Хрупкий сосуд 3 - Ольга Анатольевна Чумаченко

Звонил Аллан. Ева удивилась такому раннему звонку. Хотя, сама посматривала на часы: позвонить, не позвонить. И Акилу следовало сообщить, что у неё форс-мажор. Но сообщать о своём счастье сначала перваку, а уж потом отцу ребёнка, она посчитала неправильным.

— Спасибо, господи! — поблагодарила она высшие силы, и ответила молодому папаше. — Привет! (Голос дрогнул).

А с телефона Аллана звонил его отец.

— Ева, добрый день⁉ — поздоровался высокий и крепкий мужчина и осёкся, увидев девушку.

— Добрый… — ответила Ева. А в голове у неё случилась паника. Она не чёсанная, на кровати, в ночнушке… И уже потом, что с заплаканными глазами и красным носом.

— Извини, если разбудили, — осторожно ответил мужчина, внимательнее разглядывая девушку. А Ева засмущалась. — Аллан сказал, что ты рано встаёшь. Что…

Малыш захныкал… И на той стороне видеосвязи вообще замолчали, но не надолго. Аллан выхватил у Тиарин старшего телефон и чуть не прижался к лицом экрану, как будто это дало бы ему возможность увидеть больше.

— Ева… — не выдержал Аллан, одной интонацией потребовав, чтобы она хоть что-то сказала, объяснилась.

А что объяснять? Повернула Ева телефон к «беспокойному комочку» и дала мужчинам возможность понять, что произошло.

— Три шестьсот, шестьдесят сантиметров.

На осмысление произошедшего, потребовалось молодому отцу ещё какое-то время.

— Аллан! — окликнула девушка мужчину. — Мне сейчас некогда. В двух словах попробуй объяснить, зачем звонили.

— Ева, солнышко моё! — радостно ответил мужчина. — Ты в какой больнице? Я сейчас приеду. А отец заинтересовался проектом вашего с Акилом банка, хотел свою помощь предложить. Посмотреть, всё ли вы предусмотрели. И не за деньги, а за интерес.

Пришлось Еве сказать, в какой она больнице. Всё равно вычислит. А вот насчёт банка. Сложно! На сегодня у неё с Акилом было запланировано посещение и осмотр одного из подготовленных филиалов в городе. А теперь… Хотя… Если Тиарин старший хочет, может составить перваку компанию, и если что, ему указать на её — глупышки — просчёты.

— А если мы вместе приедем? — подал голос новоиспечённый дедушка. — Разрешишь?

— Приезжайте! — разрешила Ева, но попросила, чтобы они ничего ей не покупали, тем более цветы, так как у неё на некоторые разновидности аллергия.

Мужчины пообещали, что они скоро и отключились.

Нет! Никакой аллергии у Евы на цветы не было. Просто, она не хотела, чтобы ей Тиарины хоть что-то дарили. Даже такую малость. А остальное…

Тиарины примчались, как и обещали, — скоро. Вихрем влетели в палату. Ева даже покормить сына не успела. Аллан обнял супругу вместе с ребёнком и покрыл её лицо и голые плечи поцелуями. Тиарин старший прошёл к стоявшему у пелинального столика стулу. Сел. Но в его напряжённой позе прослеживалось нетерпение: он хотел попросить Еву разрешить ему подержать на руках своего внука. Но… гордость не позволила.

В палату постучала медсестра. Сообщила роженице, что её ждут на процедуру, и если что, она останется и присмотрит за ребёнком.

— Нет, спасибо! — поблагодарила Ева женщину. — У меня есть, кому за ребёнком присмотреть.

Встала она и вручила малыша дедушке со словами, что его сыну — Аллану, она не доверяет. Накинула халат, вышла.

Не доверяла она никому из Тиаринов, ни младшему, ни старшему. Но… родная голубая кровь с неимоверной силой тянулась друг к другу. Это Ева чувствовала в энергетическом фоне ребёнка, когда он ещё находился в её утробе. И сейчас это единение вызывало тепло и трепет. А она… ради ребёнка…

Всё будет хорошо!

Ева вернулась в палату через пятнадцать минут. Тиарин старший ходил по помещению от стены к стене своими большими шагами с попискивающим комочком на руках. А Аллан весело беседовал по её телефону с Алланом. Понятно. Ева взглянула на часы, на работу она опоздала, вот первак и забеспокоился.

— Привет! — Села Ева на кровать рядом с небесным и помахала ручкой. Акил мгновенно среагировал. Засыпал девушку поздравлениями по поводу такого замечательного события. — Спасибо, Акил, что поздравил.

Не стала она говорить ему, что он вообще единственный человек, кто вообще поздравил её с рождением сына. А вот Тиарины как-то упустили это. Но переглянулись, когда она сказала: «что поздравил».

Аллан коротко пересказал о разговоре с другом, что они уже договорились, и отец прямо отсюда поедет к Акилу. Ева подтвердила, что разрешила, и проект просмотреть, и на объект съездить.

— А как Тиарина младшего назвали? — задал Акил такой важный вопрос.

— Андрей, — улыбнувшись, ответила Ева.

— А что оно означает?

— Храбрый!

— Хорошее имя для мужчины! — Ответил Акил, и распрощался, обещав перезвонить к вечеру, рассказать, как прошли дела. А ведь ещё дела с финансовой полицией требовалось решить.

Тиарин старший ушёл, Тиарин средний остался. А Еве надо было позаботиться о малыше, переодеть, помыть, перепеленать, покормить, уложить спать. И самой отдохнуть. Но…

— Ты уже заявление на свидетельство о рождении написала? — спросил небесный.

— Написала и подала, — ответила Ева, подозревая, что у Тиаринов был какой-то свой план насчёт имени для малыша.

— А регистрировать ты его по какому адресу собираешься? — начался допрос.

— По тому же, где на данный момент сама зарегистрирована, — призналась Ева. — В твоём загородном доме. Но не переживай, скоро мы с сыном оттуда перерегистрируемся, как только мы с тобой официально развод оформим. Потерпишь!

— Ева… — не вытерпел небесный и обнял свою супругу. — Ева, у меня к тебе предложение. И пожалуйста, подумай над ним.

А предложение заключалось в том, чтобы она вернулась в его дом. Не по съёмным же квартирам ей с ребёнком шататься. А в загородном доме и воздух чище и свежее, всё же у реки. А ещё, сообщил он ей, что оформил её в системе распознавания хозяев. И электромагнитные замки теперь будут подчиняться ей, как и ему.

— Пожалуйста, Ева! — взмолился высокий мужчина. — Я тебе клянусь, что не буду беспокоить тебя там, если не захочешь, и жить там не буду, только сына навещать.

Ева задумалась. Да. Дом у реки куда лучше съёмной квартиры. И если что…

— Я подумаю, — пообещала наивная девушка.

Глава 28

Выписывалась Ева шумно. С фейерверками, с шампанским. И во всё это удовольствие и радость входило знакомство с матерью Аллана.

Ух, хладнокровная особа. Приехала, свысока на