Имя нам Легион. Том 35 - Евгений Лисицин

— Почему? — хмыкнул я, тоже попробовав из вежливости. Как и думал, не понравилось. — Кто нам запретит?

— Если отходишь от традиций, другие дворяне сразу узнают от подкупленных слуг и пойдут нехорошие слухи, — внезапно вздохнула Элеонор, а в её голосе послышалась горечь. — Королева должна воплощать недостижимый идеал и подавать пример остальным!

— И в чём смысл? Все пьют вино, которое им может не нравиться, и придерживаются замшелых традиций в ущерб себе и народу. А по ночам спускаются в подвал с бронированной дверью за семью замками, наливают пинту холодного пива и имеют служанок. — Отложив бокал в сторону, я отдал Андрею очередную команду.

Почти сразу на пороге появился андроид-официант с трёхлитровой башней, окружённой глубокими мисками с разнообразными закусками. На стеклянных стенках собрались ледяные капли, хорошо знакомые каждому любителю расслабиться в ирландском пабе.

Я сразу оценил коварство рыжей ведьмы: получается, завтрак был всего лишь разминкой. Мне так намекнули, что Элеонор не прочь отведать пенного напитка, но её сковывали собственные запреты.

Блондинка зачарованно уставилась на угощение с чуть приоткрытым ртом. Я взял тяжёлые немецкие кружки со специальными крышечками и приставил их к кранику, по очереди наполнив до краёв.

— Подумай об этом с другой стороны. Позволяя себе маленькие слабости, ты перестанешь выглядеть идеальной и требовать того же от своих подданных. Они хоть немного выдохнут от вечной борьбы за тёплое местечко и раз в неделю позволят себе расслабиться, разве это плохо? — Протянул принцессе кружку, и она не смогла устоять перед искушением. Элеонор приникла к краю, жадно глотнув, и на её лице остались пенные усы. — Не спеши: никуда не исчезнет. И попробуй бородинские сухарики с красной икрой.

— Надо же, на вкус не отличается от настоящей! Хотя я больше привыкла к чёрной… — Принцесса активно захрустела разными закусками, мечтательно улыбнувшись. — Терпеть её не могу. Всегда хотела попробовать острую курочку!

— Через десять минут принесут, оставь местечко, — пообещал ей, озадачив автоповара на кухне. — Итак, поздравляю: мы наконец сломали лёд между нами.

— Всё кажется очень неправильным, — вздохнула она, перейдя на сырные чипсы. Интересная, кстати, новинка. Хрустели как обычные, но вкус ощущался гораздо насыщеннее. — Наследная принцесса не должна себя так вести.

— Кому ты что-то должна? Отвернувшейся от тебя бабушке? Предавшему тебя народу? Всему человечеству? — От каждого моего вопроса она хмурилась всё сильнее. — Поверь, им глубоко плевать, пьёшь ты вино, пиво, воду или газировку. Я вон вообще люблю энергетики, просто стараюсь ими не злоупотреблять.

— А если нет? — спросила девушка с непонятным вызовом, посмотрев мне в глаза. — Ты же знаешь, существует множество людей, которым больше всех надо! Мне рассказывали о баронессе, которая подавала по семьдесят исков и жалоб в день! С утра до ночи строчила доносы на соседей, и те перестали с ней здороваться.

— По-твоему, её волновало их мнение? Или она занималась тем, что приносило ей настоящую радость? — Очередной вопрос загнал Элеонор в тупик, и я дал ей немного времени на размышления. — Я не говорю вообще отказываться от традиций, этикет возник не на пустом месте, и он часто бывает полезен. Но и перебарщивать не стоит, особенно без посторонних глаз. Ты никогда не сможешь угодить всем. Так выпьем же за истинную свободу!

Принцесса охотно поддержала тост и слабо улыбнулась. Она явно не ожидала попасть на дружеские посиделки вместо напряжённых дипломатических переговоров или сцены из женских романов. Более чем уверен, Элеонор представляла, как я врываюсь в её покои, срываю тонкую шёлковую ночнушку и…

Слегка потряс головой, выгоняя непрошеные мысли. Оставим подобные иллюзии женским романам — у нас тут настоящая жизнь. Какое-то время мы молча наслаждались благородным напитком, заедая его совершенно неблагородными закусками.

Элеонор пришла в настоящий восторг от крылышек по-техасски, а я уделял больше внимания жареным пельменям в японском стиле. Они очень задорно хрустели на зубах, а пряный бульон наполнял сердце радостью, особенно в сочетании с ледяным пивом. Артефактные кружки поддерживали идеальную температуру, уж в чём-чём, а в пенном немцы хорошо разбирались.

Наконец, когда первые тарелки опустели да и сама башня лишилась половины содержимого, подобревшая принцесса посмотрела на меня слегка расплывшимся взглядом.

— Князь, я хотела обсудить с вами… в смысле с тобой… — она запнулась и отчего-то густо покраснела. — Блин, я теперь не знаю, как мне разговаривать.

— Начнём с малого: зови меня Игорем, а я тебя Элеонор, — предложил я и тут же получил жёсткий отказ:

— Нет! В смысле, я не против звать тебя по имени… — Румянец на бледных щеках стал гуще. — Но не надо Элеонор, лучше Элли.

— Тебе не нравится собственное имя? — Звучало не очень удивительно: с таким давлением с самого детства у неё должны быть огромные комплексы. — Почему тогда сокращённый вариант звучит нормально?

— Сразу вспоминается бабушка и её ледяной тон, когда она меня отчитывала. — Поёжилась принцесса. — Она была очень властной.

— Это осталось в прошлом, теперь ты сама себе хозяйка. Не позволяй ей забирать у тебя собственное имя. — От меня не укрылась мелькнувшая на лице ехидная улыбка. — Дай угадаю: ты считаешь себя моей пленницей. Это не так, ты вольна уйти в любой момент. Мы предоставим тебе шаттл — он отвезёт куда скажешь.

— Я… эм… это неожиданно, — запнулась она, и её взгляд превратился в жалобный. — Куда мне идти⁈ Я же совсем одна…

— Это уже другой вопрос. Я хотел обратить внимание на факт, что ты не невольница. Только тебе решать: остаёшься со мной или пытаешься сама строить собственную судьбу. — Я помассировал затёкшие кисти: кружки оказались тяжелее, чем я думал. — Можешь сменить внешность и получить убежище в любой стране Альянса. Вряд ли Эдуард станет искать тебя в Мексике или Корее. О деньгах не беспокойся, я выплачу щедрый гонорар за помощь с теми видео.

— Ты предлагаешь мне стать простолюдинкой⁈ — ужаснулась Элеонор. По-моему, мысль об обычной ничем не примечательной жизни пугала её больше роли наложницы в моём гареме. — Никогда!

— Что же, тогда мы сократили варианты твоей дальнейшей судьбы. Или ты со мной, или с Эдуардом. Эмилио, я так понимаю, лучше не предлагать?

— Кого? — Она похлопала ресницами и вцепилась в кружку, словно в спасательный круг. — Я