Консультант - Александра Торн

Мария покраснела. У него еще и слух как у кошки!

Помощники патологоанатома выкатили носилки с трупами из мерзляка – хранилища для тел. Мируэ снял очки. Глаза у него оказались светлыми, орехово-карими, с узкими золотистыми ободками вокруг зрачка и радужки. Он обратил взгляд на мертвецов, и вдруг его зрачки так расширились, что золотистые полосы слились, заполнив всю радужку. Агент молча прошелся вдоль ряда усопших, пристально оглядел каждого, надел очки и сказал:

– Этих можете закапывать. Ничего интересного. Посмотрим на тех, кто остался в ущелье.

Долину от ущелья отделяла невысокая, но отвесная стена, с которой шумно низвергался водопад. Комиссар Скотт осмотрел его с некоторой тревогой, но все же дал сигнал к подъему. Они оставили лошадей внизу, под присмотром пары полицейских и парня из местных. Подъем к ущелью Рашли оказался не из простых – даже для Марии, которая еще до восемнадцати лет излазила все отроги Сьерра Аквила. Впрочем, местные – и полицейские, и комиссар – преодолевали подъем с завидной легкостью и помогали мисс Эстевес и Шарлю Мируэ, который не имел никакого опыта в деле восхождения в горы и явно был недоволен тем, что его иногда тащат чуть ли не за шкирку. Несколько раз знаменитый агент едва не скатывался со скалы.

К полудню десять полицейских, комиссар и два агента Бюро наконец одолели скальную стенку. Стоя на ней, Мария взглянула вниз, на реку, что текла по узкому руслу. Вид был далеко не безопасный.

– Она сильно поднялась? – спросил Шарль Мируэ.

– Ну… меньше, чем я опасался, – поколебавшись, ответил комиссар. – Но берега, которые я планировал осмотреть, под водой.

– Если вы хотите найти трупы, то я укажу вам, где они, – сказала Мария. – А еще нам нужно найти либо тараску, либо ее останки.

– И не только ее, – пробормотал Мируэ. – Вы же для этого так хотели сюда попасть, верно, мисс?

– Для чего – этого? – заинтересовался Скотт.

Агент пробормотал:

– Circus silentium, – и сказал: – Мисс Эстевес, как и я, хочет отыскать тут следы портала, из которого тараску выкинули в вашу реку.

– Портала? А, да, мисс Эстевес упоминала о том, что тараска могла выпасть из этой штуки.

– Сэр, сэр! – заволновались полицейские, обнаружив, что губы начальства шевелятся, однако никаких приказов не слышно. Комиссар успокаивающе помахал им рукой и повернулся к девушке:

– Но почему вы уверены в том, что она проникла сюда именно так?

– Я изучила карты Тиллтара и его бассейна. Тараска не могла попасть в Рашли обычным путем, по течению рек. К тому же она ненавидит шум, как я уже говорила, и если бы она жила тут давно, то кидалась бы на поезда регулярно.

– Но зачем бы ей залезать в волшебный портал?

– Очень просто, – невозмутимо ответил Мируэ. – Ее туда кто-то швырнул.

– С какой целью?

– Хотелось бы мне знать. Для этого, собственно, мы тут и собрались, – добавил агент, подчеркнув слово «мы».

– Ладно, – пробормотал Скотт, – мы-то тут собрались ради тел и улик, но допустим, ваша гипотеза тоже имеет право на жизнь. Как вы собираетесь искать портал? Вы же, я надеюсь, не станете его открывать? – обеспокоенно спросил он.

– Пока нет, – ответил Мируэ. – Но с поиском тел мы вам поможем.

– Я вам помогу, – сухо поправила его Мария. – Освободите мне немного места для герона, чтобы я могла поднять тела.

Они спустились со скальной стенки на ту сторону, в ущелье, и девушка отыскала подходящий для герона пятачок. С небольшой площадки открывался вид и на реку, гремящую на дне Рашли, и на железнодорожный мост, и на белые пики Тиллтара, окутанные легкой дымкой. Комиссар Скотт посмотрел на нее несколько встревоженно и вполголоса приказал одному из полицейских занять наблюдательную позицию на возвышении, чтобы следить за дымкой.

Минут через десять мисс Эстевес закончила с начертанием герона и удовлетворенно оглядела результат своей работы. Мария стояла посреди сложного рисунка из заклинаний, знаков и связующих линий. Некромантическая свеча уже парила в воздухе перед девушкой, осталось зажечь и прочесть заклятия вслух. Шарль Мируэ все это время занимался другим важным делом – осматривал окружающую местность. Очки лежали в нагрудном кармане – агент выискивал следы портала.

– Если вы готовы вылавливать мертвецов, то я начинаю, – окликнула комиссара Мария.

– Давайте, – сказал Скотт. – Чем раньше начнем – тем лучше. Погода неустойчивая.

Мария коснулась пальцем свечи, шепнула «Ignis morta» и, когда зеленый огонек разгорелся, принялась за привычный медленный речитатив. Мертвые не терпят суеты и спешки, так что некромантия – это дело, требующее терпения, основательности и безопасной базы, где можно устраивать ритуалы, не опасаясь, что их прервут на самом важном месте.

Зеленый свет стал стекать со свечи и ручейком наполнять линии герона. Мир за пределами герона размылся, превратившись в нечеткую картинку за мутным стеклом, но зато теперь Мария очень остро и отчетливо ощущала всех мертвых, покоящихся в этом ущелье. Их было так много, потому что горы часто забирают себе путников, которые забрели в скальные лабиринты или потревожили покой вершин. Девушка едва различала тени людей, но ясно видела всех мертвых ущелья. Рашли был богат на тела – самым старым не меньше двух тысяч лет. От них остались лишь осколки костей, рассыпавшиеся по каменным берегам.

Скользя между мертвецами, Мария выискивала тех, кто ощущался слабее всего, – чем дольше мертвец лежит в земле, тем ярче он чувствует некромантским чутьем.

– Adepto propius, – наконец шепнула она. Шесть тел, уцелевших после нападения тараски, заскользили по течению к группке полицейских, которые уже растянули сети для вытаскивания трупов.

Вдруг река пришла в странное волнение. Погруженная в некромантический транс девушка отрешенно наблюдала, как темное массивное тело прорезалось посреди бурного течения и помчалось вперед, к людям, которые пытались выудить своих мертвецов из реки.

– Тараска! – рявкнул агент Мируэ, его голос донесся до Марии приглушенно, как и ругань и вопли полицейских. Мируэ стоял на каменном уступе, выдающемся вперед, как мыс, и указывал на несущуюся по реке тараску. Но что ее потревожило? Неужели некромантия?

– Назад! – взревел комиссар Скотт. – Оружие к бою! Готовьсь! Залп по команде! Куда?!

Шарль Мируэ прыгнул с мыса в реку – в одной руке сверкающий сквозь зеленоватое некромантическое марево клинок, в другой – длинноствольный револьвер, окруженный роем искр. Прыжок, длинный и грациозный, как у леопарда, завершился приземлением на голову тараски. Мируэ вонзил клинок в мягкие складки над глазом твари. Она взревела, поднялась в волнах, забила щупальцами, вздымая волны и пену. Агент болтался на макушке тараски, как тряпка, вцепившись в