Непокорная жена, или Как (не) разозлить дракона - Елена Сергеевна Счастная

— Звартскую колдунью? — переспросила я, потому что эти слова ни о чём не не говорили.

— Зварты — очень неприятные соседи Адетара. Входить в её состав не желают, сопротивляются очень яростно и к тому же используют скверную магию — нечто вроде ядовитой версии любой магии, которая течёт внутри нас. На территории Адетара она запрещена. Но некоторые, как видишь, тихонько промышляют.

— Это безопасно? Она ничего не сделает другим драконам?

— На неё надели блокиратор. Скоро её привезут в Варвельд — там я с ней и поговорю.

— Я полечу с тобой! — заявила я. — Надеюсь, нам удастся уговорить её освободить Вэлраша от остатков той связи… Кстати, где он сейчас?

Регар продолжал летать на Разусе, чтобы не привлекать к пробуждению Вэлраша внимание недоброжелателей. Обсудив это, мы решили, что до соединения не стоит кому-то об этом рассказывать.

— Он в горах, восстанавливается. Он провёл во сне много месяцев, нужно размяться, — улыбнулся муж. — Собирайся, нам нужно отправиться сегодня.

Я кивнула и побежала переодеваться. Сейчас, когда ремонт мельниц запущен, а Вимин за всем следит, они временно могут обойтись и без меня. Отлучусь на пару дней — ничего страшного не случится.

Мы отправились в Варвельд сразу после обеда и уже к вечеру были там. Едва ступив на землю драконьего поместья, я поняла, что соскучилась по этому месту. По его монументальному спокойствию, по основательности этого дома.

Но как только мы добрались до особняка, поняли, что на самом деле здесь что-то случилось — и связано это было не с привезённой сюда колдуньей. Нас встретил взволнованный дворецкий и сразу передал Регару запечатанный конверт.

— Вот, привезли сегодня днём… — проговорил он полушепотом. — Гонец в форме императорского служащего.

Князь распечатал его и быстро прочитал послание, отчего его лицо сразу потемнело.

— Что там? — спросила я, попытавшись сунуть нос в письмо.

— Пока что ничего особенного… — ответил он так, что сразу стало понятно: ничего хорошего в этом послании тоже нет. — Просто император Сенеон требует явиться уже завтра на срочное Княжеское собрание.

* * *

Регар

Признаться, получив письмо, я решил, что Сенеон вызывает меня на личную встречу, но ошибся. Весь зал Княжеского Собрания был заполнен: император озаботился созвать всех правителей, и даже больше — здесь присутствовали и многие особо влиятельные графы. В том числе одним из первых я заметил Харду Даркула — он сидел среди равных и что-то увлечённо с ними обсуждал.

Стоило только мне войти в зал, как вокруг стало гораздо тише, гомон прекратился, сменившись лишь разрозненными шепотками, в каждом из которых слышалось моё имя. Я прошёл на своё место, кивая в ответ на приветствия и чувствуя, что во всей этой обстановке явно что-то не так.

К счастью, ждать разъяснений не пришлось долго. Как только все устроились за огромным овальным столом, в зал вошёл император Сенеон в сопровождении личных телохранителей, которые остановились у двери.

Он встал между своим троном и столом, после его опёрся на него обеими руками, как строгий учитель, готовый отчитывать учеников, и окинул присутствующих пытливым взглядом. Все окончательно притихли.

На самом деле мало кому нравилась его снисходительность к представителям высшей знати Адетара, но князья терпели. После завоевания Гэзегэнда Сенеон стал ещё более заносчивым и резким. Поговаривали, что теперь даже за незначительные проступки можно было оказаться в большой его немилости.

К слову, князя Гэзегэнда на собрании не было, и я предположил, что это — как раз то самое проявление императорского пренебрежения. Он сознательно ставил бывшего короля на то место, которое ему отвёл — побеждённого и униженного правителя, который не имеет пока права на собственное слово.

— Итак, — начал Сенеон. — Сегодня я собрал вас по очень серьёзному поводу, чтобы вы все вместе со мной приняли решение о том, как нам следует поступить. На днях мне пришло очень тревожное сообщение о безответственном поведении одного из вас. Я внимательно ознакомился с ним, уточнил всё, что меня интересовало и понял, что так дело не пойдёт, — на этих словах он перевёл на меня холодный острый взгляд.

Все присутствующие проследили за ним, а я, в свою очередь, посмотрел на графа Даркула — ну кто ещё, кроме него, мог обратиться к императору с доносом, который касался бы меня и моих дел? Только он. Больше никто не был в этом заинтересован.

— Князь Мовельор… — тон Сенеона стал ещё более резким и угрожающим. — Насколько я понимаю, дела с магическим балансом в вашем княжестве до сих пор складываются непросто. К прорывам гризоров добавилась опасность нападения на местных жителей выжившего из ума дракона. Не желаете ли вы объясниться? Ведь, кажется, суд постановил, что для восстановления спокойствия вам необходимо забрать магию Ронессы Варэра и пустить её на общее благо. Раз уж она стала виновницей нарушений.

— Боюсь, предоставленные вам сведения устарели, ваше величество, — спокойно ответил я. — Обстановка в княжестве в последнее время стала гораздо спокойнее. Появление Аказама по-прежнему ожидается, но к нему мы готовы и в любой момент сможем его остановить.

— А что же насчёт магии вашей так называемой супруги? — прищурился император. — Вы обращались ко мне лично с просьбой одобрить применение к ней таких строгих мер. А теперь… тянете время? Зачем?

— Я не вижу необходимости делать это и калечить здоровье Ронессы… Мовельор.

Князья озадаченно загудели, обмениваясь вопросительными взглядами.

— То есть, другими словами, вы над ней сжалились в ущерб жителям собственных земель, — сделал вывод император.

Надо сказать, очень превратный. Он меня никоим образом не устраивал.

— Я имею все основания полагать, ваше величество, что наша с Ронессой брачная связь благотворно повлияла на магический фон. Он значительно стабилизировался и скоро, уверен, придёт в норму.

— А что же с Аказамом? — не унимался Сенеон. — Вы, насколько я знаю, до сих пор лишены ипостаси. Как вы планируете его подчинить, если он вернётся с намерением напасть?

— В скором времени я вновь соединюсь с Вэлрашем. Думаю, подходящий момент настал. Тогда у Аказама не останется выбора.

Никто в этом зале не знал, каких усилий мне стоило сохранять невозмутимость. Я прекрасно, понимал, к чему ведёт император и чего ждёт Даркул. И сейчас мне нужно было выиграть время.

— Мне нужны гарантии, — вздохнул Сенеон. — Нестабильность магии может сказаться на спокойствии в соседних с вашими землях. Да. Аказама можно остановить общими силами. Но вы же понимаете, что убийство любого дракона — это большой удар по доверию остальных. Мы не можем этого