7 дней катастрофы - Константин Николаевич Буланов

Как впоследствии показали споро распечатанные снимки, лишь на одном этом аэродроме немцы потеряли 45 самолётов, 42 из которых являлись Ме-109. И всей ценой данного успеха был один единственный сбитый зенитками Су-2, да ещё пять машин получили различные повреждения, но сумели вернуться на родной аэродром. «Чайки» же вовсе обошлись без потерь, как вследствие неожиданности их налёта, так и по причине быстрого ухода восвояси — тут их пилотам на руку сыграло некорректное понимание командованием 11-й САД полученного приказа.

Правда, новые потери всё же имели место быть при последующей боевой работе в течение всего дня. Добивание аэродромов, налёты на склады и уж конечно штурмовка растянувшихся огромными колоннами по всем приграничным дорогам немецких частей стоили потери ещё 10 машин, как Су-2, так и И-153 с примкнувшими к ним И-15бис. Но, как оказалось, на общем фоне их можно было признать более чем приемлемыми.

Тем же пилотам-ночникам на И-16 в этом плане повезло чуть меньше. Они как раз выполнили приказ в точности до последней запятой и даже смогли прикрыть те СБ-2, что явились в составе 3-й волны, от подтянувшихся с тылового аэродрома в Пшасныше немецких истребителей. Но вот цена, что им пришлось заплатить, оказалась весомой. Семь «Ишачков» оказались сбиты в первом же бою с полутора дюжинами истребителей-бомбардировщиков Ме-109Е4 и полудюжиной Ме-110 — всем, что немцы сумели наскоро наскрести летающего у себя в ближайших закромах. Противник же лишился трёх своих тяжёлых двухмоторных истребителей и одного «худого», после чего поспешно ретировался в виду явного количественного превосходства «красных». Потому работа по аэродромам подтянувшимися вскоре бомбардировщиками прошла, как по нотам.

Более того, на этом налёты советской авиации не прекратились и в течение дня те же самые И-16 и те же самые СБ-2 ещё дважды наведывались к своим первым целям, добивая на земле всё то, что не вышло сжечь или разбить в труху в самый первый час войны. Уж кто-кто, а они прекрасно знали, что аэродром, лишившийся топливных хранилищ, мастерских, складов боеприпасов и вообще всей прочей потребной инфраструктуры — это уже не аэродром, а просто временная зона базирования, действуя с которой, не сильно-то и повоюешь.

Правда, в процессе ещё два И-16 стали жертвами зениток и их пилотам пришлось прыгать с парашютом над вражеской территорией. Ну и с десяток самолётов привезли домой немало пробоин в своих фюзеляжах. Так что по результатам этого, первого для них дня боёв, все оставшиеся невредимыми машины и всех уцелевших пилотов можно было смело сводить в один полк.

Увы, не обошлись без потерь и прочие советские авиачасти, действующие на «северном фланге» Западного фронта.

Пять СБ-2 из числа ночников ещё в самом первом вылете погибли в столкновениях друг с другом — больно уж опасный изначально был весь этот замысел с массированным ночным налетом, чтобы оказалось возможно вовсе избежать такой трагедии. У трёх самолётов в силу возраста и израсходования ресурса заглохли двигатели, и их пришлось сажать куда придётся. Благо это произошло уже над своей территорией. Ну и зенитки попятнали некоторые машины — куда уж без этого. Немцы «мальчиками для битья» уж точно не являлись и потому активно старались дать сдачи. Да и днём, когда их всё же решились выпустить в новые налёты, от зенитного огня пострадали с полтора десятка машин, благо хоть на удивление обошлось без новых безвозвратных потерь. Хотя некоторые из них и садились впоследствии на ближайшие аэродромы, не имея возможности дотянуть до своих, что впоследствии значительно затрудняло процесс возвращения их обратно в строй.

В третьей же волне, встреченной наиболее сильным зенитным огнём, немало советских самолётов получили те или иные повреждения, заставившие пилотов семи из них вовсе пойти на вынужденную посадку в ближайших же полях. Вдобавок, не менее двух десятков повреждённых машин, хоть и сумели дотянуть до ближайших советских аэродромов, что ещё не были покинуты своими войсками, отныне требовали долгого ремонта, дабы вновь подняться в небо. А два экипажа вовсе весьма обидно побились при посадках. Что называется, война войной, а аварии авариями — их никто не отменял.

Ещё дюжина СБ-2 оказались сбиты, сели на вынужденную или погибли в авариях при последующей боевой работе в районе Сувалкинского выступа, завершившейся лишь с наступлением сумерек. И втрое больше данных самолётов получили повреждения, начиная от совсем лёгких и вплоть до практически фатальных для крылатых машин. Но оно того явно стоило, поскольку немецкая авиация в этой конкретной области, словно вымерла, а в пригороде Сувалок на протяжении ещё двух суток непрерывно рвались снаряды и авиабомбы с разгромленных складов и железнодорожных составов.

На «южном же фланге» всё прошло куда более неприятно для советской авиации.

К тому моменту как 5 полков И-16 налетели на два аэродрома базирования немецких истребителей, там уже их поджидали не менее двух дюжин поднятых в воздух и полностью готовых к бою лучших модификаций Ме-109, которыми управляли очень опытные пилоты. Потому размен в процентном соотношении тут вышел куда худший для советских авиаторов. Заметно худший!

Нет, всех тех немцев, кто не успел взлететь, сожгли с гарантией прямо на местах стоянок или же на взлётных полосах. Как разбили РС-ами и немало открывших было огонь зенитных пушек. Всё же 120 советских истребителей суммарно притащили под своими крыльями 720 реактивных снарядов. Потому люлей поначалу вышло отвесить если не всем, то очень многим. Внизу всё горело, взрывалось и дымилось.

Но вот потом удерживавшие высоту и имеющие превосходную связь немцы смогли скооперироваться и неслабо отыграться за учинённый их сослуживцам на земле разгром, ссадив с неба 17 «Ишачков», в обмен на потерю 5 своих «худых». Да и 4 пикирующих бомбардировщика Ар-2 из 2-й волны, только-только подходящих к намеченным целям, оказались сбиты ими над немецкой территорией, что уж точно не могло вызывать положительных чувств. Хорошо хоть пилоты советских пикировщиков проявили стальную выдержку и, не смотря на всё противодействие противника, выполнили свою работу на отлично, прицельно вывалив свой смертоносный груз прямо на те скопления самолётов, которые не сильно-то дымились к моменту их появления над вражескими аэродромами.

А после вовсе «заявился лесник» и разогнал всех. В том плане, что в 51-ой истребительной дивизии Люфтваффе насчитывалось 4 полка, а оказались сильно потрёпаны неожиданной атакой лишь 2 из них. Вот 80 мессершмиттов двух оставшихся и были более чем оперативно перенаправлены дивизионным командованием с задач по нанесению бомбовых ударов на помощь атакованным «соседям». А, что ни говори, восемь десятков полностью боеготовых Ме-109F2