Полукровка 1-5 - Василий Горъ

года пропали без вести на Казани. После ужина в одном и том же ресторане, расположенном напротив штаба местного Пограничного флота. Да, допросы еще идут, но ИСБ-шники, вроде как, уже нашли кончик ниточки и готовятся размотать весь клубок…

— Значит, Алефельдам уже стало не до тебя… — заключила Завадская, а Костина язвительно добавила:

— Ну да: этой троице пора думать о вечном…

Я улыбнулся, собрался продолжить эту мысль, но в этот момент ко мне «постучалась» Ульяна Синицына и, не успев рассмотреть аватарку, радостно затараторила:

— Добрый день, Тор Ульфович! Только что прилетела домой, увидела ваши «Бореи», обра— … ой… Прошу прощения: вам удобно говорить?

Я невольно улыбнулся:

— Приветик! Да, удобно. Кстати, имей в виду, что прерывать монолог на слове «обрадовалась» крайне жестоко по отношению к любому собеседнику…

— Я исправлюсь. Честно-честно! — весело пообещала она и вслушалась в ехидный голос Костиной:

— Как я понимаю, ты возвращаешься домой после пятничного загула?

Сестренка Костяна аж задохнулась от возмущения:

— Здравствуйте, Мария Александровна! Как вы могли такое подумать⁈ Я летала в Академию. На дополнительные практические занятия, которые мне уже вторую неделю проводит Татьяна Анатольевна.

— А после занятий Горчакова улетела на тренировку, верно? — спросил я, поймав за хвост весьма своевременную мысль.

— Ага: насколько я знаю, она их не пропускает.

Я вгляделся в замерший фон за ее спиной, сообразил, что девчонка стоит в лифтовом холле, и усмехнулся:

— Добросовестные вы особы, однако. Кстати, хвалить тебя мы, пожалуй, будем лично. Но только в том случае, если ты быстренько спустишься к вам домой и предупредишь тетю Марину, что мы вот-вот заявимся в гости эдак на полчасика. Вопросы?

— Вопросов нет! — звонко ответила она и в кои-то веки пошутила: — Зато предвкушения…

…Сбросив звонок Ульяны, я в темпе поставил по боевой задаче Марине и Маше, подмигнул притворно расстроившейся Темниковой и свалил к себе. По дороге к гардеробной мысленно оттачивал формулировки, так что набрал сообщение практически без исправлений и отправил Игорю Олеговичу. Потом оделся, обулся, посмотрел на себя в зеркало и решил, что выгляжу нормально.

Как ни странно, девчата пришли к тому же мнению. Более того, назвали красавчиком и признались, что в какой-то степени даже сочувствуют бедным дворяночкам, открывшим на меня абсолютно бессмысленную охоту. А потом в приемное окошко ВСД прибыл контейнер с любимым тортиком Синицыной-старшей, заказанным Завадской, и мы, «вооружившись» сладкой отмычкой, спустились на двадцать второй.

В квартиру нас впустил глава семьи, поздоровался, пожал мне руку и ответил на вопрос, который мы не задавали:

— Мои дамы в панике и спешно наводят красоту. Поэтому встречать вас поручили мне. Ведь нам, мужчинам, прихорашиваться необязательно…

— И ведь не поспоришь… — под смешки подруг «сокрушенно» вздохнул я и поинтересовался, как поживает «Негоциант».

Петр Игоревич провел нас в гостиную, помог мне усадить дам на диван, сел в кресло и как-то странно усмехнулся:

— Искин — сумасшедший. А в комплекте с новой программной оболочкой, приобретенной на свой страх и риск, позволил повысить КПД работы почти на двадцать процентов. Большинству коллег это не нравится, зато Большое Начальство стало поручать мне задания повышенной сложности. И, по словам заместителя начальника СБ, подумывает о моем следующем повышении.

— Правильно делает… — заявил я, но Синицын слегка потемнел взглядом, немного поколебался и все-таки раскололся:

— Может быть. Но я боюсь, что ничем хорошим это не закончится. Из-за того, что у меня уже появилось слишком уж много недоброжелателей. И пусть открыто пакостить пока никто не решается, но позавчера попытались взломать «Негоциант» аж семнадцатый раз.

Я пожал плечами:

— Эта проблема решается с полпинка: в понедельник утром присылаете мне коды удаленного доступа к своему искину и продолжаете заниматься делом.

— И-и-и…?

— Ваш искин — гражданский, а мой — нет. Поэтому намертво заблокирует те, с которых работали доморощенные хакеры, и выведет на терминалы какое-нибудь предельно конкретное сообщение. Снять эту блокировку айтишники вашей компании гарантированно не смогут. Поэтому доложат о нерешаемой проблеме Большому Начальству. А оно врубится в Самый Главный Намек и пришлет всю толпу недоумков к вам. Вымаливать прощение и компенсировать моральный ущерб серьезными вирами. Кстати, не вздумайте отказываться: это сочтут слабостью и эскалируют конфликт. А оно вам надо?

— Не надо. Так что не откажусь. И… спасибо.

— Пожалуйста… — улыбнулся я, «навелся» на его младшую приемную дочурку, влетевшую в гостиную, и восхитился: — Привет, Лесь! Платьице у тебя красивее не бывает. А ну-ка покрутись…

Мелочь радостно поздоровалась, сделала полный оборот и «злобно» прищурилась. Пришлось делать «взрослый» комплимент:

— Теперь все ясно: оно подчеркивает твою умопомрачительную красоту, а туфельки, поясок и серьги создают воистину неповторимый стиль.

Девчушка «сменила гнев на милость» и выдала фразу, сложившую нас, взрослых, пополам:

— Совсем другое дело! Но я… забыла включить диктофон. Повторите комплимент еще раз, пожалуйста, а то я его не запомнила…

Неслабо повеселились и во время уничтожения торта — матушка Костяна пребывала в прекраснейшем настроении и шутила напропалую, мои девчата и Ульяна тоже развлекались по полной программе, а Нина с Олесей, в основном, смеялись. Моментами до слез. И сияли от счастья на зависть Белогорью. Увы, мои планы на вечер никто не отменял, поэтому в какой-то момент я признался, что нам пора, пообещал, что мы не пропадем, и решительно встал из-за стола.

Синицыны, конечно же, расстроились, но уговаривать задержаться не стали — всей толпой проводили до лифтов, потребовали появляться почаще и пожелали удачи. В результате к флаерам поднялись по графику, вылетели из «Иглы» и взяли курс на Вороново. По дороге решили все вопросы, зависшие в воздухе, поэтому, добравшись до своего ангара, полчасика поленились. Потом активировали блоки развертки голограмм, превратили «Бореи»