Фантастика 2026-145 - Ярослав Яловецкий

загноится, то кроме мага Вилли никто не поможет. Сначала девушка заливала укусы вином, чтобы обеззаразить, потом в ход шла настойка краснолиста. Хорошая штука. Пить её нельзя, но если нанести на рану, та заживёт быстрее, пусть и ненамного. И, наконец, перевязка. Одной рукой её не сделать, но с этим помог сам пациент. Необходимые навыки у Дилои имелись – баронесс обучали искусству оказания первой помощи наряду с верховой ездой, стрельбой и ведением хозяйства. Закончив с туловищем, она перешла к ногам и, в конце концов, обработала всё до последней царапины. Потом наступил её черёд, но прежде чем приступать, Ди приложилась к баклажке с вином, чтобы хоть как-то унять боль. Несколько минут шипения, ругани и болезненных стонов, и на её левой руке тоже красуется повязка. К тому моменту, как они закончили, лучина уже почти прогорела. Задув её, девушка поудобней устроилась на подстилке из сена и отключилась.

Утром им принесли завтрак. Проснувшийся Вилли попытался было встать, но лишь бессильно привалился спиной к стене. Дилое пришлось поставить свою тарелку на пол и самой отнести мужчине его порцию.

– И чего мы бежали? – хмыкнул тот, принимая еду из её рук, – всё равно сидим под замком и лопаем кашу.

Вместо ответа Ди приложила ладонь ко лбу напарника. Он был горячий, как печка.

– У тебя жар.

– Ничего. Неделя, и буду как новенький.

– Сомневаюсь.

– И зря. Я не в первый раз попадаю в переделку, знаю о чём говорю.

Действительно, вчера вечером девушка обнаружила на его теле несколько старых шрамов.

Позавтракав, они немного посидели в молчании. Осмотр помещения, в котором их заперли, ничего не дал – сарай, как сарай. Несколько охапок сена, в углу старая деревянная тачка, какие-то грабли, лопаты и прочий сельскохозяйственный инвентарь. Всё это можно было разглядеть благодаря ярким солнечным лучам, пробивавшимся в небольшое окошко под крышей.

– Слушай, а как ты вообще оказался в темнице виконта?

Немного странно, что она спросила об этом только сейчас. Впрочем, если подумать, ничего удивительного. Не очень-то хочется чесать языком, имея под боком сумасшедшего и несколько пар лишних ушей. К тому же Дэвид начинал беситься если узники перешёптывались слишком долго.

– По глупости. Я тут кое-кого искал и наткнулся в одном из трактиров на того урода в балахоне, что вместе со стражниками приходил. Он мне и наплёл с три короба, мол видел недавно похожих людей. Конечно, в Луговом, куда он меня заманил, никого не оказалось, хозяин таверны сказал, что они недавно ушли. Дело было к ночи, ну я и остановился у него на ночлег. Проснулся вместе со своими людьми уже в камере.

– С людьми?

– Да, нас было трое. Одного забрали за день до того, как тебя притащили, второй сбежал с остальными, когда ты потеряла сознание.

– А ты не сбежал.

– Не привык бросать тех, кому обязан жизнью, – он слабо улыбнулся. – А судя по тому, что случилось с Дэвидом и Эстеном, смерть была бы ещё и не худшим вариантом.

– Спасибо.

– Да брось! – Вилли махнул рукой и тут же зашипел от боли. – К слову, как ты нас вытащила? И как сама угодила в клетку?

– Так же, как и ты, – поморщилась Ди. – Проклятый трактирщик! Вернуться бы и голову ему оторвать.

– Тебе придётся стать в очередь, – оскалился собеседник. – А что насчёт магии? Никогда не слышал, чтобы ведьмы могли скрыть свой дар от других магов, и чтобы так мучились, пока колдуют.

– Я не ведьма. Это… сложно.

– Твои тайны, это твои тайны. Не буду лезть, лучше немного вздремну.

– Давай. Сон для тебя сейчас лучшее лекарство.

– Не учи учёного.

Вскоре Вилли уснул, и Дилоя принялась аккуратно задирать рукав на левом плече. Шил! Рисунков на коже теперь было два. Небольшие круги с узорами были выжжены один над другим, как клейма. И как теперь от этой дряни избавиться?!

– Ничего не хотите объяснить?

– Не волнуйтесь, йора, просто вынужденная мера. Всё прошло в точности так, как надо. 

– В моих планах второго узора не было! Что вы ещё натворили?

– Да вдумайся просто – как нам вывести силу из твоего тела? Нужных каналов и нитей для манипуляции энергией у тебя нет. Мы тут внутри просто заперты! 

– Возвращаясь к примеру речного русла, можно сказать, что через один узор вода, она же сила, поступает внутрь, а через другой выходит наружу в виде оформленного плетения. 

– А сразу вы почему не сказали?

– Тебя и так еле удалось уломать. Мы сделали всё, как обещали – ты на свободе. 

Тут не поспоришь. Но что теперь делать с клеймами? Может, удастся их как-нибудь вывести?

– Не вздумайте! Уверяю вас, йора, они ещё пригодятся. 

– Нет уж, мне первого раза хватило.

– Дальше всё будет куда безобиднее, вот увидите. Я провёл кое-какие настройки в вашем теле. Пара дней, и… 

– Что ты сделал?!

– Всё совершенно безвредно, не беспокойтесь. 

– Мы так не договаривались!

– Да чего ты бесишься? Спасибо бы лучше сказала. Наставник тебя ещё и усилил. 

– Усилил? – любопытство оказалось сильнее злости. – Так что, я теперь лет сто пятьдесят проживу, как король какой-нибудь или император?

– Разумеется, нет. Омолаживающие процедуры необходимо проводить постоянно, и усиление физических параметров объекта в этом случае просто побочный эффект. Я же сконцентрировался именно на повышении вашей силы и выносливости. 

– И насколько повысил?

– Трудно сказать точно, полагаю процента на два-четыре. 

Негусто. Но во время побега Ди чувствовала себя гораздо сильнее.

– Не путай холодное с кислым. При наличии энергии мы без труда можем какое-то время подстёгивать твой организм, а тут речь идёт о постоянных изменениях. 

– Хватит комментировать каждую мою мысль!

– Мы и так почти всё время молчим! Друг с другом и то говорим только пока ты спишь!

Так вот почему ей то и дело под утро слышится чей-то бубнёж. Нет, надо как можно скорее избавляться от непрошенных гостей и держаться подальше от умирающих. Духи ведь теперь могут тянуть из них силу… Кстати, вот ещё вопрос:

– А почему вы не помогли нам с собаками? Мы же их убивали.

– Внесённые мной в ваше тело коррективы достаточно тонки и, как я уже пытался сказать, потребуется несколько дней прежде, чем можно будет безопасно использовать узоры в третий раз. Зато потом вы ощутите только лёгкое жжение. По крайней мере, поначалу.

Понятно. Кажется, у мёртвой парочки на неё далеко идущие планы. Сказать, что Дилое это не нравилось, значит ничего не сказать.

Тяжело застонал во сне