Уровни силы 2 - Nezloi

Кстати, за его спиной, прямо на полке среди бутылок с алкоголем, лежал двуствольный обрез.

Людей в баре было немного, а те, что были, все поголовно пили водку и закусывали либо килькой в томате, либо тушёнкой из неизвестного зверя.

— Бармен, есть чего существенного пожрать? Три недели горячего не видел.

— Через пять минут будет готова жареная картошка.

— Давай две… Нет, три порции и пива!

Взяв с меня две тысячи рублей за еду и пиво, бармен отошёл.

В конце ангара от общего пространства была отгорожена комната, которая, судя по доносившимся оттуда запахам, исполняла роль кухни.

Ждать своей порции картошки долго не пришлось: фанерная дверь кухни открылась, и оттуда показалась толстая женщина средних лет в грязном, некогда белом переднике. В одной руке дама держала поднос с огромной тарелкой жареной картошки и парой здоровенных ломтей хлеба. Другая лежала на широком кожаном поясе, на котором висел револьвер в открытой кобуре.

— Пиздец, здесь официантки, — пробормотал я, несколько удивлённый увиденным.

Не торопясь, женщина дошаркала до меня и грохнула поднос передо мной на барную стойку.

— Рубай, молодой, у нас всё как в лучших домах Лондона и Парижа.

— Вот это сервис! — восхитился я.

Дама махнула своей окорокообразной ручищей и, развернувшись, поплелась обратно.

Только приговорив картошечку и заполировав это всё четырьмя бутылками хренового пива, я снова почувствовал интерес к жизни и купил у бармена пачку сигарет со странным названием «Лаки Страйк».

— Что за остряк назвал сигареты «Счастливый удар»⁈ Надеюсь, он имел в виду не апоплексический, — пробормотал я, закуривая.

В общем-то, я не курил, а сигареты смолил только чтобы прокачать «Сопротивление ядам», ну и не выделяться среди поголовно курящих ходоков.

Понемногу бар заполнялся: в основном, конечно, заходили солдаты «Дебитума», но эти не задерживались — быстро поев, также быстро уходили. Но хватало и вольных ходоков; кстати, в этой части Окаянки их почему-то называли рейдерами.

Очень быстро моя незнакомая физиономия привлекла внимание завсегдатаев базы, и меня пригласили за свой стол — команда из четырёх рейдеров. Не став набивать себе цену, прихватил своё пиво и подсел к мужикам.

Как я и думал, моя личность их особо не интересовала, а вот новости с большой земли, да и просто где был и что видел, — даже очень.

Благодаря интернету новостями я владел, чем щедро поделился с ходоками. Кстати, ни начавшаяся война с Турцией, ни светско-политические скандалы вроде бойни, учинённой в Варшаве княгиней Курбской, и последующей опалы всего рода, ни то, кто кого трахает, интереса у рейдеров не вызвали. О том же, где я был и что видел, предпочёл на всякий случай промолчать.

Зато анекдотами и пошлыми шутками, благодаря почти фотографической памяти, сыпал без остановки и, кажется, имел некоторый успех.

«Ха! Стендап-комиком что ли пойти работать?»

Солнце понемногу клонилось к горизонту, а я уже подумывал вернуться к себе в номер, как в бар ввалилась группа рейдеров, мгновенно приковавшая к себе моё внимание.

— Мужики, это что за кунсткамера на выезде? — тихо спросил я враз умолкших рейдеров.

Надо сказать, посмотреть было на что. Первый вошедший, явный лидер, одетый в длинный чёрный плащ, выделялся среди всех квадратными плечами какой-то мультяшной ширины и просто гигантскими предплечьями, толщиной с бедро обычного человека, заканчивающимися трехпалыми кистями, причём руки свободно свисали ниже колен. На голове, казавшейся совсем крошечной на гигантских плечах, красовалась шляпа-котелок.

За левым плечом маячил долговязый тип в круглых чёрных очках кота Базилио и без носа — точнее, там, где у всех нормальных людей должен был быть нос, у него имелись две вертикальные щели.

Но самой необычной оказалась женщина лет тридцати с нездоровой синеватой кожей, покрытой какими-то чёрными пятнами, подозрительно похожими на трупные. Над головой женщины нависал самый настоящий хвост скорпиона с жалом, причём начинался он где-то в районе её поясницы.

Ещё двое видимых мутаций не имели, но, возможно, только потому, что по самые глаза были замотаны в плащи.

— Это модификанты из клана «Биорикс», — пробормотал рейдер, стараясь не смотреть на вошедших.

Из рассказа вольного ходока я уяснил, что никакие это не мутанты, а люди, занимающиеся пересадкой себе органов или частей тела определённых монстров, чтобы приобрести дополнительные способности. Вроде ночного или инфракрасного зрения, сверхтонкого обоняния или слуха; в отдельных и достаточно редких случаях пересаживали мышцы или конечности. Естественно, все эти операции сопровождались повышенной смертностью, и, кстати, всю оставшуюся недолгую жизнь модификант должен был в обязательном порядке принимать различные препараты, зачастую запрещённые к распространению. Несмотря на кучу побочек, желающих привить себе полезную особенность всегда хватало, и в Окаянке было даже несколько небольших кланов, состоящих только из модификантов.

Заметив моё пристальное внимание к модификантам, Хантер наклонился ко мне и зашептал:

— Серый, ты бы так не пялился на них. Эти ублюдки все поголовно психи со сдвинутой крышей.

В этот момент я вспомнил, что в своё время читал в сети о модификантах. Тогда автор статьи оценил потенциал модификаций как очень невысокий, так как витязь ранга «Воин» легко голыми руками мог разорвать самого мощного модификанта.

«Может, против магов или витязей „моды“ и не пляшут, зато против обычного человека — даже очень. К тому же наверняка есть и полезные небоевые умения».

— На что это ты уставился, гондон⁈ — хрипящим, словно старый динамик, голосом спросила меня женщина-скорпион.

Не желая затевать ссору на ровном месте, я проигнорировал женщину и, попрощавшись с рейдерами, поднялся, прихватил недопитое пиво и пошёл к выходу.

— Я, кажется, с тобой разговариваю, пидор!

Продолжая делать вид, что ничего не слышу, я иду к выходу. В этот момент терпение скорпионихи иссякло. Сделав в мою сторону несколько быстрых шагов, она резко наклонилась, а её хвост буквально выстрелил в мою сторону. Благодаря ощущению пространства, её крысиная атака в спину не стала для меня неожиданностью. Рванув вправо, я уклонился от зазубренного, словно гарпун, жала, кстати, летящего мне в плечо, и с разворота мощно метнул пивную бутылку в голову психопатке.

В веере пивных брызг и стеклянных осколков бутылка прекратила своё существование, заодно погасив сознание модификантки.

— Сто против одного, что у неё жёсткий сотряс, — пробормотал я, останавливаясь и кладя руку на кобуру револьвера.

Конечно же, я не собирался доставать ствол: на территории Дебитум были очень жестокие законы. Например, за использование огнестрельного оружия в драке грозил расстрел на месте.

Квадрат в котелке стремительно развернулся, одну долгую и томительную секунду изучал меня своими чёрными глубоко посаженными глазами, после