Право на любовь детектива - Екатерина Мордвинцева

Стивен задумался, барабаня пальцами по столу. Оливия знала этот жест — он просчитывал варианты, взвешивал риски.

— Рискованно, — наконец сказал он. — Очень рискованно.

— Но у нас нет выбора, — вмешалась Оливия, кладя руку ему на плечо. — Нам нужны союзники. Одни мы не справимся. Ты сам говорил — против нас весь город.

Стивен посмотрел на неё с уважением и лёгкой грустью.

— Ты права. — Он вздохнул. — Но прежде чем идти к Весту, нужно решить одну проблему.

— Какую?

— У нас нет чертежей. Без них мы ничего не докажем. Это наше главное оружие, и мы его потеряли.

В комнате повисло уныние. Эдвард опустил голову, Крендель вздохнул. Все понимали, что без доказательств их слова — просто ветер.

И вдруг Оливия улыбнулась — той особенной улыбкой, которую Стивен уже научился распознавать. В ней была тайна, уверенность и лёгкое озорство.

— А я помню чертежи, — сказала она спокойно.

— Что? — Стивен уставился на неё, не веря своим ушам.

— Я помню чертежи. Все.

— Оливия, это невозможно. Там тысячи деталей, сложнейшие расчёты, формулы, которые даже маги с трудом понимают...

— Я работала с мастером Вейном три года. — Она говорила твёрдо, глядя ему прямо в глаза. — Видела все его чертежи, все схемы, все пометки. Помогала ему раскладывать их по порядку, нумеровать, прятать. Я смотрела, как он работает, часами, днями, годами. У меня в голове отпечаталось каждое его движение, каждая поправка.

Стивен молчал, переваривая услышанное.

— Ты серьёзно?

— Вполне. Это займёт время, но я справлюсь. Дайте мне бумагу, перья и тишину — и через несколько дней у вас будут чертежи.

Эдвард присвистнул.

— Мисс Тейперс, вы гениальны.

— Не гениальна, просто настойчива. — Она улыбнулась. — И очень любила мастера.

Стивен шагнул к ней, взял за плечи. Его глаза были серьёзны, почти суровы.

— Оливия, ты понимаешь, что если ошибёшься хоть в одной детали, артефакт не заработает? Или, что хуже, взорвётся при первой активации?

— Понимаю.

— Ты можешь убить себя и других.

— Знаю.

— И всё равно готова рискнуть?

Она посмотрела на него долгим взглядом, в котором было всё — любовь, страх, надежда и железная решимость.

— Я не ошибусь, Стивен. Потому что я знала мастера Вейна. Потому что училась у него. Потому что хочу, чтобы его дело жило. И потому что люблю тебя — и хочу, чтобы у нас было будущее.

Он смотрел на неё долго, очень долго. Потом кивнул.

— Хорошо. Приступай. У нас есть до вечера.

— До вечера? — удивился Эдвард. — Но это же невозможно!

— У неё получится, — твёрдо сказал Стивен. — Я верю.

* * *

Они вернулись в гостиницу, и Оливия принялась за работу.

Стивен принёс бумагу — целую стопку, перья, чернила, карандаши. Организовал свет — магические светильники и обычные свечи, чтобы можно было работать даже ночью. Придвинул стол к окну, чтобы использовать дневной свет.

— Что-нибудь ещё? — спросил он.

— Тишина. И ты рядом.

— Буду.

Он сел в углу, стараясь не шуметь, готовый в любой момент прийти на помощь. А Оливия начала рисовать.

Сначала медленно, неуверенно, будто нащупывая путь в темноте. Рука дрожала, линии выходили кривыми. Она закрывала глаза, вспоминая, как мастер Вейн водил пером по бумаге, как поправлял ошибки, как бормотал себе под нос формулы.

Потом процесс пошёл быстрее.

Линии ложились на бумагу увереннее, складываясь в сложные узоры. Формулы выстраивались в столбцы — один за другим, стройные, точные. Пометки на полях появлялись одна за другой — те самые, что мастер оставлял для себя.

Стивен смотрел на неё и поражался. Эта девушка, которую он считал просто помощницей, оказалась настоящим сокровищем. Её память, её преданность, её ум — всё это сейчас выплёскивалось на бумагу, спасая их общее дело.

— Отдохни, — сказал он через пару часов. — Выпей воды.

— Нет, нельзя. — Она мотнула головой, не отрываясь от бумаги. — Если прервусь — потеряю нить.

— Тогда хотя бы глотни.

Он поднёс кружку к её губам. Она послушно отпила, не прекращая рисовать.

— Расскажи, — попросил он, чтобы поддержать разговор. — Как ты это запоминала?

— Я смотрела. — Её голос звучал отрешённо, будто она была где-то далеко. — Часами. Годами. Мастер не прогонял меня, когда работал. Наоборот, говорил: "Смотри, Лив. Учись. Когда-нибудь это пригодится".

— Он знал?

— Думаю, да. Знал, что я не маг, но что могу быть полезной. И учил. Всему, чему мог.

— Ты любила его?

— Как отца. — В голосе дрогнула слеза. — Он заменил мне семью.

Стивен подошёл, положил руку ей на плечо.

— Он гордился бы тобой.

Она подняла на него глаза — мокрые, блестящие.

— Думаешь?

— Уверен.

Она улыбнулась сквозь слёзы и снова уткнулась в бумагу.

* * *

К вечеру первые листы были готовы.

Оливия откинулась на спинку стула, чувствуя страшную усталость. Рука болела, глаза слипались, голова гудела от напряжения. Но чувство выполненного долга переполняло её.

— Готово, — выдохнула она. — Пока только общая схема и основные расчёты. Детали завтра.

Стивен взял листы, всмотрелся в линии. Для него это была китайская грамота, но выглядело внушительно — сложные переплетения линий, столбцы цифр, пометки на полях.

— Я ничего не понимаю, — признался он. — Но выглядит... профессионально.

— Это оно. Артефакт "Свет Элинор". Теперь мы можем использовать его как приманку.

— Приманку?

— Да. Если пустить слух, что чертежи у нас и мы готовы передать их любому магу, который поможет свергнуть главу, — они сами придут к нам.

— Или пришлют убийц.

— Или пришлют убийц. — Она улыбнулась устало. — Но на этот раз мы будем готовы.

— Ты чудо, — сказал Стивен, глядя на неё с восхищением.

— Я просто делаю свою работу.

— Твоя работа — спасать мир?

— Нет. Моя работа — быть с тобой.

Он наклонился и поцеловал её — нежно, благодарно.

— Я люблю тебя, — прошептал он.

— И я тебя.

* * *

Вечером они отправились к Весту.

Старое убежище в трущобах выглядело так же убого, как и в прошлый раз — покосившиеся стены, грязные окна, запах сырости и гнили. Но теперь внутри было не пусто.

Когда они вошли, их встретили настороженные взгляды.

Внутри, при свете магических светильников, сидело человек десять. Разные — старые и молодые, мужчины и женщины, в дорогих одеждах и в лохмотьях. Но всех их объединяло одно — в глазах горел огонь. Огонь борьбы, надежды, отчаяния.

Вест поднялся им навстречу.

— Вы пришли, — сказал он. В его голосе звучало облегчение. — Я надеялся, что вы умнее тех, кто послал убийц.

— Мы пришли, — подтвердил Стивен, не опуская оружия. — Но если это