. Ну-ка…

Кощей достает довольно крупное блюдо, небрежным движением запуская яблоко по кругу. Некоторое время ничего не происходит, затем блюдо обретает глубину и четкость. В общем-то, я понимаю, кого там увижу, поэтому совсем не удивляюсь.

— Чегось надо? — сварливым голосом интересуется Яга.

— Душа бездушной путь нашла, — сообщает ей Кощей. — Но, говорят, неладно у нее. Пошли там за ней кого, пущай приведут, что ли.

— Сколько ей там, года три? — припоминает она. — Не положено же до пяти? Или положено?

— Положено, — встревает Сережа. — Царский дом не ошибается.

— Ладно, договорились, — кивает Яга. — Кикимору пошлю, пусть развеется… Что такое⁈ — явственно удивляется она. — Вот помяни черта!

Связь прерывается, а я настораживаюсь — если я правильно помню, у Аленки сейчас как раз ведовство, а его ведет как раз Кикимора Александровна. Если что-то случилось, то мне это не нравится точно, поэтому я резко поднимаюсь, но тут Яга возвращается.

— Царевне с царевичем очень надо домой, — немного язвительно сообщает она. — Кикимору я сейчас пошлю. Ей тоже очень надо, а то я ее прибью!

— Что случилось? — едва держа себя в руках, интересуюсь я.

— Кикимора проявила… Как лекари говорят, «чудеса интеллекта» проявила, — хихикает Яга, глядя на меня сквозь блюдо. — Дочь твоя обрела истинную пару. Так что…

— Твою… — негромко комментирует Сергей. — Нам срочно нужно домой!

Истинная пара у Аленки может быть только одна, что произошло — любимая доченька расскажет сама дома, что случилось и как это стало возможным. Насколько я понимаю, мы имеем дело с косяком Кикиморы, поэтому в качестве наказания она малышку приведет. Ну и хорошо.

Распрощавшись с Кощеем, почти бегом отправляемся к царской нашей карете, а Сережа уже на ходу вызывает тезку. Истинная любовь — это чудо, очень большое чудо, но вот в десять лет — это с ходу проблема, потому что дети расстаться не смогут. Истинная любовь ничего общего с половой сферой не имеет, это скорее связь душ, но для нас суть не меняется, потому что сюрприз получается у обоих семейств.

— Ну, комнат во дворце до… много, — не очень красиво высказываюсь я, поправившись в последний момент. — Княжеский титул у Вари с Сережей и так есть.

— Боярский, — поправляет меня муж, объясняя тезке величину проблемы. Хорошо, что тот врач и все понимает с ходу. В такой ситуации засыл сватов будет выглядеть смешно, но будет, конечно, традиции — они для всех.

— Будет княжеским, — машу рукой я, отчего он хихикает. Да, у мамочки тоже сюрприз будет, но мы справимся.

Сорвавшаяся с места карета покрывает расстояние до дома чуть ли не быстрее, чем школьная, ну и рев раздраженного Горыныча говорит о том, что Варя тоже нервничает, поэтому мы встречаемся на крыльце. Подруга поняла только, что дети скоро прибудут, ну и что их разлучать теперь — очень плохая идея. Подробностей она не знает, поэтому вылезает из своей лекарской кареты чуть ли не бегом, держа младшую свою на руках, хоть та для такого передвижения уже великовата.

— Что случилось, Милалика? — спрашивает меня Варя, стараясь говорить спокойно, я вижу.

— Дети наши, — отвечаю я ей. — На уроке слились, похоже. Пробудилась истинная…

— В десять лет⁈ — ошарашенно замирает подруга, явно пытаясь уложить информацию в голове.

Да, мне тоже трудно, потому что происходящее вообще никак не объясняется, но тут подъезжает карета, и я вижу Аленку со Всеславом, понимая — да. Именно истинная и навсегда. Видит это и Варенька, пошире раскрывая глаза. Я приглядываюсь и начинаю хихикать — дети наши получили и ведовской дар. По-видимому, одарили их прямо на уроке, что редко, но случается, конечно.

— Ну пойдем, пообщаемся, — привлекает к себе внимание Сережа, который муж, а не который доктор, хотя тот тоже с тезкой солидарен.

— Ой, — сообщает Аленка, но ее вмиг укрывает от всего Всеслав, хоть и знает, что даже ругать не будут, ибо не за что.

Расцепиться они уже не могут, при этом не особо, как я вижу, понимая, что именно происходит. Ну что же… Сейча-ас мы им все расскажем!

Глава двадцать первая

Аленушка

— Хорошо, что нам за это