Затерянные во времени. ДНК из прошлого - Светлана Малеёнок

Мы вскочили, испуганно вертя головами и не зная, откуда ждать опасность. Казалось, этот звук звучит отовсюду.

Сначала пришёл ветер — внезапный порыв, от которого затрепетали листья на ветвях кустарников. Потом наступила тишина, в которой даже цикады замерли. И вдруг — БАХ! Словно гигантский барабан лопнул у самого черепа. Я упала на колени, чувствуя, как желудок подкатывает к горлу. Этот звук не слышался — он проникал: сквозь кожу, сквозь мышцы, до самых костей. Казалось, сама земля стонет от боли. Но теперь я чётко услышала, откуда приближается опасность!

— Быстро всем под купола! Быстро! И не двигаться! — прошипела я, в мгновение ока оказавшись у генерирующего защитное поле колышка, и на автомате обвила его руками, как утопающий хватается за соломинку.

Все также метнулись к своей, кажущейся эфемерной защите, и в глазах у каждого читался немой вопрос: «Сколько она продержится? И сколько таких тварей бродит поблизости?»

И вдруг мой взгляд упал на траву. Она была не просто низкой — она была примята, словно кто‑то недавно здесь лежал. Очень недавно.

«О нет», — подумала я, чувствуя, как холодеет спина.

Мы по глупости устроили ночлег на месте лежанки древнего хищника.

БУМ.

Не звук — удар.

УУУУ‑АААААРРГХ!

Низкий, как землетрясение. Резкий, как трещина в камне. Длинный, как вечность.

После него мир на три секунды стал тише. Даже ветер затаил дыхание.

Я обернулась на звук — из зарослей папоротника медленно выдвигалась огромная морда. Зубы — как кинжалы, глаза — холодные, жёлтые, с вертикальными зрачками. Хищник приподнял голову, шумно втягивая ноздрями воздух, его дыхание вырывалось клубами пара.

Страх сковал меня. Я лихорадочно оглядывалась, ища пути отступления. Что, если купол не выдержит? Что, если эта тварь просто раздавит его, как яичную скорлупу?

Взгляд снова упал на примятую траву. Мы действительно устроили лагерь на чужой территории. На месте, где недавно отдыхал хищник. Возможно, даже этот самый.

Динозавр разразился новым душераздирающим рёвом — звук прокатился по джунглям, словно раскат грома, заставляя содрогаться лианы и вздрагивать исполинские папоротники. В этом вое смешались ярость, голод и первобытная мощь, от которой кровь стыла в жилах.

Медленно, с леденящей неторопливостью, он вытянул вперёд свою шишковатую морду. Серая, будто вытесанная из грубого камня, кожа испещрена буграми и складками, в которых таились шрамы давних битв. Его взгляд впился в ближайший к нему мерцающий купол, словно пытался пронзить его взглядом.

Под куполом сидел один из аборигенов. Я видела, как его спина напряглась, когда рёв ударил по нервам. Мужчина вздрогнул всем телом — резкое, непроизвольное движение, от которого у меня внутри всё оборвалось. Медленно, почти незаметно, он отполз назад, прижимаясь к дрожащей полупрозрачной стене.

«Замри! — мысленно кричала я, сжимая кулаки так, что ногти впивались в ладони. — Не двигайся, ради всего святого, не двигайся!»

Динозавр уловил это едва заметное перемещение. Его голова резко дёрнулась, вся туша напряглась, как сжатая пружина: могучие лапы вжались в землю, мышцы под грубой кожей перекатывались буграми. Он готовился к броску — я чувствовала это каждой клеточкой тела.

Воздух сгустился от напряжения. Время словно замедлилось, растягивая каждое мгновение в вечность. Я не дышала, не моргала — только смотрела. Купол мерцал, но мне казалось, что он становится всё тоньше, всё прозрачнее. Динозавр сделал шаг вперёд, его морда почти коснулась эфемерной границы. Я зажмурилась, ожидая удара…

Но тут сидевшая в соседнем от мужчины куполе девушка не выдержала и закричала. Голова ящера резко мотнулась в ее сторону, а зрачки сжались в маленькую точку, словно наводя прицел.

Девушка в куполе продолжала кричать, закрывая лицо руками. Динозавр наклонился к полупрозрачной преграде — и раздался оглушительный треск, посыпались искры. Ящер отпрянул, замотал головой, из его пасти вырвалось низкое, утробное рычание.

Я затаила дыхание. Всё зависело от того, поймёт ли он, что добыча недосягаема, или решит испытать барьер на прочность.

Он сделал шаг назад, пригнул массивную шею к земле, словно готовясь к прыжку. Мышцы под грубой серой кожей перекатывались, глаза не отрывались от жертвы.

— Не двигайся! — прошептала я, хотя знала: девушка меня не слышит. — Просто замри…

Словно в ответ на мои слова, динозавр резко выпрямился. Его хвост с силой ударил по земле, взметнув комья грязи и обрывки листьев папоротника. Ящер открыл пасть — в полумраке блеснули ряды острых, как кинжалы, зубов — и издал ещё один рёв, от которого задрожали листья на ближайших деревьях.

И вдруг… он отступил. Шаг, ещё один. Медленно, не отводя взгляда, начал обходить купол по кругу, будто изучая его, выискивая слабое место.

Я рискнула чуть приподняться, чтобы лучше видеть. В этот момент девушка наконец замолчала. Её плечи дрожали, но она больше не кричала. Может, поняла, что крики только злят зверя? Или просто потеряла голос от ужаса?

Динозавр замер напротив неё. Его ноздри раздувались, втягивая воздух. Он наклонил голову, почти касаясь купола, и… тихо, протяжно зарычал. Не яростно, как прежде, а словно с досадой.

Я замерла, едва дыша.

Всё произошло в считанные секунды — девушка вскрикнула, вскочила на ноги и рванула прочь, купол послушно расступился перед ней, а динозавр, издав яростный рёв, бросился следом.

Его массивные лапы с грохотом обрушивались на землю, заставляя её содрогаться. Он пронёсся мимо наших куполов, задевая их краем туловища — каждый контакт сопровождался вспышками и треском разрядов. Ящер вздрагивал, но не останавливался, устремившись за беглянкой.

— Нет! — вырвалось у меня. — Не беги!

Но было поздно. Девушка, не разбирая дороги, мчалась сквозь заросли, а за ней, словно живая гора, двигался хищник. Его хвост, словно бич, сметал папоротники, оставляя за собой просеку.

В наступившей тишине мы сидели, сжавшись, словно комок нервов, и прислушиваясь к удаляющемуся топоту. Издалека лишь изредка доносились обрывки криков и треск ломаемых ветвей.

— Она… она погибла, — прошептал кто-то.

Я сжала кулаки. Злость на неё — за панику, за необдуманный побег — смешалась с отчаянием. Мы ведь все слышали: купола защищают. Нужно было просто замереть.

Тишина обрушилась на поляну, словно тяжёлый плащ. Я выдохнула, только сейчас осознав, что всё это время держала воздух в лёгких.

— Он ушёл? — раздался дрожащий голос Миланы из соседнего купола.

— Да, — ответила я, всё ещё не веря до конца. — Он ушёл.

Я огляделась. Остальные сидели в своих