Обречённые. Дилогия - Эмили Рэй

– Одри, это не шутки! – мама кладёт свою руку поверх моей. – Это очень опасная сила, и я надеялась, что тебе мои способности не передадутся!

Это и впрямь так опасно? Но, может, знай я об этом, не стала бы пробовать вызывать духов. Хотя кого я обманываю.

– Но она передалась. И мне пришлось… запечатать её, – она переворачивает мою руку и указывает на еле заметный шрам. – С каждой твоей попыткой использовать силу он стирается, и в конце концов…

– Она освободится, – ошеломлённо перебиваю я.

Мама грустно кивает и громко сглатывает.

– Но почему ты не сказала раньше?

– Я надеялась, что вообще не придётся об этом говорить. А это, – она указывает на руку, – было для подстраховки. Одри, я ведь понимаю все эти детские мечты и подростковые желания быть избранным, иметь суперспособности.

Она устало откидывается на спинку дивана.

– Если бы я тебе сказала, что есть хоть шанс, то ты непременно бы попыталась их высвободить. Но иногда лучше быть самым обычным!

– Или научиться пользоваться своими возможностями, – предлагаю я и ловлю строгий взгляд.

– Даже не думай об этом.

– Ну, мам!

– Нет, – отрезает она и поднимает руку в ожидании. – Книгу, Одри. Я не позволю тебе рисковать.

Я вскакиваю на ноги и, сердясь, выхожу из гостиной. Через минуту приношу увесистую книгу магии и отдаю её маме.

– Вот. Но участвовать в этом я не буду.

– Одри!

– Нет! – так же уверенно я стою на своём, как она на своём. – Мне действительно хочется узнать об этом больше, ведь это часть меня!

Мама резко отворачивается, уставившись в окно. Её плечи напряжены.

– Ты не понимаешь, о чём говоришь. Последствия, которые…

– Так научи меня, помоги их избежать! – умоляю я, но она непреклонна. – Почему ты так уверена, что я не справлюсь? Разве так сложно поверить в меня?

– Одри, я не… – она запинается, – я знаю, что значит иметь такие способности. Я прошла через это.

– Но я не ты!

Зажимаю виски, чтобы голова не лопнула. Чувствую себя волшебницей, от которой в своё время спрятали письмо из Хогвартса, а теперь уже оказалось поздно.

– Папа знает?

Молчание.

– Вы не имели права решать за меня!

– Одри! – мама приближается ко мне с протянутыми руками.

– Нет! – я иду к выходу. – Я хочу побыть одна!

Хлопнув дверью, я направляюсь куда глаза глядят.

34. КАРЕН

Не надолго я здесь задержалась.

Сижу в парке и смотрю на здание психдиспансера. Устроившись туда ради Калеба, я не вижу больше смысла оставаться. Это совершенно не то место, где мне хотелось бы работать. Да и просто находиться там удручающе. Я сообщила о своём увольнении непосредственно мистеру Уэсту. Расчёт должны подготовить завтра.

Чувство стыда волнами нахлынывает и теряется в сумбуре остальных эмоций. Разговор с Сарой на заднем дворе кафе был вчера вечером, а я до сих пор не могу понять, почему поддалась чувствам и подставила Джейн. Даже если вампирша не виновата в смерти Калеба, она вполне может быть причастна к смерти Вивьен. Теперь подобраться к ней будет сложно. Да и вообще непонятно, почему она так спокойно раскрыла перед нами свою сущность и потом так же спокойно ушла.

Откуда такая уверенность, что мы не разболтаем? Или расчёт на то, что нам никто не поверит?

Оставшийся вечер и ночь я провела в своей комнате, куда меня любезно доставила Джейн. Я пока не решилась заговорить с родителями о вампирах. Хочу спросить, правда ли, что они не позволили спасти Калеба, но в горле словно вырастает кость. Каждый раз, когда вижу родителей, чувствую себя виноватой: я ведь знаю, что готова заключить сделку с самим дьяволом, только чтобы вернуть брата.

– Привет.

Рывком поднимаю голову, услышав знакомый голос. Майкл стоит в шаге от меня. От неожиданности в горле запершило и я кашляю.

– Привет.

– Как ты?

А, это просто вежливость в связи с… Боже!

Раз за разом, когда думаю, что осталась без брата, словно чуточку сильнее осознаю это. И каждый раз ощущаю внутри зверскую пустоту. Майкл, пожалуй, мог быть одним из тех, кого я была бы рада сейчас видеть, если бы он в последнее время не избегал меня.

– Хэлен нашли? – я не могу ответить на его вопрос, поэтому задаю свой.

Он отрицательно качает головой. Я проникаюсь сочувствием, допустив мысль, что девушка уже не вернётся домой. Как никто я могу понять его, если её найдут мёртвой.

– Мама с ума сходит, сегодня на работу не пошла.

Надеюсь, я не выдала себя, слегка закатив глаза. Отмечаю, что Майкл совсем не похож на вампира: здоровые блестящие волосы, голубые глаза, лёгкий румянец и порой координация, оставляющая желать лучшего. Одной из его характерных черт является зависание в облаках, а когда это происходит, он часто во что-то врезается. Да и стареет, в отличие от матери.

Так хочется спросить, узнать, как же так вышло, что он живёт под одной крышей с чудовищем. Или не чудовищем? Если верить Саре, она хотела помочь Калебу. Я уже не знаю, кому верить. Неужели мама и папа отказались от родного сына, когда на другой чаше весов была их вера?

И если в следующий раз с ней буду тягаться я, то, кажется, я знаю что перевесит… Да нет же, какой-то бред!

– Прости, что не подошёл раньше, – Майкл опускается плавно на другой край скамьи, руки в карманах, – боялся сделать хуже.

– Хуже?

– Да. Не знал, как ты отреагируешь.

Он боится, что я неправильно его пойму и решу, что он ещё что-то ко мне чувствует?

Не скрываю усмешки.

– Зачем избегать, если можно просто сказать как есть?

– Что сказать?

– Ну, как, что? Что это было ошибкой, – отворачиваюсь, не в силах смотреть на него.

Тишина разъедает мозг. На небе выглянуло солнце и лучи небольшими участками заливают светом коротко стриженный газон.

– Я так не считаю.

Его фраза одновременно радует и раздражает. Как он смеет морочить мне голову в такой и без того тяжёлый период! Наши глаза встречаются, и злость тут же исчезает. Я