Псы Нинеи. Все части - Денис Владимиров

Да и переключились они на какого Флюса, о котором не менее красочно, чем обо мне, начал живописать оратор. Но без особой жути, упор делал на идиотию объекта. Бандиты весело смеялись, Чупик — до слез.

Решил все же немного ещё послушать, вдруг что-то ещё всплывет, уже информации почерпнул неплохо и попутно решал дилемму — глушить объекты или гасить наглухо?

Пришел к простому выводу: пока парализую, а дальше видно будет. Но на всякий случай, вдруг «Горху» подведет, обдумал и отрепетировал жесткие действия. Да и «Гнев Тора» откатился — на крайний случай.

— Минута осталась! Начинаю отсчет! — заявил довольный Шмыга, прерывая Лаваша, который поморщился недовольно: крали его минуту славы. Любил внимание толпы урод. — Пятьдесят восемь… Пятьдесят семь…

— А я поссать, — не разделяя торжественности момента, заявил главарь и отошел от группы в мою сторону, оказываясь в зоне досягаемости «Парализатора».

Адреналин в крови только не кипел.

И чего тянуть? И так дождался отсчета.

В долю секунды обездвижил врага.

— Берегись! — тут же заорал Шмыга, когда я даже не перепрыгивал ствол, а переносился над ним. Требовалось сделать два гигантских шага, чтобы и остальные попали в зону действия артефакта.

Больше от неожиданности, чем от страха, я вместо «Горху», ударил по ним «цепной молнией». Крикуна и Чупика, которым досталось больше, — сожгло на месте, оставив после них россыпь артефактов, кучи барахла и кристаллы. Лаваша же разряд всего лишь сбил с ног, поставил на четыре точки. Но заглушил, хотя на таких скоростях — не понятно. Тот мог просто не успеть сориентироваться.

Я же, оказавшись в следующий миг рядом, вогнал одним слитным движением нож из живого проклятого металла куда-то чуть ниже затылка. Появившийся кристалл и другое имущество зафиксировали летальный исход пациента.

И все проделал на автомате, на рефлексах. Нервы! Какой-то крик сбил установки действий, моментально переключил режим на жесткий, но самый действенный и результативный.

Это пронеслось вторым мысленным потоком.

Вот и выманили уже вы из болотины, на запах, маньяка. На вонь своего дерьма.

И получили по полной, суки!

Рубильник так и оставался без движения.

Собрал кристаллы и артефакты, перемещая их даже не глядя. Остальную добычу пока не рассматривал. Отметил, что рюкзак не пострадал. А ещё слишком много получилось добра, скорее всего, выпало из внепространственных хранилищ.

Я проявился напротив главаря с окровавленным оружием. Специально не убирал нож. Зрачки у лидера расширились. Тот прочитал имя. Так, запугать… Заставить сдать весь арсенал, если попробует колдовать, успею его вновь парализовать? Какой-то ведь «Разрядник» имелся… У него — два метра радиус поражения, добавим ещё, пусть с пяти; если заковать, то разговаривать уже можно. В любом случае, правильное воздействие лишним не будет, тем более сейчас и напрягаться не требовалось, всего лишь полить недавно посаженные ростки-росточки. Но что за тем? Пока не знал, как правильно поступить.

Вновь зайдя за спину бандиту, откуда несло паленым и кровью, и где валялся краснобай, пошуршал его одеждой, звякнул сталью о камень, с тихим шелестом срезал подсумок, выругался, затем через минуту зачавкал громко. И с руганью взялся отплевываться. Матюгнулся для лучшего осознания пациентом моего негодования, громко произнес:

— Ну почему так не везет-то?.. Два в пепел… А этого урода пережарил, мясо — подошву легче сожрать. И какой-то невкусный, гаденыш… Плохой, видимо, был человек, неправильный, нормальные — они упитанные, а этот кожа, да кости. Только на суп, и то, — вновь сплюнул.

Вернулся к заметно побледневшему пленнику, глядя в затравленные глаза, улыбаясь по-американски, произнес:

— А мечты-то, оказывается, сбываются. Сегодня произошло чудо — одновременно сошлись звезды — и твои, и мои. Ты хотел встретиться, а я закусить добрый спирт чьими-нибудь мозгами, — потряс фляжкой с водой, которую материализовал в руке, — Знаешь они какие вкусные, когда ешь их чайной ложечкой прямо из черепа? По чуть-чуть. Никакой холодец и рядом не стоял! Главное, чтобы до последнего ужин оставался живым, и чтоб человек был умный. У дураков они горчат и каким-то дерьмом пованивают. Надеюсь, ты не из таких. А то ещё совсем тошно станет… У академиков, кстати, самые сладкие, — причмокнул, затем назидательно сообщил: — Потому что работники умственного труда сахар обожают и шоколад. А ещё… люблю я к ним, дополнительно, глазики. Ложечкой аккуратно вынимаешь, чтобы не повредить оболочку… Затем чуть прикусишь это яблочко зубами, а оно на языке лопается, как волшебные пузырьки из сказки… такой кайф, а ты лети-ишь! Райское наслаждение! — В глазах подонка осознание и понимание — Лаваш-то впервые в жизни нигде не приукрасил. — Бродил-бродил я тут по округе, никого, кроме мертвецов не встретил… Падаль не ем, но аппетит нагулял зверский. Думал уже из лагеря кого-нибудь прихватить. И тут вы, мне на радость, как тот вечер в хату. Живые, розовощекие, — потрепал за щеку жертву, с восхищением продолжил, — откормленные на натуральных продуктах, без ГМО и пальмового масла… Кровь с молоком! Кабанчики!..

Зрачки визави как-то расширились, а затем взгляд затуманился и потух.

Сначала появился кристалл, затем шесть артефактов, и Рубильник начал заваливаться набок, как мешок с пшеницей. Я мгновенно отпрыгнул в сторону, вновь уходя в невидимость, дрон заметался по округе, выискивая опасность.

Откуда, откуда прилетело?!

Тишина полная!

Но мертвые — хоть с косами, хоть без кос — не стояли и не появились.

И где враг?

Только минут через десять, после тщательного изучения обстановки, немного успокоился. Да и артефакты с кристаллом требовалось забрать как можно скорее. Осторожно приблизился к трупу главаря, внимательно осмотрел тело. Никаких повреждений не обнаружил.

И мысль-молния. А если он скончался от естественных причин? Неужели я его напугал до разрыва сердца? Разве так бывает? Похоже, бывает. Или нечто вроде Харакири использовал, чтобы возможных пыток избежать? Ведь неизвестно, какие он там себе картины навоображал, а самые действенные страхи не реальные, а мнимые. И, видимо, неплохо воздействовал на него рассказчик, несмотря на браваду перед другими. Вот придурок конченный! И кончился…

Выругался в голос и матерно.

Столько вопросов хотелось задать шакалу, уже появились мысли, как его перебросить в Городище, и на тебе. Сегодня день просто удивительный. Насколько страшно, настолько же порой и смешно. Так пойдет, демоны останутся голодными. Но тут я сам виноват, не рассчитал силу воздействия слова, корни которого, посадил глубоко Лаваш. Она же, сила слова эта, как и говорили мудрые, оказалась беспредельна.

Ганнибал Электро!..

Суки!

Зла не хватает…

Уселся на камень у тропинки. Достал портсигар,