Чонса - Ла Рок

MOD» Мьют на час за спам.

« Нету там ничего! Не ведитесь.

« О! Наконец-то жулика заткнули.

« Кх-кх-кх-кх-кх…

« Ребзя, чего думаю! Если народу подвалило, наша сила крепчает, а толстосумы продолжают воровать песни, которые пела ЧонСа! Все в курсе, что большинство роликов удалили с Волны?

« Они есть в телеге: at1004!

« Заткнись, просто заткнись!

MOD» Блокировка. Дубли пользователей запрещены.

« Правильно! Сетевой промоутер достал уже всех!

« Где доказательства, что это их песни!

« Чего предлагаешь?

« Давайте соберёмся и покажем им всем!

« Бунтуем у здания правительства?

« Где туса?! Бу-у-унд!

« В телеге: at1004!

MOD» Блокировка. Надоело дубли делать?

« Кх-кх-кх…

« Вы чо, бесстрашные?!

« Дубинками по мордасам захотели?

« Устроим завтра показательный протест!

« На выступлении МиМи! Станция Сеул! Все слышали?!

« Чёткая идея!

« Согласен, тоже пойду.

« Где записываемся?

« Как собираемся?

« Куда идти?

« ГЫДЕ?!

« Будет знать, как чужие песни петь!

(Тем временем) Рядом с баром «Помятая Креветка».

Успев пересесть на перевалочной Саданг, мне удалось доехать до центральной станции Сеул, откуда всего два перегона к необходимой остановке Мапо.

Дикое происшествие в вагоне успело поблекнуть, а вот запах бензина продолжает тревожить мой нос. Хотя после недолгой прогулки он почти выветрился.

Местные, офигеть какие странные! Если чего надумал, это личные проблемы. Зачем втягивать в скоропалительные решения непричастных, я не понимаю…

«Живи и дай жить другим» — отличный принцип.

На вечерней улице светит знакомая вывеска. К хвостику креветки приставили лестницу, над высоким карнизом меня удивила солидная фигура.

Хитман развешивает гирлянды, самолично.

— Нужна помощь? — громко ему выкрикиваю.

По носу ударил запах от сложенных рупором ладошек.

— Правильно! Спускайтесь, кхынабоджи!

Гаркнула тётка в зелёном халате и таращит на меня выпуклые глаза:

— Пусть молодые лезут! Их не жалко!

Хозяйка Соха такая ласковая…

— Своевременно! — сверху ответил Хитман. — Ящик с инструментами на скамейке! Возьми перчатки, неси второй моток.

Кидаю баул с толстовкой на деревянные рейки. Тряпичные рукавицы нашлись там, где указали, рядом лежит гирлянда, смотанная в солидную бобину.

— Эх-х… — настойчиво тяну неудобную ношу.

Продевая руку, вешаю провод на плечо:

— Тяжела наша работа! Светить всегда, светить везде…

Шаткую лестницу трясёт под ногами, сильная ладонь тянет меня выше.

— Удержишься? — внимательно смотрит Хитман.

— Я покорю любую вершину, — весело ему усмехаюсь.

— Увидим…

Он принял тяжёлую бобину. Вместе мы легко раскидываем провода, украшая морского жителя новогодними гирляндами.

— Арассо, — довольно оценивает вывеску Хитман, — комната на крыше по-прежнему свободна.

— Будет кстати, — благодарно киваю ему, упорно заталкивая непослушный провод в специальное крепление.

Но больше всего я хочу принять душ! И кеды надо помыть, они давно этого заслуживают…

Владелец заведения спустился вниз, а у меня в кармане заплясал мобильник. Держась рукой за вывеску, я мажу по экрану и поднимаю трубку.

— Анге-е-ел… — развязно начал «Принц Красавчик» и громко требует: — Чего опять творишь?!

— Креветку гирляндами украшаю…

— Совсем рехнулась! Ни на минуту оставить нельзя! Чего в метро устраиваешь?! — недовольный крик заглушает раскатистая музыка и хор весёлых голосов.

— Дружище, пить надо меньше!

— А мы друзья? — сбавил тон Ган.

— Тебе решать… — отбиваю звонок.

Пусть он проспится, общаться с выпившим себе дороже!

— Агась! — согласно улыбаюсь рожице помятой креветки и запрокидываю голову к небесам.

Звёзд почти не видно. Их свет затмило яркое сияние огромного мегаполиса, но это только пока…

Невероятно приятно, когда о тебе кто-то беспокоится, пусть даже всякие невменяемые чудики среди голосящих подпевал.

Давненько не было так хорошо!

«Огонь Тэгу»

Монумент подземной катастрофе, она считается одной из самых крупных в истории метро. Впоследствии корейские власти значительно доработали системы пожарной безопасности на станциях.

218

(4 декабря 07:55) Крыша «ХИТ Интертейнмент». Сеул.

Сквозь широкие жалюзи пробился утренний рассвет. К стене отодвинут журнальный столик, на его месте ритмично пыхтит один из обитателей небольшой комнаты. Молодой парень умело отжимается, он целиком сосредоточен на утренней разминке, беззвучно считая повторы. Число наклонов уже перевалило за сотню, и голое по пояс тело покрылось лёгкой испариной.

— Ксо! — шикнула светлая фигура и одёргивает простыню, ступая босыми ногами от двери в ванную.

Мускулистый парень вскинул голову, его причёска с прямым пробором растрепалась.

— Ущь! — шумно выдыхая, он прыгнул в полный рост.

— Чо-как? — у светлой фигуры тряхнулась лохматая шевелюра, вопросительно изучая недовольного спортсмена.

А тот громко обвиняет:

— Идиотские шутки! Опять?!

Укрытые волосами глаза быстро оценили рельефную мускулатуру напротив. Затем светлая фигура резко отвернулась, шуршание простыни догоняет торопливое бормотание:

— Сука-сука-сука…

Тыг-дыг-дыг-дыг! Босые ноги тарабанят по полу и скачут на бетонных ступеньках.

Бах! Хлопок дверцы кладовки заглушил крик парня:

— Мне ничуть не страшно!

— Хватит шуметь, Дже-е-ей… — сонно протянула другая лохматая голова со второго яруса кровати.

Мускулистый парень упёр кулаки в бёдра и жалуется:

— НамДжун, наш младший снова устроил маскарад!

В ответ послышалось жалобное ворчание:

— Сегодня единственный выходной…

— Опять изображает кишин в простыне! — не унимается Джей. — Точно, он ненормальный!

— Пускай, — лениво согласился НамДжун. — Наверное Ангел из тех призраков, которые обитают в студиях звукозаписи и любят подпевать на альбомах.

— Есть такие потусторонние сущности! — горячо воскликнул Джей. — Мне о них хальмони рассказывала!

(Хальмони [할머니] — Бабушка.)

— Угомонись уже, — НамДжун зарылся под одеяло с головой.

В центре комнаты спортивный парень уставился на дверцу кладовки и задумчиво вспоминает:

— Говорят, такие песни становятся настоящими хитами…

(Тем временем) Крыша «ХИТ Интертейнмент».

Ну погоди у меня, ранняя пташка!

Заняв упор лёжа, бодро отжимаюсь:

— Три-четыре! Пять… Хэ-э… Се-е-емь…

Тушка рухнула, дыхалка кончилась, а руки трясёт упадок сил.

— Ненавижу эту сволочь, — хрипит моё горло, — весь из себя такой…

Устроив подбородок на лакированных досках, я злобно смотрю на входную дверь.

— Качок недоделанный! Прямо с утра настроение испоганил…

А самочувствие было зашибись! План обрести внимание публики двинулся к намеченной цели, что вчера подтвердил окончательный вариант талантливо сведённой «минусовки».

Закончив с гирляндами, у меня получилось зайти к молодому звукорежиссёру. Усталый парень торопился к закрытию метро, поэтому мы языками не трепали, но несколько прогонов сделать успели, в результате пришли к общему выводу: «Ваще ништяк!».

Значит, осталось порыться на ментальном «чердаке» и достать оттуда вещей позабористее. Ха-ха, я могу это сделать на местном чердаке!

— Ха, соединить два в одном, так сказать… — шмыгаю носом и переворачиваюсь на спину.

Тёплые доски приятно греют. В янтарном рассвете кружат мелкие пылинки, их плавный танец настроил на вялотекущие размышления.

Ночью прокрасться мимо дрыхнувших