Букет невесты - Ольга Владимировна Янышева

показал одиннадцать часов. На столе для меня стоял накрытый салфеткой пропущенный завтрак и записка: «Мы ушли в город. Догоняй. Будем в парке. Не забудь позавтракать, соня…»

Я потёрла заспанные глаза, прогоняя остаточные сны, где ректор изводил меня своими терзаниями относительно личной симпатии.

— Какие они всё-таки милые.

Наскоро перекусив булочками и запив их остывшим чаем, я натянула узкие штаны с высокой посадкой, напоминающие наши земные леггинсы, и застегнула на груди симпатичный пиджак из комплекта формы. Белоснежная блузка была настолько красивая. Не хотелось её испачкать во время прогулки. Да и на улице медленно, но верно осень входит в свои права. Пусть солнце продолжает светить яркими лучами, но ветерок уже промозглый.

Очередная порция взглядов от мимопроходящих была встречена мной с прохладным игнором. То ли я уже начинала привыкать ко всеобщему вниманию, то ли сегодня любопытных встретилось мало.

Я дошла до пропускного пункта.

И вот тут мой игнор дал трещину.

Стражи на воротах при виде меня повскакивали с мест, кинулись наперебой к турникету, заслоняя его своими далеко не маленькими телами, будто я — вселенское зло, и там, за воротами, я собираюсь разгуляться с масштабом.

Выглядело это довольно комично, но сегодня я не была расположена к веселью. Сны оставили после себя одно сплошное раздражение. А ещё я была зла на саму себя за вчерашнее обещание Киру. Обидно, но мне не хотелось переходить с вампиром обратно на «вы». Если Маккей не разобрался в своём отношении ко мне, то я точно определилась. Кир мне нравился. Больше того! Мне хотелось проводить с ним время. Мир интереснее рядом с замкнутым нелюдимым букой. Нет, это не любовь! В любовь я перестала давно верить. Но и отмахиваться от сильной симпатии к симпатичному умному мужчине было бы настоящим лицемерием.

— Эээ…

— Адептка Джером, — грозного вида брюнет взял на себя неприятную миссию, — довожу до вашего сведения: вам запрещено покидать территорию академии, пока администрация не изменит своего решения.

— Что? Почему?! Наказание предполагает только отработку!

Стоящий рядом с говорящим соратником шатен недовольно поджал губы:

— Этот вопрос вам, девушка, лучше задать ректору… если духу хватит. Достаточно того, что из-за вас вчера одному из наших влетело по первое число!

«Из-за меня?!»

Я разозлилась.

— Нечего бросать ворота без присмотра! — рявкнула от души, получая удовольствие от вида дрогнувших мужчин, быстро растерявших весь свой праведный запал. — А вопрос ректору я обязательно задам… Прямо сейчас вот и спрошу!

Стражи переглянулись между собой, но я этого уже не видела. Развернулась на сто восемьдесят градусов, держа курс на ректорат, и помчалась на всех порах, стараясь не бежать.

— О, чудная…

— И не говори.

До главного здания я дошла в считанные минуты, хотя до корпуса было не меньше трёхсот метров.

Ворвавшись в приёмную, даже не обратила внимания, что стол занят новым секретарём.

— Стойте! Девушка! Вы куда?! Ректор занят! Никому нельзя так врываться…

— Мне можно. — Я смело вошла в кабинет Маккея.

Кир будто бы ждал меня.

Не выспавшийся, мрачный, как всегда, вампир уже находился на грани. И, кажется, именно её я сейчас перешагнула.

Маккей с силой ударил кулаком по столу, заставляя стопки бумаг возмущённо подпрыгнуть.

— Студентка! Не врывайся ко мне без стука!

Я показательно развернулась и закрыла за собой дверь.

Секретарша замерла на стуле, как мышь, которая мельком увидела не кота, а целого тигра.

Меня же этому усатому не пронять! Мало того, что я о нём, гаде, только и думаю, так он ещё и запереть меня в академии удумал!? А как же Лана!? Как наши встречи с сестрой!? Как я смогу убедиться, что с ней всё в порядке?

Секунда — стук, и я вхожу.

— Можно?

Распрекрасный ректор возвёл свои чёрные, как ночь, очи к потолку.

— За что?

— Не «за что», а «по какой причине»! — Я прищурилась, подходя ближе и нависая над столом Кира. — Позвольте узнать, ректор Маккей, почему мне не дозволено, с вашего на то указания, покидать территорию академии в свободное от обучения время!?

— Тебе нечего делать в городе.

Я от возмущения чуть воздухом не поперхнулась.

— С какой стати? Не вам решать это!

И началось…

Кир не стал меня отчитывать или что-то доказывать. Просто начал подниматься, в итоге нависая надо мной, как айсберг.

Глава 31. Разбор полётов

Кир не стал меня отчитывать или что-то доказывать. Просто начал подниматься, в итоге нависая надо мной, как айсберг.

— Села!

Это было сказано таким тоном, что я села, не задумываясь.

— А теперь ты будешь молча слушать меня. Во-первых, относительно безопасности своих студентов решения принимает исключительно ректор академии! На твою беду им являюсь я. Во-вторых! Ещё раз ты ворвёшься так в мой кабинет, я больше не буду пресекать слухи о нас. Если тебе так хочется, пусть все знают, что ты моя любовница.

— Что? Я…

— Молча слушаешь, — пресёк любое звукоизвлечение вампир, лёгким движением пальцев захлопывая мою отвисшую челюсть. — И в-третьих… ты юбку надеть забыла? Почему ходишь в таком непотребном виде по академии? Ещё не проснулась? Или в пространстве потерялась? Или тебя к чёртовой матери закрыть не просто в академии, а комнате!?

Последний вопрос был озвучен с таким рыком…

Я нервно сглотнула, осознавая, где нахожусь. А именно — в другом мире, где совсем иной менталитет, и где модные леггинсы — возможно всего лишь удобные подштанники, в которых точно не щеголяют так открыто, как это сделала я.

А ещё я резко сдала назад, однозначно не желая светить теми особыми отношениями с вампиром, которые вообще-то случились случайно и в ближайшем будущем повторяться не планируют.

Будто опомнилась и взглянула на себя со стороны.

Первым делом решила уточнить насчёт брюк:

— Это разве не штаны из спортивной формы? Мы же в них всю неделю на полигоне бегали…

Кир негодующе поджал губы, тем не менее отвечая правдиво:

— Возможно… Но они мне не нравятся. Девушки в академии в принципе не занимаются боевыми искусствами, поэтому не могу ответить со стопроцентной точностью. Однако уверяю тебя, если это так, то завтра же форму поменяют.

Это всё смахивало на ревность, но я больше не желала биться с лобовым напором за свою независимую свободу. Надо выбрать иной способ. Слишком дискредитирующее со стороны. Маккей прав, не надо всех окружающих посвящать в наши ненормальные отношения.

— Понятно, — единственное, что нашла я, чтобы ответить.

Ректор прищурился.

— Какая ты понятливая стала.

— Я могу идти?

— Нет. Раз пришла, сделай мне кофе. — Кира будто бы подменили. Резко