Гость из будущего. Том 5 - Владислав Викторович Порошин

Солнце взойдет!

Солнце взойдет!

И тут наконец в окне появилась Нонна. Она в открытую форточку швырнула, метя в меня, букет полевых цветов, который я подложил к её двери сразу после ужина. И громко крикнула:

— Если вы, товарищ режиссёр, сейчас не заткнётесь, то я на вас спущу злого и дикого кота.

В подтверждении своих слов Нонна показала нашего домашнего Чарли Васильевича, который растерянно крутил своей чёрно-белой мордочкой и недоумевал, чего от него все эти люди хотят. Поэтому он в свою очередь громко и возмущённо мяукнул, потребовав немедленно оставить его в покое и покормить.

— Ладно! — рявкнул я. — Не будем нервировать животное! Спасибо за внимание, — сказал я, поклонившись актёрам и актрисам, которые меня искупали в аплодисментах.

* * *

Уже перед сном эту не совсем удачную серенаду я всё же занёс себе в актив. Нонна начинала постепенно оттаивать. И это подтверждала шутка с котом. Кстати, её придумал именно я, когда мы жили в ленинградской коммуналке. Если меня там кто-то начинал доставать или отвлекать от работы, то я как правило грозился натравить злого и дикого кота.

«Ничего, вода камень точит», — буркнул я, открыв собственный сценарий.

Конечно, это было немного безрассудно, но я начал снимать картину, не имея чёткой и проработанной предыстории первого эпизода звёздной саги. Дело в том, что в оригинальных «Звёздных войнах» джедаи противостоят ситхам. И те и другие применяли некую вселенскую силу. Только джедаи использовали светлую сторону силы, а ситхи тёмную. Светлая сторона — это покой, знание, безмятежность и гармония. Тёмная — это гнев, ярость, ненависть, страх и прочие негативные эмоции.

В итоге получалась какая-то адская белиберда и большая логическая нестыковка, которая раньше не бросалась в глаза. В реальном поединке ненависть и ярость плохие помощники. И вообще, чтобы прейти к покою, к знанию, безмятежности и гармонии как раз требуется усмирить негативные эмоции. В этом и заключается понятие Дао в восточной философии. То есть в реальности ситх — это тот же джедай, только молодой и неопытный, который использует в бою ярость и гнев, а не холодный ум, знание и расчёт. И для меня такая наивная детская концепция ситхов и джедаев по Джорджу Лукасу категорически не годилась. Нужна была иная концепция тёмной силы.

Поэтому я открыл записную книжку, куда делал заметки для будущей книги и набрасывал разные интересные мысли и написал: «Тёмная сторона силы — это нечто иное, это не про эмоции. Переход на тёмную сторону вообще не сопряжён с каким-либо негативом. Тёмная сторона начинается там, где ты перестаёшь верить в себя и прибегаешь к помощи техники, электроники и искусственному интеллекту. Когда писателю или сценаристу не хватает своего интеллекта и таланта, то он генерирует текс в ИИ и кормит этим фуфлом наивных людей. А воин со световым мечом в руках чтобы из подмастерья быстро прыгнуть в мастера подвергает свой мозг чипированию и вживляет в организм микроэлектронику. Мои ситхи — это киборги, которым не ведомы ни сострадание, ни любовь, ни сердечная привязанность. Они холодные как машины. И хоть они быстрее и сильнее джедаев, и их гораздо больше, но их талант пользоваться силой ограничен. Им не хватает интуиции и дара предвидения будущего. И с годами эта малая толика таланта неминуемо испаряется».

На этих словах в мою дверь кто-то постучал.

— Не заперто, — буркнул я.

— Я тут из деревяшек бластеры настругал, — сказал Генка Петров, заглянув в мою комнату. — Издалека — как настоящие. Посмотришь?

— Верю, — кивнул я. — Слушай, Геннадий, я пообещал с твоей Анюткой поговорить. Но мне в последние дни всё было как-то не с руки.

— Не надо разговаривать, — усмехнулся мой армейский дружок, войдя внутрь комнаты. — Мы уже помирились. В этом году точно не разведёмся. Кстати, а ты-то чё теряешься?

— Не понял?

— Ноннка, конечно, девочка красивая, но у тебя и без неё поклонниц полно, что в Москве, что в Ленинграде, — полушёпотом затараторил он. — Чё ты перед ней унижаешься? Придёшь на «Мосфильм» там к тебе очередь из молоденьких актрис выстроится.

— Так ты меня успокоить перед сном зашёл? — усмехнулся я. — Спасибо, дружище. Ха-ха. Запомни, мой боевой товарищ, серенадой влюблённый джигит себя унизить не может. А что касается старлеток, то с Нонной у меня душевное родство, а с ними что? Ничего. Поверь — всё будет хорошо, и через недельку всё устаканится, — сказал я, сладко потянувшись. — Давай-ка, Геннадий, на боковую. Завтра сложный съёмочный день.

* * *

В субботу утром в песочном карьере, что находился недалеко от села Сайлык сторонний наблюдатель мог лицезреть очень необычную картину. Между огромных киношных ДИГов, между рельсов для тележки долли, стрелой киношного крана и нескольких кинокамер прогуливались странные существа. Один был похож на огромного прямоходящего пса с железной перевязью и пистолетной кобурой. Трое других носили на себе головы птиц, а все остальное тело этих инопланетян скрывали плотные чёрные одежды, дополненные длинными развивающимися плащами. Кроме пса и птиц по съёмочной площадке перемещались пятеро штурмовиков в белых пластмассовых доспехах и бегали ребятишки в серебристых трико, в длинных перчатках и с телом больше похожем на кабачок. Дизайн этих роботов я позаимствовал из мультфильма «Тайна третьей планеты». В нём именно такие железные балбесы осуществляли погрузку космического корабля капитана Зелёного.

— Дети не порвите костюмы! — кричала на них Галина Васильевна. — У меня запасных трико и перчаток нет!

— В этой маске дышать невозможно, — пробасил Левон Кочарян, стянув с головы лохматую морду большого пса. — Когда снимать-то начнём? Жарко же!

— Лёва, подожди, — отмахнулся я. — Сейчас грим наложат экипажу «Сокола» и начнём.

«Что так долго?» — прошипел я про себя и направился в палатку, где разместились наши гримёры. Впрочем, когда я, откинув полог, вошёл внутрь, то Сава Крамаров и Нонна Новосядлова к съёмкам были готовы. Сава в светло-серой рубахе, тёмной жилетке и ремнём с большой кобурой чем-то напоминал ковбоя с дикого запада. Для полноту образа ему не хватало только ковбойской шляпы. А Нонне для съёмок пошили тёмно-коричневый комбинезон, который мы дополнили налокотниками, наплечниками, наколенниками и поясом для бластера.

— Вы почему не на площадке? — буркнул я. — Там дети сейчас костюмы роботов в клочья порвут.

— Похоже съёмка на сегодня отменяется, — «обрадовал» меня Савелий Крамаров.

После чего