Фантастика 2026-145 - Ярослав Яловецкий

из которых в простонародье является пентаграмма. Работа с узорами, наносимыми на объекты или тела, это либо удел слабых, тех, кто ни на что не способен без костылей, либо, напротив, опытных и могущественных ритуалистов. Мы сейчас относимся к первой категории. Рисунок, который вам, йора, надлежит вырезать на своей коже, будет притягивать энергию. Образно, говоря, станет руслом, по которому из внешнего мира в ваше тело потечёт энергетическая река. Но каждой реке необходим источник, именно для этого нужно, чтобы поблизости кто-нибудь умер. В момент, когда душа какого-либо существа расстаётся с телом, происходит выброс энергии в окружающее пространство. Часть её направится прямиком в вас. Это могло бы плохо кончиться, но именно тут в дело вступаем мы. Уверяю, для нас не составит труда грамотно распорядиться поступившими силами, и при этом не повредить вам.

– Только учти, что это будет больно. Поэтому выбери для узора какое-нибудь место, боль в котором не сильно помешает тебе двигаться или, при необходимости, сражаться. Как выяснилось, острый предмет у тебя есть, потайное лезвие в одном из сапог, ты о нём вчера думала и мы, конечно, услышали.

У Дилои голова шла кругом. Что эти двое несут? Нет, в целом она всё поняла, но прежняя её надежда на интуицию растаяла без следа. Определить, лгут ей тёмные, или говорят правду, было решительно невозможно. И как же хорошо всё-таки, что дружинники не забрали её сапоги, наверняка потому, что никому из них они бы в любом случае не подошли, да и покупательницу в окрестностях едва ли найдёшь. Как ни крути, а придётся довериться непрошеным гостям, другого выбора у Ди просто нет.

– А что делать с магом?

– Из него такой же маг, как из твоего соседа справа император, – фыркнул Мерк. – Скорее всего, он пропустил бы первый удар, а большего нам и не надо.

– Но и проверять у нас нет ни малейшей необходимости. Сами знаете, йора, вечером стражники приходят без него. 

Это действительно было так. Подмастерье псионика заявлялся каждое утро, когда тюремщики не только кормили их завтраком, но и заменяли здоровенные деревянные вёдра, служившие узникам отхожим местом, а для этого приходилось отпирать камеры. Ещё он приходил всякий раз, как кого-нибудь забирали. Сам же и решал, кого именно. А вот вечером их просто кормили, передавая тарелки через специальные откидные оконца в решётчатых дверях, и на такую ерунду его магичество размениваться, видимо, не хотел. И сбежать вечером должно быть куда проще.

– Отлично. Но как я что-нибудь на себе вырежу, здесь же кромешная тьма? И как пойму, что нужно изобразить?

– На это наших скромных сил хватит. Дайте знать, йора,и мы покажем вам необходимый рисунок. 

– И на какое-то время поможем тебе ориентироваться в темноте. Хотя это будет гораздо сложнее.

Звучало всё это не очень правдоподобно и никакой уверенности в успехе предстоящей ей авантюры Дилоя не испытывала, но времени колебаться не было. За ней, или за кем-то ещё, могут прийти в любую секунду.

Стоило девушке об этом подумать, как в очередной раз зазвенели ключи и в темницу ввалились охранники вместе с магом. В первый миг Ди испугалась, что опоздала, и теперь её уже не спасёт никакая магия, но тюремщики просто принесли пленникам завтрак. За размышлениями и разговорами очередная ночь пролетела незаметно.

– Вилли? – позвала она, когда дружинники удалились.

– Надумала что? – с надеждой поинтересовался невидимый собеседник.

– Да. Думаю, что смогу вытащить нас, когда охрана принесёт ужин.

– Как?!

– Один магический фокус.

– Будь ты магом, на тебя бы нацепили негатор.

– Это долго объяснять, да и незачем. Мне главное, чтобы вы были готовы.

– Мы готовы, – отозвался кто-то из узников. – Ты, главное, не подведи.

– Постараюсь, – Дилоя стащила правый сапог и проверила, на месте ли лезвие.

Стоп! А как они двери-то откроют? И кого убивать?

– Замок я сам вышибу, не волнуйся. А на счёт убийства, есть тут один кандидат. Слышишь, рычит? 

– Для надёжности, конечно, лучше было бы расправиться с кем-нибудь из ваших соседей слева, думаю, в сложившейся ситуации сокамерники охотно пожертвовали бы одним из товарищей. Но вы, йора, наверняка будете против. 

– Буду.

– А раз так, тебе надо будет привлечь внимание этого сумасшедшего, а потом убить. И чем быстрее, тем лучше, иначе тюремщики могут что-нибудь заподозрить. 

– Не беспокойся, я справлюсь.

– Я и не беспокоюсь. В твоём умении обращаться с острыми предметами мы воочию убедились ещё в лесу.

– Хватит болтать. До вечера мне нужно хоть немного поспать и сделать, что надо. Вы ведь сможете разбудить меня часа через четыре?

– Да. 

Значит, так и поступим.

Несмотря на то, что ночью она не сомкнула глаз, уснуть оказалось непросто. Дилою распирали возбуждение и страх перед тем, что ей предстоит сделать.

– Проснись!

Ди подскочила с пола, как ужаленная.

– Пора начинать.

– Хорошо, – она несколько раз глубоко вздохнула, собираясь с силами. – Показывайте свою пентаграмму.

– Смотрите внимательно, йора. 

Перед девушкой в воздухе соткался узор. На самом деле Дилоя видела его внутренним взором, но из-за того, что глаза её были открыты, создавалось такое ложное впечатление. Ничего общего с пентаграммой изображение не имело и, слава богам, оно было не очень сложным. Круг, в нём несколько завитушек и треугольник по центру.

– Вам будет не легко, йора. В сознании каждого разумного стоит психологический барьер, который не позволяет просто так причинить себе вред. 

– Мы бы обезболили нужное место, облегчив тебе задачу, но тогда есть риск, что не хватит энергии на ночное зрение.

– Как-нибудь справлюсь, – она изо всех сил старалась запомнить узор до мельчайших деталей. Потом начала задирать левый рукав. Обе ноги, если что, пригодятся для бега, правая рука для боя, и если где-нибудь в теле начнёт болеть, это сильно всё осложнит. Удобнее было бы работать с предплечьем, но там слишком жёсткие ткани. Остаётся плечо. Светлые боги, унять бы дрожь!

– Я готова.

Кромешный мрак постепенно начал рассеиваться, и вот уже девушка может различить окружающие предметы. Тонкое лезвие длиной в мизинец взрослого мужчины крепко сжато в пальцах и… она не смогла. Ни постепенно продавить кожу так, чтобы показалась кровь, ни вогнать остриё коротким точным ударом. Просто не смогла и всё. Может, это сделает Вилли?

– Для него мы темноту разогнать не сможем!

– Скорее, время уходит, наши силы не безграничны!

И тогда Ди решилась. Закусив губу, она сделала первый надрез и зашипела от пронзительной боли. Потом ещё один и ещё. Зрение замутилось из-за набежавших на глаза слёз. Несколько раз