33 несчастья для попаданки - Виктория Рогозина

устремились взгляды Петрушки, Станислава и Зеро. — Мы можем попробовать поговорить с охотниками. Обсудить всё. Возможно, они действуют из-за непонимания или страха. Если мы объясним им, что не являемся врагами, возможно, удастся избежать насилия и найти решение, которое устроит всех.

Петрушка нахмурился и поморщил нос, явно не в восторге от моего предложения.

— Говорить с ними? Ты хочешь вступить в переговоры с теми, кто охотится на нас? Это слишком рискованно!

Станислав посмотрел на меня пристально, его глаза прищурились.

— Ты уверена, что это сработает? Эти люди… они боятся нас. А страх порождает ненависть.

Я понимала их сомнения. Мой план был рискованным, но он также был единственным, который мог привести к настоящему миру.

— Я не уверена, — честно призналась я. — Но это лучше, чем прятаться или сражаться. Если мы сможем донести до них правду, может, они поймут, что мы не враги.

Зеро сидел молча, раздумывая над моими словами. Он знал, как опасны охотники, знал, что такое их ненависть. Но он также знал, что любой конфликт можно избежать, если есть возможность для переговоров.

— Если ты действительно хочешь попробовать, я могу устроить встречу, — наконец сказал он, в его голосе звучала та же решимость, что и раньше, но теперь она была подкреплена готовностью помочь. — Я знаю людей в общине, которые могут организовать это. Но я пойду с тобой. Если что-то пойдет не так, я смогу защитить тебя.

Я кивнула, чувствуя, как в душе разгорается надежда. Это был не простой путь, но он мог привести нас к лучшему будущему.

— Спасибо, Зеро, — сказала я, чувствуя искреннюю благодарность. — Я ценю твою помощь.

Петрушка и Станислав, хоть и оставались скептичными, тоже начали осознавать, что у нас не так много вариантов. В конце концов, они кивнули, неохотно соглашаясь с моим планом.

Мы решили, что Зеро свяжется с охотниками и договорится о встрече. Всё должно было пройти максимально осторожно и безопасно, насколько это возможно в подобных обстоятельствах. Это было только начало, но я уже чувствовала, что мы движемся в правильном направлении.

Когда Зеро ушел договариваться о встрече, я осталась в гостиной одна, погруженная в свои мысли. Вся ситуация казалась мне напряженной, и я понимала, что на предстоящей встрече решится многое. Я сидела на диване, обхватив руками подушку, и пыталась сосредоточиться. В голове проносились разные мысли — от возможных сценариев встречи до того, как себя вести, если дело примет неприятный оборот.

Я прикрыла глаза, стараясь успокоить дыхание. Внутри меня боролись два чувства — тревога и уверенность. Тревога от того, что я знала, как опасны могут быть охотники на ведьм, и уверенность в том, что если мы всё сделаем правильно, сможем избежать конфликта. Это был риск, но разумный. Я вспомнила бабушкины рассказы о том, как она решала подобные проблемы, как ей удавалось находить общий язык даже с теми, кто казался непримиримым врагом. Я знала, что должна быть сильной и твердой, но при этом сохранять спокойствие и ясность ума.

Домовой Петрушка суетился рядом, и я краем глаза замечала, как он то и дело озирается, нервно перетаптываясь с ноги на ногу. Он выглядел неестественно взволнованным, его лицо было бледным, а глаза бегали по комнате, как будто он искал что-то, что могло бы его успокоить. Наконец, не выдержав, он подошел ко мне ближе и с тревогой в голосе спросил:

— Милая, ты уверена, что это хорошая идея? Я всё равно считаю, что нам лучше спрятаться. Эти охотники на ведьм… они не те, с кем можно говорить!

Я открыла глаза и посмотрела на Петрушку с лёгкой улыбкой. Я понимала его беспокойство, он ведь всегда заботился обо мне, как о родной, и не хотел, чтобы я рисковала. Но я знала, что этот риск был необходим.

— Петрушка, — сказала я мягко, стараясь успокоить его. — Я понимаю твои страхи, но прятаться мы не можем вечно. Да, охотники опасны, но они тоже люди. Если мы сможем поговорить с ними, возможно, всё можно будет уладить миром. Прячься или беги, и они продолжат охоту, найдут нас в другом месте, в другое время. Но если мы покажем им, что мы не враги, возможно, они перестанут видеть в нас угрозу.

Петрушка вздохнул и потер лоб, всё ещё не в силах унять тревогу. Он был старым и мудрым, но даже его возраст и опыт не могли избавить его от страха перед тем, что нас могло ожидать.

— Я просто не хочу, чтобы тебе навредили, — тихо сказал он, садясь на край дивана рядом со мной. — Ты — наша надежда. Без тебя всё здесь потеряет смысл.

Я накрыла его руку своей, чувствуя, как его маленькие пальцы дрожат.

— Я знаю, — ответила я с теплотой. — Но я должна это сделать. И я знаю, что у нас получится.

Петрушка долго молчал, обдумывая мои слова, а затем кивнул, словно принимая моё решение, хотя и не без сомнений. Он вдруг резко встал и начал снова ходить туда-сюда по комнате, время от времени бросая на меня тревожные взгляды. Я понимала, что он пытается отвлечь себя, но его тревога передавалась и мне.

Станислав, который до этого сидел молча в углу, наблюдая за нами, наконец поднялся и подошел ближе.

— Петрушка, успокойся. Мы должны верить, что наш план сработает. В крайнем случае, мы всегда сможем защитить её.

Слова Станислава не особо успокоили Петрушку, но он кивнул, признавая правоту упыря.

— Да, ты прав… но я всё равно волнуюсь.

Я почувствовала, как внутри меня поднимается решимость. Вся эта ситуация заставляла меня осознавать свою ответственность не только за себя, но и за тех, кто был рядом со мной. Их поддержка давала мне силы, но также накладывала обязанность действовать мудро и осторожно.

Зеро вернулся спустя какое-то время, его лицо было сосредоточенным, но в его глазах светилась уверенность. Он подошел к нам и тихо сообщил:

— Я договорился. Встреча состоится завтра вечером. Место они выбрали нейтральное, чтобы ни одна из сторон не чувствовала себя уязвимой.

— Завтра вечером? — повторил Петрушка, его глаза расширились от волнения. — О, Господи, у нас так мало времени!

— Не волнуйся, — сказал Зеро, его голос был успокаивающим, но твердым. — Мы всё успеем. Главное — подготовиться и быть готовыми к любому исходу.

Я кивнула, чувствуя, как внутри меня крепнет решимость. У нас был шанс изменить всё, и я не собиралась его упускать. Завтра вечером мы столкнемся лицом к лицу с теми, кто считает нас врагами, и я знала,