"Фантастика 2025-2". Компиляция. Книги 1-26 - Владимир Брайт

— Я здесь, хозяин!

Себастина вцепилась в последних двоих и рванула их в сторону, а я, выронив шпагу, ринулся к штурвалу. Хотя ринулся, это громко сказано! У меня из живота торчал кинжал, левую руку не отрубили лишь чудом, и мне было очень, очень больно… и страшно! Однако страх порождает в тэнкрисах гнев, а гнев дает нам силы сражаться! Я схватил капитана за плечо и оторвал от блестящего деревянного колеса, швырнул на приборную панель, схватил за горло! Смотря в его бесчувственные рыбьи глаза, я сжимал пальцы все сильнее.

— Узри мой гнев! Узри гнев, тварь! — не помня себя, заорал я, и его тело выгнулось дугой.

Мои эмоции, моя ярость потекли в него бурной рекой, и если я прав, сейчас он должен был чувствовать раскаленные ножи, пронзающие его мозг! Вены человека вздулись, кожа стала багровой и заблестела от пота, а сердце заколотилось так, что тахикардия показалась бы шуткой! Еще немного, и сердце должно разорваться! Я это знаю! Я верю в это! Но за несколько мгновений до смерти человек избавился от наваждения, и вновь его чувства, словно вырвавшийся из горящей конюшни конь, оглушили меня своей силой! И я отступил в шаге от того, чтобы впервые убить кого-то своим Голосом…

Он упал на пол, красивая темно-синяя фуражка откатилась в сторону, и капитан, обводя безумными глазами рубку, завыл:

— Боже… боже… боже… Что же я… боже…

— Хозяин! — Моя горничная вся в крови от подбородка до пят, ее платье потяжелело и потемнело от этой темной субстанции и висело теперь мерзкой тряпкой. — Сюда направляются вооруженные матросы с целью уничтожить вас. Все на борту находятся…

— …под магическим воздействием! Почему пушки левого борта еще стреляют? Внизу ты тоже не была, не так ли?

— Я почувствовала, что вам грозит смертельная опасность.

— Ты ослушалась приказа!

— Хозяин, если бы я не ослушалась, вы бы погибли. Если бы вы погибли, я не смогла бы выполнить уже никаких приказов. Поэтому я посчитала уместным принять самостоятельное решение. Прошу прощения.

Мне нечего возразить ее логике. Глядя на рукоятку, торчащую из живота, я грешным делом подумал, что неплохо было бы убрать эту штуку из себя… но таким образом можно избавиться и от части собственных кишок!

— Сдерживай их, сколько сможешь!

— Слушаюсь, хозяин!

Я поднял с пола уроненный револьвер, сунул его в кобуру, а потом, приблизившись к штурвалу и приборной доске, вцепился правой рукой в одну из лакированных деревянных рукояток.

— Что же я натворил… что же я натворил… что же я натворил… — слышалось с пола подвывание человека. — Боже… что же я натворил…

— Прекратите, капитан! Вы ни в чем не…

Выстрел. Кровь и кусочки мозга забрызгали мой сапог. Капитан застрелился из своего табельного револьвера, и на его помощь в управлении можно было больше не надеяться. Эстра становилась все ближе. Я склонился к одной из переговорных труб:

— Батарея, прекратить огонь!

— Нам дан приказ стрелять, не переставая, — ответил мне безжизненный голос.

— Приказ изменен. В Вершине уже достаточно разрушений и паники. Сохраните больше снарядов для других районов. Мы должны нанести ущерб на как можно большей территории. Правая батарея уже прекратила огонь.

Секундная заминка, в течение которой я помолился, чтобы мой блеф прошел.

— Слушаюсь, капитан.

— Слава Луне, — прошептал я, продолжая сжимать штурвал.

Позади раздались выстрелы и человеческие крики. А потом звук, похожий на разрывание мокрой ткани и треск ломаемых костей. Себастина преградила путь ко мне, и я прекрасно знал, как она расправляется с зачарованными, хотя и не смотрел на это кровавое действо.

«Тиран» достиг набережной и оказался над Эстрой. Я стал выкручивать штурвал влево, разворачивая дирижабль вдоль реки, против ее течения.

— Капитан, что у вас происходит? Почему изменили курс?

— Новые указания. — Я нашел переговорную трубу, связывающую с машинным отделением, и вторую, ведущую в трюм, к бомболюкам. — Машинное, полный ход! Трюм, бомбы готовы?

— Бомбы были готовы с самого начала. Ты не капитан.

Голос без эмоций, безразличный, но его хозяин способен делать выводы.

— Себастина, — закричал я, разворачиваясь, — сейчас появятся но…

Но Себастину я не увидел. Посреди рубки стоял некто в глухом темном плаще с капюшоном, из-под которого выглядывала уродливая морда Тхаранны.

— Ваше упрямство вносит непредвиденные и совершенно лишние дополнения в мои планы, тан л’Мориа, — сказал Темный глухим, угрюмым голосом. — Это недопустимо.

— Уж извините, что не посоветовался с вами, прежде чем прекратить эту бойню.

— Мне следовало устранить вас еще при нашей первой встрече. Я мог это сделать, но не хотел. Ввергнуть вас в состояние кататонии и продержать так до тех пор, пока не достигну своей цели. Но я пожалел вас, проявил слабость, побоялся, что так вы будете более уязвимы для Зинкара. Зря. Теперь вы мало того что мне помешали, но и находитесь на грани смерти. Надо было вас устранить.

— Ну так устраняйте! Я свое дело сделал, а если представится случай, сделаю еще раз! Хотите убить меня теперь? Дерзайте, только это меня остановит!

Он громко вздохнул:

— Убить? Нет. Я ни за что вас не убью. Даже за то, что вы творите. Все это лишь маленькая оплошность. Вас вообще не должно было быть рядом с Императором.

Тут на него сзади набросилась Себастина. Она обхватила его поперек туловища и швырнула назад, в коридор.

Мой первоначальный план был прост — провести «Тиран» над Эстрой прочь как можно дальше, чтобы не дать разбомбить Старкрар. Они могли кидать бомбы в воду сколько угодно, кластаносов мне не жалко! Но появление Темного изменило планы, я ему не соперник! Поэтому, вспоминая короткий курс управления дирижаблями, обязательный для всех будущих офицеров, я привел рули высоты в надлежащее положение и несколькими ударами шпаги заклинил их. Дирижабль пошел на снижение.

— Что ты задумал? — послышалось сзади.

Я нагнулся, чувствуя, что внутренности вот-вот полезут из туловища, выдернул револьвер из руки мертвого капитана и развернулся. Темный стоял на прежнем месте, а в его вытянутой руке, безвольная, словно курица со сломанной шеей, висела моя бедная Себастина.

— Пушка? Можешь попытать удачу. Так что ты задумал?

— Сажаю эту махину на воду. По законам физики его масса, помноженная на его скорость, даст такую силу инерции при вхождении в более плотную, нежели воздух, среду, что даже столь прочная конструкция сомнется! Эта птичка свое отлетала, попробуй стянуть вторую!

Он бросил безвольное тело Себастины к моим ногам, и вокруг