Резидент. Часть 3 - Никита Киров

А вот где взять нужный? Надо работать над этим.

* * *

В следующие дни я не торопился, ждал подходящей возможности, а тем временем думал про взлом.

Пока же какое-то время было спокойно, хотя к нам в город понаехало очень много специалистов особого профиля. Но для обычных жителей это осталось незаметным. Интернет как вырубали, так и вырубают, и машин с мигалками прибавилось. В остальном всё было так же, как и раньше.

Работал и дальше с Холодовым. По той причине, что он ещё оставался у нас в городе и прикрывал меня, чтобы его ретивые коллеги не записали в шпионы меня самого просто потому, что я был там рядом.

Кстати говоря, сегодня у меня с майором встреча. Обещал он мне кое-что, помочь с одним делом. И если он не подозревает тебя в шпионаже, то в целом ведёт себя как отзывчивый мужик.

Ещё больше работы было у Наташи, и я примерно понимал, в чём она заключается. Пока все думали, что новых шпионов нет, то пытались выяснить как можно больше о предыдущих. Вот и она рыла. Да тут все рыли.

А я ждал и думал, где организовать место для своей базы, и как перенести вещи из того временного тайника в постоянные. А для вскрытия планшета нужно место поглубже, куда никакой сигнал не пробьётся.

Картину, связанную с ним, я нашёл в одном из залов дворца памяти. Это был «Поцелуй Иуды» за авторством Караваджо, но с кучей деталей и этим самым планшетом в руках Иуды. Похоже, тут была целая аналогия, как с помощью «поцелуя» обмануть планшет.

Идеи у меня были, и я ждал, когда всё уляжется, чтобы тайно забрать и перепрятать оставшиеся вещи Тумана. Понемногу работал, когда был уверен, что за мной не смотрят, а то ещё будут задавать вопросы, что я делаю возле места аварии. Но там ещё оставалось, что забрать. Оружие вот я не забирал, и часть гаджетов.

Этим утром проснулся рано и сразу пошёл к духовке, придумав, что хочу на завтрак. Забросил туда горсть купленных в киоске орехов и овсяные цельнозерновые хлопья, чтобы немного прогрелось, пока я умывался, чистил зубы и слушал Дэвида Боуи из музыкальной коллекции Тумана. С такой музыкой иногда что-то приходило в голову, порой внезапными озарениями.

Приготовил ленивую овсянку в той же духовке, поставил горшок греться. Вроде и мелочь, а вкус серьёзно изменился, и орехи чувствовались сильнее. Ещё добавил немного сушёной клюквы для кислинки, но без фруктов, а то будет слишком сладко, я так не люблю. После оделся и пошёл на учёбу.

— Здрасьте, Геннадий Иваныч! — встретил в подъезде соседа. — Как состояние?

— Уже получше, Вадик, — бодро и приветливо отозвался он.

Соседи уже не шарахались от меня, особенно Геннадий Иваныч, которому я тогда вовремя вызвал скорую. Только бабка Никитина с первого этажа смотрела на меня, как на врага народа, и жаловалась участковому, что я бандит и шпион. Знала бы она, как всё обстоит на самом деле. Но тут уже участковый не обращал на это внимания и меня не беспокоил.

— На работу устроился, Стасян? — на улице увидел я соседа сверху. — А ты за своей собакой какашки убираешь?

— Убираю, — проворчал Стас, держа на поводке старого кобеля, пока вытаскивал из кармана зелёный пакетик.

Стас, один из наших детдомовских, устроился курьером, причём не тем, кто прячет закладки, а официальным, и носил еду по району. Ему не особо это нравилось, но бухать он стал поменьше, и собаку завёл, старую списанную ментовскую псину, которую забрал по объявлению.

Так что точно с закладками не связан, иначе овчарка спалила бы его по старой памяти. Пёс равнодушно посмотрел на меня и пометил мусорную урну, после пошёл вслед за хозяином, наверняка думая, что снова вышел на работу и будет кусать хулиганов в мягкие ягодицы. Ну а Стасян собак любил всегда, в детдоме постоянно их подкармливал. Это его подопечный тогда меня укусил в двенадцать лет.

Хвоста за мной нет, я проверяю каждый день. Доехал в автобусе, читая на телефоне книжку «Тёмный лес», одного китайского автора, вторую из трилогии, которую мне расхвалил Лёша. Книга про пришельцев, которые хотели захватить Землю. Вообще, Лёша хвалил другую книгу, по которой недавно сняли фильм, но едва услышав, как я не читал эту, начал советовать.

Но мыслями я бродил по открытым помещениям дворца памяти. Не только по тумановским помещениям, но и по своим, с природой и речкой, где у меня собиралась своя память. У меня тоже там становится всё больше и больше, но там я держал то, что не связано с Туманом.

В коридоре института меня увидел декан и обрадовался, лицо тут же стало, как у злодея из какого-нибудь детского мультика.

— Прогуливаем пары, Лебедев? — с довольным видом спросил Иванов. — Ещё про аварию какую-то говорят? И почему лицо ободранное?

— А у меня справка есть, Василий Иваныч, — вкрадчивым голосом сказал я. — Видели? Я приносил в деканат.

— Тебе её нейросеть написала? — возмутился Иванес. — За такое тебя вообще можно отчислить. Придумал тоже, оперативная деятельность. В армию тебе захотелось? — он вдруг задумался. — Тут, кстати, можно контракт заключить от института, вместо срочки засчитают…

— От меня вам избавиться не выйдет даже с контрактом, — перебил я. — О, вот и кавалерия пришла.

— Что? — не понял декан.

Он обернулся и увидел, как майор Холодов шёл к нам по коридору.

— О, Вадим, где там твой декан? — спросил майор.

— Вот он, собственной персоной, — представил я Иванова. — Василий Иваныч.

— А вы ещё кто? — тот глянул на чекиста, но увидев корочку, замер и побледнел.

Было бы смешно, если бы Иванес сейчас вспомнил какое-то прегрешение и упал в ноги, требуя его помиловать. Вдруг бы решил, что это за ним?

Вот только беда в том, что декан Иванов в принципе не может думать, что он делает что-то плохое с этими грантами и взятками. Поэтому совесть у него не проснётся, она и не спит, с ней Иванес живёт в полном согласии и с чувством собственной правоты. Его совесть целиком на его стороне.

— Насчёт вашего студента Лебедева пришёл поговорить, — сказал Холодов.

— А что с ним? — испуганно спросил Иванов.

— Его не трогаем за те прогулы, — отрезал майор. — Вам ещё помощник ректора по безопасности не звонил? Я с ним говорил уже, но решил подойти. Чтобы запомнили…

— Нет. Но, вообще, конечно, раз надо, то надо…

Вскоре декан убежал. Но зря он думает, что так легко от меня отделается.