Фантастика 2026-135 - Елизавета Владимировна Соболянская

Входная дверь скрипнула, открываясь.

В неосвещённом холле было пусто. А чего я ожидала? Что мой хозяин и господин усядется в холле и будет тихо ждать меня? Или в тревоге выбежит меня искать?

Кстати, а действительно, где он?

И тут я услышала лёгкий звон со стороны столовой. Словно чайная ложка, упавшая на блюдце.

Я поправила волосы, мельком пожалев об отсутствии расчёски и гребней, и двинулась прямиком в столовую.

Тайбери поглощал десерт. Самозабвенно, с удовольствием и чуть ли не посвистывая. Роскошные пирожные из десятка слоёв нежного крема, покрытые алой крошкой, высились горкой на блюде, и, судя по порядочному оползню, проделанному в этой горе, расправлялся с десертом Тайбери уже довольно долго.

— А что будет, когда твоё милое пузико больше не будет влезать в боевой костюм, повелитель? — поинтересовалась я. — Придётся ведь шить новый, как у лорда Барраса. Хотя, знаешь, юбка тебе пойдёт.

Тайбери поднял голову, одновременно вытирая рот салфеткой, молниеносно оказавшейся в его руке.

— Надо же, кого принесло в дом, — проронил он. — Блудная шейра возвращается.

— Ага, — легко произнесла я, отодвигая стул напротив Тайбери и плюхаясь на него. — Ты скучал, мой беспокоящийся повелитель? Волновался?

— Ты не покидала пределов дома, — пожал плечами Тайбери. — И с тобой была ваша метресса. Сказала тебе что-нибудь интересное?

Я помрачнела, вспомнив слова Хелен.

«Через год лорд Баррас Кассадьеро объявит тебя умершей, и ты перестанешь носить имя своего рода».

— Сказала, чтобы я стала тебе идеальной шейрой и нежной возлюбленной, повелитель, — мрачно произнесла я.

— Отлично.

— Я отказалась, — решительно сказала я. — Потому что ты оставил меня без десерта, хотел поставить в угол, и вообще, ты слишком суровый повелитель, повелитель! — Я намекающее посмотрела на гору пирожных. — Мог бы и поделиться!

Тайбери сощурился.

— Я вижу, метрессе ты дерзишь так же легко, как и моей невесте, — бросил он, наливая себе чаю. — Тебе стоит избавиться от этой привычки, иначе я не обрадуюсь.

Уж кто бы сомневался. Покорная шейра на коленях и в ошейнике — вот его идеал.

— Кстати, перестань пожирать глазами мой десерт, — проронил Тайбери. — Ты наказана.

Пф-ф, наказана! Мне что, шесть лет?

Я упрямо потянула руку к пирожному.

А потом встретилась со взглядом Тайбери. С очень спокойным взглядом.

И медленно, очень медленно положила пирожное на место.

— Ты меня пугаешь, когда на меня так смотришь, — обиженно сказала я.

— Больше, чем если бы я говорил о своих извращённых вкусах и о том, как я мечтаю поставить тебя на колени, надеть ошейник и сделать своей рабыней? — Тайбери с невозмутимым видом отпил чаю. — Спасибо, полезно знать.

Я поперхнулась. Вот уж совершенно ненужные фантазии!

— Между прочим, мы с метрессой обсуждали твою невесту, мой семейственный повелитель, — быстро сказала я, спешно меняя тему. — Точнее, Хелен предупреждала меня, что леди Виолетта выдергает мне волосы и запихнёт в… в общем, куда-нибудь запихнёт.

Брови Тайбери поднялись выше.

— Очень красочное описание.

— Метресса высказалась куда сдержаннее, — отмахнулась я. — Но ты же меня знаешь, мой проницательный повелитель.

Тайбери вздохнул.

— Знаю. И у меня такое ощущение, что я знаю тебя уже лет десять вместо одного дня.

— С этакой невестой ты рискуешь потерять меня уже к третьему дню, мой беспечный повелитель, — мрачно отозвалась я. — Ты знаешь, что она та ещё… м-м, волевая особа?

На «гадюку» меня всё-таки не хватило. Невеста же!

— Та ещё, — подтвердил Тайбери. — Из прекрасного рода, с сильным характером, и, когда у нас появятся дети, ради нашего ребёнка Виолетта свернёт шеи всему роду Кассадьеро в полном составе, включая престарелых и недужных. И даже троюродную племянницу притопит за компанию, если та каким-то чудом выплыла. — Он зевнул. — Вполне приемлемая жена для наследника рода Тайбери. Или ты имеешь что-то против?

— Да! Она меня прикончит!

— Она не пойдёт против меня, — отмахнулся Тайбери. — Моя шейра — это не пустая прихоть, и Виолетта это понимает. И вообще, я что, перед тобой оправдываюсь?

— Нет-нет, мой снисходительный повелитель! — быстро сказала я. — Просто удовлетворяешь здоровое любопытство своей юной шейры.

— Считай, что удовлетворил. И не лезь ко мне больше с расспросами о Виолетте, — в голосе Тайбери прозвучал металл. — Уж такие-то очевидные вещи должна понимать даже ты: каждому наследнику рода требуется жена, чтобы произвести на свет наследника и прикрывать мужу тыл.

— По-моему, это тебе нужно прикрывать тыл от неё, — проворчала я.

Тайбери посмотрел на меня, как на говорящую зверюшку. Он что, совсем не воспринимает меня всерьёз?

— Забудь о Виолетте, — наконец сказал он. — Просто держись от неё подальше. Ты будешь ещё шляться в одиночку по улицам или мне всё-таки надеть на тебя поводок?

Я на всякий случай отодвинула стул.

— Ошейник будет жутко натирать шею, — предупреждающе сказала я. — И испортит мою неземную красоту. Тебе это нужно, повелитель?

Тайбери неожиданно оглядел меня с ног до головы очень… пристальным взглядом. И очень мужским взглядом. Я почувствовала, как запылали щёки.

— Кстати, о твоей неземной красоте, — мурлыкнул он. — Я же её так и не увидел. Раздевайся.

Я чуть не подпрыгнула на стуле. Челюсть отвисла сама.

— Ч-что?!

— У тебя вдруг стало плохо со слухом?

— Да! — выпалила я. — Потому что это… это…

Внезапно. И очень не к месту! То есть совсем!

Я вскочила со стула и умоляюще уставилась на Тайбери.

— Пожалуйста, мой… м-м, чувственный повелитель, можно не сейчас? Лучше я приму ванну, надену что-нибудь интригующее…

Тайбери почесал в затылке.

— Ах да, на тебе же, должно быть, жуткое нижнее бельё, — пробормотал он. — Впрочем, какая разница? Снимай всё!

Он повелительно кивнул мне.

— Раздевайся. Я не тащу тебя в постель. Но я хотел бы видеть товар лицом.

Должно быть, я застыла, как загнанный зверёк. Но взгляд Тайбери не смягчился ни на йоту.

— Надо же, как приятно, когда ты полностью в моей власти, — задумчиво произнёс он. — Никаких дерзостей в мой адрес. Страх, мольбы и полное подчинение. Может, так и оставить, а?

Я замерла. Даже все дерзости куда-то испарились.

Тайбери вздохнул.

— Только перепуганной зверюшки в доме мне