Мятеж Нефритовой Девы - Дмитрий Ласточкин

Долго ждать не пришлось. Уже минут через десять из пещеры раздались шорохи, а потом оттуда выскочило целое семейство барсуков — мамаша-барсучка и четверо барсучат. Мамаша была размером с упитанную корову и с уровнем развития пика Небесной Пустоты. Хотя, кажется, её уровень упал из-за кормления детей. А барсучки уже неплохо вымахали, не меньше откормленного хряка габаритами, и с культивацией Бессмертного Основания, хотя и самого начала.

— Человек! — зарычала барсучиха, увидев меня. Махнула лапой, гася костёр и разбрасывая его по кустам. — Уходи отсюда, двуногая! Иначе я съем твои кишки!

— Мама, а она вкусная? Мама, мы хотим её съесть! — заверещали барсучки.

Они скалили пасти с белыми зубами, фыркали и напрыгивали на меня, впрочем, не пересекая определённой черты.

— Освобождайте свою нору, или я сделаю это сама! — в ответ я вынул Серебряную Волну и рубанул ею по камню в полметра диаметром, разрезав его без всяких усилий.

— Мама-мама, у неё есть блестящий клык! Мы хотим её съесть и её блестящий клык! — заныли барсучки.

Но их мамаша ясно была опытнее, она впечатлилась моим мечом и только шипела, глядя на него.

Так мы стояли с минуту, выжидая, у кого нервы окажутся крепче. Потом барсучка решила действовать, сделала вид, что хочет нырнуть обратно в пещеру, но резко распрямилась и прыгнула на меня, выставив здоровенные когти и клыки. Шерсть её встала дыбом и засеребрилась, это была некая защитная техника.

Попалась! Рассекающая Волна, пятьдесят Древних Рук Силы!

Взмахнул мечом, и голова барсучки покатилась в кусты. Её тушка упала передо мной, конвульсивно дёргаясь, разрывая землю когтями и брызгая кровью из разрубленной шеи. Царапка подбежал к лужице крови, лизнул её и стал чавкать ртом, будто хочет распробовать её, как вино.

— Ах, мама! Как ты могла умереть, мама⁈ — заверещали они, сбиваясь в кучку и поджимая хвосты. Вся боевитость резко испарилась. — Ах, человеческая самка, мы маленькие, не убивай нас! Мы же сироты!

— Ох! — я печально кивнул, но потом улыбнулся. — Ничего, детки, я могу это исправить!

— Ты… вернёшь нашу маму⁈ — удивились барсучки.

— Нет, но я могу отправить вас к ней! В новой жизни вы снова можете стать одной семьёй!

— Неееет! — заверещали барсуки, но кто ж их будет слушать?

Хуюмболы, блин, полосатые! На жалость меня развести пытались! Ладно бы ещё уверяли, что они невкусные… А так совсем проигрышная тактика получилась.

Отодвинул добычу в сторону и вошел в пещеру. Зверями стало пахнуть ещё сильнее, но и духовная вена чувствовалась намного лучше. Концентрация Ци в пещере была впечатляющей, особенно с учётом того, что я был на Седьмых небесах. Даже без еды или пилюль я смогу за пару месяцев прорваться к следующему уровню. А с учётом того, что пилюль у меня много, да и еды ещё хватает, то получится ещё быстрее!

Надо только прибраться тут, выгрести весь мусор, кости, шерсть и прелые листья, что натащили в пещеру барсуки. А то вонь стоит, даже подташнивает немного. Как зверьё может в такой атмосфере жить? А поди ж ты!

Всю ночь я трудился над уборкой: выкопал подальше от пещеры яму и перенёс амулетами весь мусор из пещеры туда, потом засыпал. Саму пещеру долго окуривал духовными травами и местными листьями, которые нашел, пока искал эту пещеру. К утру здесь уже можно было нормально дышать и жить, не провонявшись свалявшейся шерстью.

Вознаградил я себя за труды жареной на костре барсучатиной. Мамашка была вкуснее, но жилистой, зараза, а вот барсучки пусть не настолько полезными, как хотелось бы, но на удивление нежными! Скрытое достоинство, не иначе.

Ядро зверя от барсучихи я отдал Царапке, он его с удовольствием сжевал. А вот мелкие ядра от барсучат есть не стал, скривился и отпихнул их лапками с аристократической брезгливостью. Ну и ладно, себе заберу, пошаманю с алхимией. Надо же, какой переборчивый котёнок!

Так, отходы тоже надо бы сжечь. Хм… Я в задумчивости уставился на кучу из шкур, костей и кишок, которые остались после разделки барсучьего семейства.

Шкуры, конечно, можно оставить, хотя с другой стороны — зачем? Я талисманы не рисую и броню из кожи не делаю. Значит, всё равно выбросить. И кости. Но это ж какой расход! Ведь всё это — кости, шкура, кровь, хвост и кишки — части демонического зверя, на рост которых ушла уйма ресурсов! В них тоже есть духовная и жизненная сила, витамины там всякие, минералы и всё, что нужно для тела и духа. Было бы хорошо это всё съесть!

Не напрямую, конечно, шкуры жевать и костями закусывать я не стану. Но ведь можно преобразить всё алхимией и формациями! Превратить сразу всё тело монстра в мясную вырезку, в которой будет всё полезное из всей туши! Нужно просто сделать формацию, которая сможет алхимическими процессами разложить тело, очистить, а потом соединить в нечто новое! Просто классика алхимии!

Я загорелся этой идеей, тем более вокруг одни демонические звери. Чем больше съем их — тем меньше опасность. Убью сразу двух зайцев одной уткой!

Но для начала надо доделать пещеру.

Ещё с полмесяца я устанавливал защитные формации, подбирая ресурсы из амулетов для флагов формаций и вырезая на них руны. За основу взял формацию Иллюзорного Барьера — я её столько раз устанавливал и изучал, что уже спокойно мог сам создавать. Плюс некоторые части формации Подавления Ци, которую отобрал у рыбодемонов. Не для того, чтоб подавлять, а чтоб скрывать — надо же замаскировать все эманации духовной вены и моей культивации, что могут исходить из пещеры. На всякий случай, вдруг мои поиски таки дойдут досюда? Вот.

Плюс поставил формацию Преобразования Ци, я нашел несколько штук в амулетах Призрачномечников, можно было не заморачиваться с созданием.

Когда я закончил, пещера имела прекрасный жилой вид — световые кристаллы разогнали мрак, курильницы с благовониями создали прекрасную атмосферу, появились каменный стол, стулья, кровать, а пол я выложил плоскими камешками из речки. В отдельной пещерке устроил алхимическую мастерскую, благо, среди трофеев было несколько алхимических котлов разного качества. Жаль, Живого огня или Земного огня не было, но и духовное пламя, что могу создавать, пойдёт.

— Ну вот, теперь тут даже жить можно! — удовлетворённо сказал я, глядя от входа в пещеру на плоды своих трудов.

Царапка согласно махнул хвостом, лёжа на кровати. Он только на ней и