"Фантастика 2026-190". Компиляция. Книги 1-12 - Роман Лукич Антропов

Несмотря на безлюдность улицы, вдоль дороги выстроились дома богачей. У каждого своё отдельное здание. У кого-то особняк с полностью огороженной территорией, у кого-то жильё попроще, но всё равно обособленное, со своим уникальным архитектурным стилем и собственной лужайкой или садом.

– Может, ты потерянная дочь богатых родителей? – с насторожённой улыбкой предположила Сирша.

Я внимательно рассматривала детали дома, стараясь хоть что-то узнать. Строение достаточно скромное по сравнению с соседними. Без забора вовсе, но с ухоженной лужайкой. Четыре этажа, а архитектура напоминала старые дома, которые любили возводить пару веков назад. Сочетание готики и ренессанса. Арочные и прямоугольные окна, вытянутые линии и дуги, детально украшенное крыльцо. В основном здание было в бежевых и коричневых тонах, но жёлтый свет в окнах и медные украшения на фасаде, отражавшие сияние ближайших фонарей, придавали постройке какой-то осенний образ, даже в середине весны.

– В таких селятся люди старого поколения, ценители истории. Некоторые из наших профессоров живут в домах схожей архитектуры, – вслух размышляла Сирша, скрашивая повисшую тишину. Она пыталась предугадать, чего ждать, пока я рассеянным взглядом шарила по украшениям здания, не узнавая ни единой детали. – Кто бы там ни жил, они сейчас дома.

Я издала невнятное мычание.

– Если хочешь, я поговорю с ними, – предложила Сирша, дав мне ещё целую минуту.

Она сама побледнела и начала, подражая мне, теребить молнию куртки. Моя нервозность передалась ей как зараза, и я одёрнула себя, ругая за беспочвенный страх.

– Нет, пойдём. Сама спрошу.

В отличие от уверенного тона и твёрдого шага по ступенькам лестницы перед входом, желудок сжался, а сердце до тошноты противно забилось где-то в горле. Я нажала на звонок и приказывала себе не забывать дышать, прислушиваясь к шуму за дверью.

Вначале шаги, потом тишина, через пару мгновений звуки отодвигаемого засова, цепочки и открывающегося замка.

– Чем могу помочь? – спросила женщина в возрасте.

Она была невысокого роста, с голубыми глазами, седеющие волосы убрала в элегантный пучок. Одежда скорее говорила о её строгом стиле, чем о богатстве. Я не нашла внешней схожести. Вряд ли у нас присутствует кровная связь.

– Прошу прощения и понимаю, что вопрос странный, но этот дом принадлежит вам? – заговорила я, прекратив с неприличной тщательностью рассматривать женщину.

– Мне, а в чём дело?

– Вы никогда его не сдавали?

– Нет, этот дом передаётся у нас в семье по наследству уже несколько столетий.

Я сглотнула и незаметно вытерла вспотевшую ладонь о штанину.

– Ваш дом когда-нибудь горел?

Лицо женщины вытянулось, но она быстро взяла себя в руки и недовольно поджала аккуратно накрашенные губы, не ответив на вопрос.

– У вас есть дети? – сбивчиво поинтересовалась я, ощутив близость к разгадке.

В глазах собеседницы вспыхнул гнев, губы едва заметно искривились. Она сильнее распрямила плечи, вскинула подбородок, напомнив оскорблённую учительницу. Не утруждая себя криком, она попыталась захлопнуть дверь перед моим носом, но я упёрлась в неё рукой.

– Да как вам совесть позволяет! Я предупредила, что впредь не стану общаться с журналистами! В вас нет ничего святого при погоне за чужими трагедиями! – повысила голос женщина, смерив меня презрительным взглядом.

– Прошу вас, я не…

– Нет! Столько лет прошло, а вы всё не уймётесь! Убирайтесь, а не то я вызову полицию.

– Я не журналистка. Пожалуйста…

– Мы из приюта, – встряла Сирша, оказываясь рядом.

Фраза немного остудила гнев хозяйки.

– Приюта? Я не понимаю.

– Из детского приюта Артура Хилла, – дополнила Сирша, пока я старалась унять тревожное сердце. Мне не доводилось досаждать незнакомцам в их же доме, а внезапный негатив со стороны этой женщины вовсе выбил из колеи.

– Ох, – смягчилась хозяйка, а её строгость сменилась печалью. – Я подумала… Прошу прощения, что так отреагировала. Прошли годы, но журналисты продолжают лезть не в своё дело, особенно сейчас, когда начали повторяться трагедии с наркотиками и влиянием крови теневых.

Даже Сирша потеряла дар речи, мы переглянулись, не понимая связи.

– Я уже не раз говорила с Дарданом Хиллом, и мне безумно жаль, что подобное произошло. Мой сын с женой правда хотели позаботиться о девочке, но никто не мог предсказать случившегося.

– Какая девочка? Как её звали?! – порывисто спросила я.

– Её звали Кассия. Мой сын…

– Я Кассия.

Женщина умолкла и во все глаза уставилась на меня. Я всё так же упиралась рукой в чужую дверь, а судя по сведённым мышцам лица вряд ли выглядела вменяемой, но безотрывно, с мольбой смотрела на хозяйку, надеясь на ответы. Женщина побледнела, разглядывая меня.

– Примерно в возрасте восьми-девяти лет я попала в приют Артура Хилла с ожогом и почти полной амнезией. Со временем картина прошлого стала восстанавливаться, но все мои воспоминания походили на ночной кошмар, а образ родителей я никак не могла воскресить. Ни лиц, ни единого детского переживания. Даже достоверно не знаю, сколько мне лет и когда мой день рождения. – С болезненной лихорадочностью признания потоком лились на абсолютно незнакомого мне человека, но она была единственным звеном к правде и должна мне поверить.

Глаза женщины увлажнились, она приоткрыла рот, чтобы то ли утешить, то ли высказать соболезнования, но в итоге не произнесла ни звука, позволив мне выговориться. Я замолчала, шумно глотая воздух, так как забывала нормально вдыхать между словами.

– Если ты и действительно та Кассия, дорогая, то у меня нет ответов на большинство твоих вопросов. Ты прожила с моим сыном и его женой лишь четыре месяца, прежде чем их убили.

24

– Меня зовут Хелен Райден, – представилась хозяйка после того, как впустила нас с Сиршей в дом и отвела на кухню, чтобы