Чудеса на зеленом холме - Нина Колыбельникова

я заставила себя не унывать. Не нужно интерпретировать хорошее отношение как симпатию. Ведь Тинар-тей действительно ко мне добр, а мне так приятно, что я начинаю к этому привыкать.

После его ухода я все прибрала, а коробку с нарядами спрятала под кровать. Слуги уже заканчивали с работой, так что светить перед ними платьями я не хотела. С них станется в дальнейшем изрезать ткань или сделать еще какую-нибудь пакость.

Но пакость случилась намного раньше, и не с моими нарядами. Во время ужина Синатре-таным стало плохо, у нее появилась какая-то аллергическая реакция. Она была такой сильной, что целитель на дому не помог, и Синатру увезли в местную больницу.

Было очень жаль девушку, и тут я вспомнила разговор между Ленвирой-таным и ее горничной. Хозяйка дома просила что-то сделать девушку, что-то… что довело ее до слез.

А вдруг из-за этого Синатре-таным стало плохо? Может, они чем-то испортили ее еду?

Я так из-за этого переживала, что на следующий день решила рассказать обо всем Карвен-тею, но не успела. Он с утра уехал на работу, зато за завтраком я услышала много интересного. Две девушки, помощницы главной кухарки, сплетничали, что Ленвира-таным ночевала сегодня у Озан-тея в спальне. Будто бы одна из них заходила, чтобы разбудить Озан-тея, и увидела интереснейшую картину.

Стало все понятно. Стоило Синатре выйти за порог, как ее место уже заняли, хотя… на моей памяти она с Озан-теем никогда не ночевала. У супругов были разные спальни.

Слух, видимо, дошел и до Фильтины, потому что оставшийся день она ходила злая и раздраженная. А я проверила свои цветы и была приятно удивлена. На этот раз они не были испорченными.

Однако радовалась я рано.

Глава 36

Каждое утро я проверяла цветы и радовалась. Приобретенная почва оказалась плодородной, Фильтина мои саженцы не нашла, так что я спокойно наблюдала, как цветы растут и развиваются.

Синатру-таным выписали из больницы и привезли домой, но была она в очень плачевном состоянии, и, что удивительно, целители не нашли и причину, и очаг воздействия.

Но самое ужасное — это наблюдать, как Озан-тею было все равно на свою супругу. Он проживал свою лучшую жизнь, пока она не вставала с постели. Встречался с друзьями, шутил с прислугой, а пару раз я даже замечала, как он зажимал по углам Ленвиру-таным.

Карвен-тей слишком много работал в последнее время, поэтому эти двое даже не скрывались, прекрасно зная, что им все сойдет с рук. Из слуг никто не посмеет рассказать хозяину об увлечениях жены и сына.

От этого мне было очень жаль Синатру. Зачем Озан-тей женился на ней? В отместку Тинар-тею? Невооруженным глазом было заметно, что брата он недолюбливает. А может, завидует? И вот это маленькое присвоение чужого греет его душу?

В любом случае, в дела хозяйские я не вмешивалась. Только один раз хотелось вырвать Фильтине волосы на голове. Я услышала, что она рассказывала другой служанке, как «по секрету» поведала Синатре, чем занимается ее супруг с Ленвирой. По ее словам, сделала она это из добрых побуждений. Но после этих слов я заметила, что Синатре стало хуже. И Фильтина этому только обрадовалась.

Супруга Озан-тея стала чужой в этом доме. И чтобы хоть как-то облегчить ее одиночество, я стала приходить к ней после своей основной работы и просто разговаривать. Именно этого не хватало Синатре. Обычного человеческого общения.

Тинар-тей, кстати, так и не вернулся. Он отсутствовал уже несколько дней, и мне не с кем было поделиться хорошими новостями о цветах. Пока они росли, я занялась тем, что стала приводить беседку, фонтан и садовые фигурки в порядок.

Убрала старую краску, нанесла новую. Установила фонарики в беседке и фигурках. Вышло красиво, не хватало только зелени и цветов.

Работы от этого стало меньше, и большую часть дня я проводила с Синатрой. До того самого момента, пока к ней не приехал Альзан-тей.

При виде брата у Синатры на глазах появились слезы, и я оставила родственников наедине. Общались они больше часа, а затем Альзан-тей вышел из ее спальни и дал прислуге указание подготовить гостевую комнату, чтобы жить в этом доме до выздоровления сестры.

Был в этом и свой плюс, в присутствии сурового пирата Озан-тей вел себя как шелковый, любящий супруг. А я стала больше времени проводить в теплице и следить за цветами. За этим делом меня и нашел Альзан-тей.

— Я обещал тебе, что помогу с обучением, — устало сказал он, хотя весь его вид говорил о том, что спать ему хочется больше, чем заниматься со мной грамотой.

Какое-то время я еще старалась его убедить, что занятия можно перенести, но Альзан-тей оставался непреклонен, и мне пришлось согласиться. Обучение пошло быстрее, еще с прошлого раза я кое-что усвоила и старалась каждый день уделять время грамоте, а изучение языков всегда давалось мне легко.

Но случилась новая напасть. У меня вдруг появился сильный сухой кашель, который мешал сосредоточиться.

Обычно простуда у меня сопровождалась ломотой в теле, плохим самочувствием и слабостью. Но сейчас был только кашель. Сначала редкий, не более одного раза в час, потом чаще и чаще. Альзан-тей не мог этого не заметить.

— Мне не нравится твой кашель, — сказал он. — Нужно обратиться к целителю.

— Нет, — я отрицательно покачала головой, — попью чай с травами. Уверена, в этом кашле нет ничего серьезного, потому что в остальном я чувствую себя отлично.

— Все дело в деньгах? — догадался Альзан-тей.

И он был прав, потому что в этом мире не существовало бесплатной медицины. Хочешь жить — плати, а какие могут быть у невольницы деньги? Боюсь, в таких условиях они живут недолго. Конечно, мой хозяин мог вызвать целителя. Оплатить его услуги из своего кармана, но Карвен-тей и так много для меня сделал — подарил надежду на светлое, свободное будущее, и мне было стыдно просить о большем. Тем более я действительно могла разобраться с кашлем самостоятельно, не зря столько времени прожила с ведьмой в одном доме. Осталось только найти необходимые травы…

— Не нужно беспокоить Карвен-тея, — повела я плечом. — Я справлюсь.

— Упрямая, — вздохнул Альзан-тей. — Карвен-тея я беспокоить не собираюсь, оплачу целителя самостоятельно.

— Нет! — прервала его я.

— Что значит нет? — раздраженно произнес Альзан-тей. — Сейчас идет речь о твоем здоровье. Какой смысл в твоей работе, если ты отправишься на тот свет раньше, чем первый цветок раскроет свои бутоны в этом доме?

Головой я понимала, что Альзан-тей прав, но все же целитель