Кто ты, Такидзиро Решетников? Том 11 - Семён Афанасьев

за ним, почти всегда игнорирующим классический японский этикет, большую часть времени не водилось. — Вы принесли свою писульку, — кивок на карман Моэко, — мы её приняли. Кроме прочего, передача вашей бумажки зафиксирована системами безопасности специального объекта — олимпийского бассейна, — метис повёл рукой. — Вы же поэтому не попросили нигде расписаться в получении? Ни на бумаге, ни в электронке, ни в планшете?

Чиновник молчал. Он смотрел на метиса и не моргал.

— Поскольку ваше уведомление является первым этапом нового процессуального действа, я вас уведомляю в ответ — это второй этап наших с вами будущих отношений, — Решетников ничуть не смутился, даже отбил ещё один поклон. — ДО вручения вами бумажки доказуемого состава преступления в ваших действиях не было, по крайней мере, у меня на руках. А сейчас налицо.

Если запись этой встречи с моих камер будут проигрывать в суде, к Такидзиро вроде бы не подкопаться, с разгорающимся любопытством думала про себя Хьюга. Но что за этим всем стоит?

— Мы сейчас же используем своё встречное право, возникающее только вследствие вашего демарша, — новоиспечённый помощник адвоката непринуждённо выхватил служебный смартфон из рук начальницы-адвокатессы и под напрягшимся взглядом Моэко принялся что-то набирать в той же служебной программе.

— Прогрузится примерно через полминуты, — озадачено заключила химэ Эдогава-кай, когда по экрану пополз червяк электронного подтверждения в ответ на загадочные поползновения Такидзиро.

— Мы подождём, — Решетников, технично перехвативший у «шефини» инициативу, стал похож на пилота гоночного болида, ведущего машину по хорошо знакомой трассе. — Чтоб фукудзи-сан, когда будет докладывать о результатах визита сюда, в полном соответствии с законом сообщил руководству: на их незаконную повестку адвокат Миёси Моэко, реализуя свои конституционные права, предсказуемо ответила встречным уголовным обвинением в адрес Токийской окружной прокуратуры.

— Слегка плаваю в теме, — деликатно обозначила Хину желательность продолжения.

— Хьюга-сан, суть такова. Вызывающий Миёси-сан для следственных действий прокурор ИМЕЛ БЫ право так делать, — многозначительная пауза длиной в пару секунд, — если бы потрудился соблюдать закон. В данном случае: если бы он являлся беспристрастным и НЕ заинтересованным лицом процесса. Являясь же персоналией ангажированной, предвзятой и лично заинтересованной, некто прокурор Сузуки Кэнтаро прямо нарушает часть… статьи… Антикоррупционного Закона Японии от декабря… года.

По лицу Моэко Хину видела смесь эмоций — удивление, осознание и такое же точно любопытство, как у себя: якудза в отличие от топ-менеджера Йокогамы понимала как юрист, к чему клонит её «помощник». Но она пока не видела как адвокат, каким образом новоявленный ассистент собирается свою позицию доказывать.

Контролировать обстановку нужно всегда — один из незыблемых постулатов Миёси Мая (особенно если происходит что-то нестандартное и интересное). Пловчиха из-под опущенных ресниц мазнула взглядом по физиономии помощника прокурора: тот утратил интерес к женскому декольте и сейчас раскачивался с пяток на носки, изо всех сил шевеля извилинами.

Услышанное ему активно не нравилось.

— И да, в нашем случае прокурор Сузуки Кэнтаро — заведомо пристрастное и заинтересованное лицо, — Решетников продолжил нависать над незваным посетителем. — Осознавая свою заведомую ангажированность, прокурор Сузуки Кэнтаро тем не менее оформил официальный вызов адвоката Миёси к дознавателю — этим совершая уголовку. Причём не в одиночку, а вступив в предварительный преступный сговор с другими сотрудниками своей прокуратуры — те тоже осознавали преступность намерений, недопустимость последующих действий, но к соучастию в преступлении склонились в здравом уме и по собственной воле. Как и этот персонаж перед нами, — пренебрежительный кивок на визитёра.

— Это очень серьёзные слова. — заместитель прокурора говорил тихо. — За них придётся ответить лично вам. Это уже не шутки. Вы меня услышали.

— Фукудзи-сан намекает, что я по его мнению сейчас наговорил на свою уголовку, — перевёл Такидзиро. — И что он данной информации даст ход немедленно. При этом неуважаемый сотрудник юстиции технично опускает важный нюанс, рассчитывая на мою неосведомленность: виновным в Японии может признать только суд, — в словах логиста впервые за всё время прозвучал металл. — Прокуратура лишь ведёт уголовное преследование.

— Не только. — Заместитель прокурора стал максимально серьёзным. — Ещё прокуратура руководит расследованиями и контролирует их, может напрямую давать указания полиции, обладает собственными следственными полномочиями. Допрашивает подозреваемых, принимает исключительное решение о предъявлении обвинения или отказе от него.

— Похоже на некую скрытую дуэль между вами, логист-сан, — прокомментировала хозяйка бассейна. — Тебя приняли всерьёз, Такидзиро-кун. Тьху ты, выражаюсь как Уэки Ута, что это со мной. Когда она успела меня заразить.

На метнувшийся в её сторону злобный взгляд посетителя Хину ответила невозмутимой улыбкой и движением кисти — поправила один из верхних треугольников бикини.

Глава 17

— Важный нюанс. — Помощник прокурора поймал волну и на какое-то время невозмутимостью стал похож на Хьюгу. — Бывший министр внутренних дел Мацуи Хироюки уже не на должности. Совсем недавно его сняли, — со значением развил наступление чиновник. — Но это, как и в случае с аккредитацией в Палате вашего импровизированного помощника, никак не влияет на его процессуальные права. Точнее, на их дальнейшее отсутствие.

— Эдакий толстый намёк на рабочий контакт Миёси Мая, как члена Общественного Совета МВД, и теперь уже бывшего министра Мацуи, — прокомментировала Хину. — А также невысказанная вслух подоплёка его возможных преференций в адрес Эдогава-кай — типа бездоказательного обвинения в коррупции задним числом. Да что ж такое, почему я разговариваю как Уэки… Насколько этот намёк законен, Такидзиро-кун? Вопрос как к начинающему юристу.

— В сравнении с уголовщиной в исполнении этого персонажа, — Решетников небрежно кивнул на собеседника, — тянет максимум на дисциплинарное взыскание.

— У меня здесь всё пишется, — напомнила хозяйка бассейна. — Ваша беседа в том числе.

— Без разницы. Ты сейчас говоришь о пятнышке на крышке стола — да, оно есть. Но мы будем выбрасывать весь стол, поскольку он больше не годится. Точнее, заменим его на пригодный. Человеку, который сядет в тюрьму надолго, объявлять выговор на работе, с которой его скоро турнут пинком под зад — большого смысла нет, как по мне, — логист развел руками. — Хотя технически и выговор вполне возможно устроить.

— Как вы планируете доказывать свой бред? Соответственно, как будете отбиваться уже от моих встречных обвинений? — Сотрудник прокуратуры качнулся с пяток на носки, что напротив более высокого Решетникова смотрелось комично.

— Обвинения уличённого в преступлении, состряпанные им наспех исключительно чтоб затянуть дознание в собственный адрес и отсрочить неизбежный арест, имеют весьма определённый процессуальный ярлык, — заржал молодым конём логист.

Хину предполагала, не без расчёта: такие манеры метиса регулярно бесят большинство японцев, незнакомых с Такидзиро лично.

Вслух она уточнила:

— Что за ярлык, Такидзиро-кун?

— Сообщение о заведомо ложном преступлении же, — удивился новоиспечённый ассистент адвоката. — Статья… уголовного кодекса Японии. Это если