Японская война 1905. Книга 9 - Антон Дмитриевич Емельянов

— На Балканах надо поддержать славян, — Дроздовский бросил взгляд на плащ, но решил в итоге идти в одном мундире. Прохладно будет, но ему по статусу не положено мерзнуть.

— Значит, кто наш враг?

— Австро-Венгрию нужно будет укоротить. Германию — та вполне может поддержать своих союзников. Ну и турок, если решат вспомнить о былой славе.

— Красиво… Ух! — Корнилов вздрогнул, выйдя из теплого помещения под резкий морской ветер. Все-таки сегодня было что-то ветреннее, чем обычно. — Вот только ты о чем подумай, все это будет возможно, если генерала примут в столице. Все-таки западная граница — это не столько опасности, сколько еще и статус.

— А если не примут?

— Тогда отправят его, и нас заодно, куда попроще.

Дроздовский вспомнил недавно слышанный анекдот и фыркнул.

— Рассказывай, — сразу все понял и засверкал глазами Корнилов.

— Анекдот, я услышал его от одного поручика, что недавно приехал из Санкт-Петербурга. Говорит, что его дядя видел это собственными глазами. Итак, государь принимает английского посла. Тот расфуфырился пуще обычного, вещает об ужасах, что творит Макаров в Америке, а потом как бы между делом замечает, что настоящий просвещенный монарх такого бандита уже бы давно в самый медвежий угол империи законопатил. А император возьми и согласись. Говорит, правильно вы все сказали, негоже такого человека в Европе держать, отправлю его, как приедет, куда-нибудь подальше. Говорят, вон в Афганистане с Персией неспокойно, они постоянно лаются да наши земли задевают. Вот пусть поедет и разберется с ними!

— Ах! Ха-ха-ха! — зашелся Корнилов. — Макарова в Персию и Афганистан, которыми Англия прикрывает от нас Индию? А ведь генерал бы сдерживаться никак не стал!

— Похоже, англичанин подумал так же, — улыбнулся Дроздовский и продолжил анекдот. — Он сразу замахал руками, заявил, что не стоит принимать такие поспешные решения, и, вообще, мол, Вячеслав Григорьевич не такой уж и плохой человек.

Оба офицера вытерли выступившие на глазах слезы, а потом взяли себя в руки. Чем ближе к порту они подходили, тем больше людей вокруг становилось и тем важнее им было держать лицо. Вот они прошли внешнее кольцо охраны, вот на внутреннем их перехватил один из помощников Корнилова и повел в сторону трибуны, где для них были заняты места.

— Вы почти вовремя, — рядом с ними сидел Хорунженков, и он встретил парочку с неожиданно напряженным выражением лица.

— Еще же полчаса где-то есть, — Корнилов бросил взгляд на море, где было видно уже не только дымы, но и силуэты подходящей эскадры. Вот только дело оказалось совсем не в этом.

— Пришло сообщение с «Микасы», говорят, они попали в шторм. Все корабли сильно раскидало.

— Кто-то погиб? — напрягся Дроздовский.

— У двух транспортов повредило управление, еще у одного — машины. К счастью, они смогли дойти до ближайшего порта и уже телеграфировали из Китая. А вот «Изумруд» пока так и не объявлялся!

— Это русский крейсер, который от нашего флота ходил в Америку? — Дроздовский почесал затылок. — Ну, найдутся еще. Они же, наверно, в дозоре где-то далеко были, а времени-то, я так понимаю, прошло не так много.

— Не так много, это правда, — кивнул Хорунженков.

— Вот только на этом корабле по приглашению капитана Ферзена после Гавайев плыл и генерал Макаров, — со своего места к ним повернулся Петр Аркадьевич Столыпин, и огромная морщина у него на лбу явно свидетельствовала, что он просто не может не думать о самой неприятной из возможных концовок.

— Надо искать их! — Дроздовский начал подниматься со своего места.

— Сидите! Сидите, я сказал! — повысил голос Столыпин. — Все, что могли, мы сделали. Все свободные корабли отправлены в поиск…

— А мы тогда что тут делаем?

— Встречаем героев! — отчеканил наместник Маньчжурии. — Транспорты все равно не смогут помочь в поисках, люди все равно будут высаживаться и… Они заслужили эту встречу, заслужили этот праздник!

— А еще, — еле слышно добавил Корнилов, — если дать армии Макарова сосредоточиться на том, что их командир пропал, то как бы до погромов не дошло… А так всем не до того будет.

Дроздовский был не согласен насчет столь низких причин для торжественной встречи, но спорить не стал. Тем более что чем дальше, тем больше он понимал, что определенная доля истины в словах Корнилова есть. Вон, он и сам сидел словно на иголках: хотелось вскочить, бежать, делать хоть что-то. А если, пусть и с самыми лучшими побуждениями, таких людей окажется несколько десятков тысяч, с оружием в руках и боевыми товарищами рядом?

А тут еще Корнилов подлил масла в огонь.

— Англичане — сволочи! — выругался он, прочитав записку, принесенную очередным адъютантом.

— Что такое?

— Подслушали наши переговоры во время поисков, узнали, что генерал пропал, и тут же выпустили злорадную статью. Сравнивают исчезновение Макарова с Наполеоном. Мол, насколько меньше крови бы пролила Европа, если бы Бонапарт в самом начале своего пути не смог вернуться из Египта.

— Сволочи, — согласился Дроздовский.

Желание что-то делать стало еще сильнее, но в этот момент к причалу подошел первый транспорт, и по широким сходням начали спускаться ровные колонны солдат в новой зеленой форме. Форма одинаковая, а вот лица разные. Обычные русские, хотя под них могли маскироваться и американские добровольцы, и смуглые мексиканцы с индейцами, и старые добрые японцы, и настоящие черные негры с огромными белками глаз.

Толпа, еще ничего не знающая о пропаже генерала и приготовившаяся приветствовать героев американского похода, сначала замерла от такого зрелища. Но потом, видимо, вспомнила, что тут, в Маньчжурии, чего только не видела, выдохнула и встретила солдат радостными криками. Те в ответ развернули знамена. Очень много — разных, ярких, кричащих, но которыми те, кто их несли, определенно гордились.

— Гербы городов, что были захвачены генералом или сами присоединились к нему, — пояснил своим соседям Столыпин.

А встреча тем временем продолжалась. Спустившиеся на берег солдаты двинулись вперед по правой стороне освобожденной для них Николаевской улицы, а навстречу им, дополняя гул толпы, начали шагать войска из гарнизона Инкоу. Победителей Америки встречали победители Китая. Сначала это выглядело неловко, не все понимали, что именно делать, но потом… Процесс пошел.

Отчалил первый корабль, вместо него встал второй, выпуская не берег еще несколько американских рот. Вместе с ними съехали на берег и парочка машин. Увидев дым от моторов, Дроздовский ожидал увидеть броневики, но это оказалось что-то новенькое. Шасси гусеничное, но при этом самый минимум брони и почти вся мощь мотора выделена на то, чтобы суметь перевезти водруженную сверху 6-дюймовую пушку.

— На поворотной