Резчик 1 - 6 - Павел Александрович Шек

— Замечательный план, — язвительно заметила Рикарда. — А что, мне нравится.

— А если Император не предложит? — спросила Кларет.

— Тогда я предложу свою помощь Даниелю Блэс. Он должен приехать через две недели. Хотя я думаю, что теперь поторопится и будет в столице дней через пять.

— Мы можем оказать военную помощь герцогу, — задумчиво произнесла Кларет. — У старейшин я выбью две сотни пар. Может быть три сотни.

— Никаких сотен, — серьезно сказал я. — Если так сильно переживаете, я возьму с собой несколько пар. Не стоит доставлять Императору удовольствие тем, что вами можно манипулировать через меня.

— Да плевать нам на все эти интриги, — резко сказала Рикарда. — И на Вильяма, и на магов. Пусть думают, что хотят.

— Хорошо, давай так, если Бальса поправится через неделю, возьму с собой пятнадцать пар. Тех, кто был со мной в прошлый раз. Как личная охрана вполне сгодится.

— Это уже лучше. Но мне не нравится само твоё участие в этом. Зачем этот пёс вообще появился?

— Уже поздно, ты останешься ночевать в гильдии? — спросила Кларет.

— Нет, — я улыбнулся, покачал головой. Понятно, почему она торопит меня. Хочет, чтобы быстрее вернулся домой и столкнулся с Вильямом. Всё-таки лучше, чтобы он попросил меня о помощи, а не я предлагал её Блэс. — Поеду домой. Но если Император не соберёт войско, что может остановить врага на подходе к Витории, защищать город я не стану.

— Защитник, — хмыкнула Рикарда и замахала руками. — Иди, иди.

Домой я ехал уставший, словно целый день проработал в поле. Хотелось быстрее добраться до кровати, свалиться на неё и продрыхнуть до обеда. Давно я не чувствовал такого упадка сил. Может виной тому, что я недавно надорвался в магическом плане? Стоило только подумать, как захотелось увидеть Александру. Уколоть её пальчик и попробовать капельку крови. То ощущение, когда по телу разливается сила, стирая усталость, простыми словами не описать. Спасаясь от этих мыслей, я сполз пониже по сидению, прикидывая, а не занять ли мне горизонтальное положение и не уснуть прямо тут.

Я, наверное, уснул, так как разбудило меня то, что повозка остановилась. Выбравшись из неё, я глубоко втянул носом ночной воздух и скривился. Пахло сажей и гарью. А ещё, едва уловимо, терпкими духами. Это спасались от неприятных запахов те, кто ютился в повозке из императорского дворца. Управляющий и одна из служанок. Мужчина уже спал, а вот женщина что-то читала, используя небольшую лампу. В её намерениях я прочёл искреннее желание помочь императрице или её дочерям по первому их требованию. И не важно, что её не пускали на порог дома.

— Барон! — окликнул меня знакомый голос. С другой стороны улицы к нашей повозке вышел Гарли Вог. Багряный плащ боевого мага, простенькая маска. — Это я, Гарли.

— Узнал, — кивнул я. — Давно не виделись. Как поживаешь, как здоровье?

Молодой парень действительно выпал из моего поля зрения. Интересно, он всё ещё помогает главе гильдии боевых магов?

— Здоровье, конечно, не как у ребёнка, но сплю как младенец, — он снял маску. — Я к Вам по очень важному делу. Сегодня утром Империя проиграла ещё одно сражение. Всего в каких-то полутора днях пути на юго-запад.

— Слышал об этом. Не знаю, когда Империя теряла столько людей на войне в последний раз.

— Четыре восьмёрки опытных магов ничего не смогли поделать, — он сказал это так, словно хотел оказаться там, вместе с ними. — Четверо погибло от перенапряжения. Это же что там должно было случиться?! И ещё четверых растерзали огненные собаки…

— Мне говорили о семерых, — сказал я.

Сверху, с повозки, спрыгнула Ивейн, оказавшись между мной и Гарли. Молодому магу пришлось попятиться, когда она сделала шаг ему навстречу.

— Не подходи близко, человек, — с угрозой в голосе предупредила она.

Я не оборотень и не могу чувствовать запах скверны, пропитавший их тела, но глядя на молодого парня, испытывал не самые приятные чувства. С расстояния в четыре шага я мог сказать, что у него осталось всего два канала магии. Это как два ручейка грязной воды, а молодой мужчина, как губка, через которую она просачивается, оставляя в ней всю грязь и скверну. Как раз это и вызывало отвращение. Грязная кровь, в которой смешалась сила и скверна.

— Не обижайся Гарли, но сегодня я устал и хочу быстрее вернуться домой, — я бросил взгляд на окно второго этажа, откуда за нами следила Бристл. — Опиши «важное дело» парой слов.

— Маги! — выдал он. — Пострадавшие на войне. Их как можно быстрее стараются доставить в Виторию. Завтра утром они будут здесь. В письме, которое мы получили, сказано, что трое из них в критическом состоянии. Вы должны им помочь.

— Мне жаль их. Обратись в гильдию целителей, они помогут. Гильдия магов запретила мне заниматься магической практикой, поэтому я помочь ничем не могу.

— Я слышал, — быстро закивал он. — Это ужасная ошибка. И её уже исправили. Барон Тэнц сказал, что Совет пересмотрел это решение.

— Ты плохо разбираешься в законах, — сказал я. — Подобные решения нельзя принять заочно. Даже самый страшный преступник, убивающий и пожирающий людей, остаётся магом до тех пор, пока не предстанет перед Советом. Это работает и в обратную сторону.

Я развернулся и направился к дому.

— Барон! — Гарли попытался сделать шаг в мою сторону, но получил лёгкий толчок в грудь от Ивейн и отлетел на пару шагов назад.

Глава 12

За пять дней, прошедших с Имперского Совета, Вильям не спешил зайти в гости ни ко мне, ни к асверам. Мне кажется, он делал это специально, чтобы заставить их понервничать. Зато до города добрались слухи о том, что основные силы Империи были разбиты. Горожане ждали нападения со дня на день. При этом первым районом на пути вражеской армии вставал Старый город. И то, что происходило там, надо было видеть. Богачи спешно вывозили из усадеб всё ценное, включая дорогую мебель. Потому как слухи ходили, что иноземцы на пути следования сжигали всё дотла. Даже если они Виторию и не захватят, то сжечь попытаются обязательно. Вот и вся вера в мощь Империи, когда враг добирался до мягкого подбрюшья. В один из дней, проезжая мимо реки, я видел, как на транспортную галеру грузили вещи из одного такого поместья. На причале выстроилась целая вереница из гружёных телег. На месте Императора я бы пресекал подобное проявление слабости. Это сильно било