Моя космонавтика и другие истории - Леонид Каганов

– Десять тысяч взял?

– Тараскин, откуда у меня такие деньги? – Сквозь микрофон, прикрытый ладонью, глухо донеслось: – Нет, направо сейчас, за тем столбом поворот…

– Это мои деньги! – повторил Тараскин. – А ты мне так потолок и не покрасил.

– А ты не напоминал! Сейчас покрашу! – Он снова прикрыл трубку ладонью: – По пути в «Леруа» заскочим?

– Уже не надо! Все хуже!

– Да что случилось? Опять сосед залил?

– Наоборот.

– Ты соседа залил?!

– Наоборот.

– Это как? – совсем растерялся Валерий.

– Пятно высохло!

– А… – Валерий перевел дух и засмеялся: – Ну ты фантаст, я чуть не повелся! Думал, катастрофа у тебя! – Он снова прикрыл трубку: – А это что у вас на торпеде, книжка? Я полистаю пока?

– Валера! – укоризненно одернул Тараскин. – Это реально катастрофа! Оно высохло без следа! А я его сфоткать не успел. А сосед без фоток отказался платить. А я свои деньги вам раздал с Мигелем. Я Мигеля тоже вызвал, будет нарратив-брейн-штурм, как пятно восстановить. Ты же у нас мастер на все руки. Все, отбой, весь пакет минут с тобой просажу сейчас…

Когда Валерий прибыл к Тараскину, Михаил уже был здесь, на столе стояла ополовиненная бутылка водки, и оба о чем-то горячо спорили.

– Ага, явился! – пробурчал Михаил. – Еще один советчик!

– Что за тон? – обиделся Валера.

– Валерочка, будь к Мигелю добрее, – саркастически произнес Тараскин. – У него большая проблема: ему зарплату дали за два месяца, он очень расстроен и обвиняет нас…

– Да иди ты к черту, клоун! – обиделся Михаил и встал. – Я пошел!

– Десять тысяч верни – и пошел! – строго сказал Тараскин. – Тебе зарплату за два месяца дали!

– Да что у вас происходит? – не выдержал Валера.

– Поля солнечных батарей в Краснодаре закрыты как убыточные. Но Мигель выиграл суд и все-таки получил свое пособие за два месяца, – объяснил Тараскин.

– Но?.. – Валерий чувствовал подвох.

– Но есть нюанс. Совершенно случайно на их поля упал с неба электрический провод от Северных Бус. Краснодар как раз между Италией и Казахстаном, можно было догадаться, посмотрев на глобус. Но Миша не посмотрел на глобус и уволен с пособием. А его энергетическая корпорация взлетела до небес, но Мишу туда почему-то больше не берут. И Миша считает, что виноваты мы с тобой. Верно, Миша?

– А что, нет? – вскинулся Михаил. – Разве не вы меня уговаривали? Иди в суд, иди в суд, у тебя трое детей! Валера кричал: «Пойдем со мной…»

– Кстати, а твой суд как, Валера? – поинтересовался Тараскин.

Валера налил себе полстакана водки, залпом выпил и кинул в рот кусок колбасы.

– Досудебно урегулировался, – объяснил он. – Я папку со всеми документами нашел на чердаке.

– И?

– А там оказался брачный договор с двумя нашими подписями. Что все имущество с Аллой у нас раздельное, супруги не претендуют на чужой бизнес, включая автосервис или иной…

Друзья посмотрели на Валерия с сочувствием.

– А вдруг Алла не помнит? – предположил Михаил. – Ты ей звонил?

Валерий покачал головой:

– Я ее нового номера не знаю. Она придумала варить мыло для похудения из тычинок, теперь в Калифорнии завод открывает. По старому секретарь трубку вешает, когда мой голос слышит.

Тараскин шмыгнул носом и принялся разливать водку.

– Короче, парни, – сказал он, поднимая рюмку. – Наша цель ближнего прицела – восстановить пятно на потолке в санузле и получить свои деньги. За пятно не чокаясь!

Друзья выпили и отправились в санузел.

Валера штопором просверлил в самом углу потолка незаметную дырочку. С душа отвинтил лейку, а взамен нее примотал изолентой соломинку для коктейлей. Михаил, как самый высокий, забрался с ногами в ванную, вставил соломинку в дырку и принялся заливать в перекрытие над потолком воду тонкой струйкой. Валера дежурил на кране: когда Михаил командовал «еще» – делал напор больше, когда вода начинала хлестать из дырки и Михаил командовал «стоп – ослаблял напор.

– А ты, Тараскин, не стой без дела, когда все работают, – сказал Валера.

– Рассказывай нам пока что-нибудь интересное! – поддержал Михаил.

Тараскин задумался, глаза его заблестели.

– Поклянитесь, что никому не скажете! – потребовал он.

– Бабу новую завел? – удивился Михаил.

– Сверхсекретная информация о контакте! – сообщил Тараскин шепотом. – Из неофициального источника. Клянитесь!

– Клянусь! – сказали хором Михаил и Валера.

– Короче. – Тараскин приосанился. – Мой анонимный источник в ООНА по имени «Р» и по фамилии «Н» сообщил недавно на условиях строжайшей конфиденциальности, что Земля составила большой ультимативный список и рассчитывает получить по нему все, что просит. Там и топливо, и технологии, и связь, и медицина, и самое современное космические оружие в том числе. Мы не должны оставаться беззащитными перед другими расами Вселенной.

Михаил присвистнул.

– Ага, разбежались, даст нам оружие Вселенское Содружество!

Тараскин загадочно усмехнулся:

– Есть нюанс. Вселенское Содружество, может, и не даст. А вот наш хороший знакомый – он даст все.

– Это он так сказал?

– А ему деваться некуда! – объяснил Тараскин. – С ним Земля связалась и объяснила свою позицию четко: либо он дает Земле все по нашему списку, либо Земля дает на него показания в суде. Шах и мат!

Все помолчали.

– Только это не для распространения информация! – напомнил Тараскин. – И последний нюанс: он в ответ прислал письмо, из которого тоже следует, что выхода у него нет, и сам он это понял. Дали ему неделю на размышление, теперь ждем. Потому что в этом письме он ругается и пишет, что…

– Что он в нас разочарован, – предположил Валера. – Что он до сих пор не может поверить, что под такой невинной красотой скрывается такое черствое сердце. И… как там было? Что мы – космическая пыль и несовершеннолетний углерод, во!

– Откуда ты знаешь?! – изумился Тараскин.

– В такси у водителя книжка лежала на торпеде, я ее полистал.

– Книжка?! – опешил Тараскин. – Какая книжка?!

– Бумажная, тонкая. Ренат Назаретдинов, «Блядская планета».

Тараскин замер с открытым ртом.

– Не понял… – пробормотал он и выхватил смартфон, бешено тыкая пальцем в экран в поисках информации о книге. – Да как он… Да как бы он успел вообще?

– Книгу сегодня напечатать в нормальной типографии – три дня, если вне плана, – подтвердил Михаил. – Мы так печатали рекламные брошюры.

– О-хре-неть! – произнес Тараскин. – Бестселлер, бомба, переведена уже на сорок языков мира! То есть он просто взял все материалы и слил их в книгу?!

– Не только, – покачал головой Валера. – У него там больше своих размышлений, я пролистывал. Там вообще паническая книжка-то, не веселая. Он пишет, что никак не смог повлиять на решения ООНА, и надеется, что хоть его книга поможет остановить катастрофу.

– Катастрофу? – переспросил Михаил.

Валерий кивнул:

– Пишет, что шантаж рано