Мастер билдов - Егор Петров

То, что костегребни бесполезные — это точно да. Разве что гребни с них снимать, да и то в большом количестве это добро если только в столице возьмут. Взяли бы в старые времена, когда «Вдох» редкостью был. И кстати, видимо их энергия как-то отличается от обычной Ци, потому что закалка растет действительно очень сильно после схваток с ними.

По словам Сайруса, завтра мы дойдем до линии разломов. И хоть я безумно уставал, в душе бурлило беспокойство.

Сайрус, скорее всего, одолел бы тигра. Но это был С-ранг. Что за разлом он закрыл в одиночку? Самые слабые боссы, которые попадаются там, это С+ ранг. Часто B-, редко B и очень редко B+.

И вот если нас угораздит попасть во что-то поопаснее… Нам крышка.

И видимо Сайрус тоже это понимал, давая мне все больше и больше уроков. Как держать копьё, как бить, как перемещаться. Он не учил меня драться с людьми, а затачивал конкретно против монстров. И я слишком сильно уставал, чтобы злиться. Сейчас мне хотелось только одного — чтобы все это закончилось, и мы поскорее добрались домой, где есть нормальная еда и удобная кровать.

Глава 14

Знакомый разлом

В итоге, за день до разломов мы не дошли. Могли бы, но попалось очень хорошее место для ночного привала. Да и день выдался… не из простых.

После встречи с тигром мы натыкались только на костегребней. Никаких других тварей не было, а этих тащило к нам регулярно, словно мы были намазаны мёдом… ну или от чего там прутся эти зверюги?…

И видимо, то, что я справился с пятеркой во время сражения с тигром заставило Сайруса изменить тактику моего обучения.

Он убивал вожаков и рядовых тварей, пока их не оставалось пять-шесть. А потом только наблюдал и изредка подсказывал вроде «влево» или «сзади», если понимал, что я угрозу не вижу.

И это, черт возьми, работало. Привычный противник, понимание своих действий и того,что предпримет враг… По крайней мере, я перестал паниковать во время сражений.

Нет, адреналин каждый раз все ещё зашкаливал, сердце норовило выпрыгнуть из груди при понимании, что я хожу по лезвию, но… это стало… управляемым?

Стало моим двигателем и источником сил и нестандартных решений, а не тормозом, образно говоря.

Я поменял повязку на бедре и заново обвязал жуткого вида рану, предварительно обработав ткань одним из зелий лечения, что выдал мне старина Корн…

Я уже говорил, что ненавижу Сайруса? Видя мои «успехи», он решил дать мне возможность сразиться с тварью посильнее. С вожаком, чтоб его… Чьи когти и разодрали мне ногу в хлам. Я реально думал, что сдохну от кровопотери, настолько мне поплохело. И если бы не зелья Корна, думаю, так бы оно и случилось. Как же я был благодарен старому ворчуну.

Тварь была гораздо сильнее, быстрее, и самое паршивое — умнее, чем рядовые костегребни.

Честно говоря, я и сам было подумал, что без проблем с ней справлюсь, после того как расправился с… черт, после пятидесяти я перестал считать, сколько костегребней полегло от моих рук. А ведь они сильнее гончих.

Так вот, вожак, казалось, предчувствовал каждый мой заряженный Ци удар и весьма ловко уворачивался. В итоге я бил по земле, камням, или касательной, нанося противнику лишь незначительные повреждения.

Может, будь я в идеальном состоянии, без накопленной усталости и с полным резервом Ци, которая из-за постоянных тренировок всегда едва плескалась на дне, я бы справился с вожаком. Но я не смог. И Сайрус обезглавил тварь чуть раньше, чем я свалился в полном изнеможении от кровопотери, в глазах уже потемнело. И вот вроде бы он меня спас, но, черт, никакой благодарности я не чувствовал. Только бессильную злость на бездушного садиста, по «милости» которого я здесь оказался, и от которого в данный момент целиком зависела моя жизнь. По крайней мере, пока не восстановлюсь до боеспособного состояния. И вот не удивительно, что он предпочитает действовать в одиночку: я на его месте тоже не рискнул бы подставить кому-то спину. С таким-то характером…

А ведь вчера я даже решил ему помочь. У меня прям руки чесались апгрейдить его билд после того, как я, кажется, вычислил его слои. И мой перфекционизм в билдах не давал мне спокойно спать: это же надо, такая техника, такое умение сражаться, и с абсолютно мусорным билдом! Хотелось срочно это исправить, подсказать, как ему можно ещё увеличить свою боевую мощь, какие слои стоит перезаписать, чтобы это все сочеталось и синергировало кратно сильнее.

Нет, ну, положа руку на сердце, я, наверное, больше о себе заботился: усилить союзника перед входом в разлом — по-любому больше шансов на успех. Только вот зёрна еще добыть надо, а сражались мы в основном только с костегребнями.

И ещё вопрос: оставил бы Сайрус такого «умника» в живых? Просто потому, что нефиг лезть в чужие слои, когда не просят. Или с моей стороны это уже паранойя?…

— Чего такой кислый, Рэй? Завтра через пару часов после рассвета будем на месте.

— Это нихрена не стоит пятидесяти золотых. Я мог умереть раз двадцать за эти дни.

— Да? А ты знаешь, через что проходят простые охотники, чтобы заработать пятьдесят золотых? Знаешь, сколько новичков умирают? Сколько остаются калеками, обреченными влачить жалкое существование? — очень серьёзно ответил Сайрус. — Те уроки, что я тебе даю, дорогого стоят. Делюсь фамильной техникой боя, тебе стоит быть благодарным.

Я, пожалуй, ещё ни разу не видел его таким серьёзным. Обычное бесстрастное выражение на миг покинуло его лицо, сделав его почти человечным. Помолчав с минуту, Сайрус продолжил:

— Вот смотрю я на тебя и понять не могу: откуда ты вылез? Бесспорный дар алхимика, раз сам Корн его разглядел, и при этом абсолютное незнание жизни.

Я даже отвечать не стал. Уверен, что он и не ждал ответа.

Надеюсь, до утра нога придет в норму. Сюда я еле доковылял, опираясь на копьё, как на костыль. Не забывая поддерживать на нем оболочку из Ци. Стоп… Черт возьми, я же столько раз оперся копьём о землю и не разу не потерял заряд! Ни разу!

Я вскочил, тут же поморщившись от прострелившей ногу боли, и взял в руку копьё, медленно формируя оболочку. А затем стукнул слегка по земле. Заряд ушел, словно я нанес удар. Как же я это