Системная Перезагрузка: Том 3 - Серафим Леман

Что тебе нужно?

— Это ты делаешь так, что я ничего не чувствую?

А что ты должен чувствовать?

— Не знаю. Вину? Раскаяние? Что-то человеческое.

Ха! Человеческое. Ты убил врагов, которые напали на твой мир первыми. Ты защитил свой народ. Что тут должно вызывать вину? Гордись своей маленькой свершившейся местью и победой.

— Но я наслаждался этим. Процессом убийства.

И что в этом плохого? Ты хищник, Ной. Альфа-самец. Доминант. Убийство — это твоя природа. Зачем с ней бороться? Только сильный решает, кому жить и кому умереть.

— Но я человек, а не зверь.

Йон рассмеялся.

Люди — самые эффективные убийцы в галактике. Вы убиваете ради ресурсов, территории, идеологии, религии, а иногда просто от скуки. Даже твоя деградировавшая раса истребила сотни видов животных, развязала тысячи войн, создала оружие, способное уничтожить всё живое на планете. И ты говоришь о человечности?

— Не все такие.

Все, Ной. Просто одни честны с собой, а другие прячутся за моралью и принципами. Но суть одна — убить или быть убитым.

Я помолчал, обдумывая его слова. Йон не унимался:

А кем ты хочешь стать? Слабаком, который плачет каждый раз, когда приходится убить врага? Идиотом, который позволит уничтожить свой мир из-за ложной морали? Тебе воткнут нож в спину точно тогда, когда ты покажешь свою слабость.

— Я хочу остаться человеком.

Тогда прими свою природу. Ты хищник, Ной. Человек — это хищник. Это не стыдно. Это просто факт. Улыбнись, покажи клыки, животное!

Разговор закончился. Йон сначала заржал, а затем замолчал, а я остался наедине со своими мыслями.

Может, он и прав. Может, я слишком много думаю о морали. В конце концов, мы находимся в состоянии войны. А на войне убиваешь ты или убивают тебя. Сомневаюсь, что Бореас стал бы колебаться, и уж тем более терзать себя морально после убийства, окажись я слабее.

Постепенно усталость взяла своё, и я заснул.

Проснулся я от шума. Мгновенно выхватил Абакан из инвентаря и нацелил его на входную дверь.

В комнате лежал Борис, повсюду валялись фрукты и какие-то яства, пролитые на пол.

[Брис]: Завтрак. Что это за мечи? Бронзовый ранг? Что это значит?

Я убрал оружие и сел на кровати. Желудок требовал внимания, но у меня была с собой пища в инвентаре.

[Ной]: Идёт после железного. Как дела в городе?

[Брис]: Нормально. Народ пока спокойный. Несколько мелких стычек было, но мои люди быстро их остановили. Прибыл лорд Филька, ждёт тебя во дворце.

[Ной]: Хорошо.

Я подошёл к столу и начал есть. Борис не спешил уходить.

[Ной]: Говори, что у тебя.

[Брис]: Мой Император, у меня есть просьба.

[Ной]: Ну.

[Брис]: Жёны императора переходят к занявшему его место по праву. Вы не могли бы отпустить двоих? Их много, более сорока, содержатся в подвале.

Хорошо, что я этого вчера не видел, распалённый после убийств. Иначе вместо Бориса сам общался бы с местной аристократией. Сорок женщин…

[Ной]: Кто именно тебе нужен? Почему ты просишь только о двоих?

Если он попросит сейчас себе рабынь — лишится головы.

[Брис]: Это моя мать и сестра, мой Император.

От таких новостей я чуть не подавился. Пришлось хорошенько прокашляться и запить всё это дело водой. Сучье средневековье с его понятиями! Бореас — конченный наглухо! Убить бы его второй раз!

Отпустив Бориса освобождать всех наложниц, кое-как закончил завтрак и начал собираться. Оружие, несколько важных трофеев, кое-что на память. Остальное можно забрать потом. Филька сохранит, передаст. Встретился с ним, поговорил.

— Будет, — уверенно сказал он. — Подавим все города в округе, это займёт какое-то время.

— Хорошо. Сколько?

— Месяц. Максимум — три. Мы и так очень поспешили со столицей. У терраксов очень автономный устрой, торговли и сообщения между городами почти нет. Живут далеко друг от друга. Я бы предпочёл вариант в котором они просто сдаются без боя.

Поездка через портал в пограничную зону, а затем и в мой мир не заняла много времени. Как же хорошо было снова увидеть родное небо, почувствовать знакомый воздух.

Глава 17

Киру удивила не столько моя мощь — что я один отправился штурмовать город (за это меня поругали), — сколько история Бориса и Бореаса. Бог знает, что этот заплывший жиром император вытворял со своими наложницами. В общем, ничем хорошим визит не закончился. Только нервничать её заставил без повода. Впредь буду аккуратнее.

Работы в Борисоглебске продолжали кипеть денно и нощно. Не зная, куда податься, решил заняться двумя вопросами, которые меня давно беспокоили: Первый Оперативный и постройки Системы. Не знаю, почему они были на одной планке у меня, но как сложилось — так сложилось. Евгений Фёдорович сейчас отсутствовал в разломе, сражаясь с монстрами, поэтому я занялся вторым вопросом.

Башня никуда не делась, продолжая возвышаться над городом. Но теперь на её фоне виднелись высотные постройки, которые я узнал сразу же. Небольшие, всего в несколько этажей, но это определённо были они. Точно те же здания, которые мы разрушали во время драки в городе скелетов: тёмные, с матовыми стёклами. Выглядели они злобно и модно, но, говоря по правде, — мне не нравились. Я люблю классический европейский тип построек, а не вот этот вот советский безжизненный брутализм, смотрящий на тебя сверху вниз.

Надеюсь, что у Системы есть иной тип построек. После города скелетов мне будет тяжело здесь находиться. Слишком свежи воспоминания и то чувство, преследовавшее наш отряд, когда мысли заворачивали в сторону безысходности. Думали, что не выберемся. Если бы не Йон…

Кстати, Йон, слышишь? Спасибо тебе. Вот серьёзно. Ты ведь нас всех спас тогда, а я так и не поблагодарил.

Хм. Молчит почему-то. Если так подумать — я ни разу не слышал, чтобы он ко мне обращался до тех пор, пока я не зайду в портал или разлом. Только единожды он перехватил контроль — во время поглощения квинтэссенции Зла. Ни разу об этом не задумывался…

Жуя яблоко, присмотрелся к зданиям. Всё же отличия были. Если раньше я этого не замечал, то теперь на их поверхности видны синие прожилки, как в пещере гоблинов. Сильно умным быть не нужно, чтобы догадаться, что это как-то связано с энергией. Сейчас они не светились, или это попросту было незаметно во время дня.

Недолго думая, направился туда, где находится единственный известный мне Источник Зла в этом мире — в