Погасшие звезды Ахирона - Нелли Штерн

– Алекс, – зычно рыкнул мой генерал, – почему ты еще здесь? Быстрее, пока невеста не передумала!

Глава 24

Уж не знаю, какие силы задействовали мужчины, хотя нет, догадываюсь, но спустя буквально пятнадцать минут в нашем временном жилище появились самые необходимые любой невесте помощники: косметолог, визажист, стилист и парикмахер со своими волшебными чемоданчиками. Улыбчивые мужчины сразу взяли меня в оборот, буквально выгоняя женихов из спальни. Уходя, Гектор рыкнул, что времени на подготовку практически нет, так что все необходимо сделать в максимально сжатые сроки и на самом высоком уровне. Приглашенные специалисты лишь гордо фыркнули вслед генералу и принялись за работу. Для начала меня размяли в восемь рук, втирая в кожу особое масло, придающее ей блеск и тонкий аромат тех самых лирисов. Спустя еще минут пятнадцать легкий макияж был готов, а платиновые кудри, обычно лежащие в легком беспорядке, тщательно уложены. Настал черед платья. Правда сначала мне торжественно был вручен потрясающий комплект нижнего белья из тончайшего белого кружева, не скрывающий почти ничего. На мерцающей бронзовой коже он смотрелся просто убийственно. На специальной вешалке уже ожидал меня свадебный наряд. Традиционно белый. Глубокое красивое декольте довольно плотного, гладкого лифа, широкие лямки на плечах, пояс, усыпанный сверкающими камнями, и объемная короткая юбка. В комплект предлагались серебряные туфли на высоком тонком каблуке. Ох, надеюсь, ноги будут целы.

– Лира Элиза, Вы великолепны! – хором заявили помощники.

– Вашим мужчинам несказанно повезло заполучить невероятное сокровище, – галантно поклонился самый старший из них.

– Благодарю вас всех, уважаемые лиры, за то, что помогли в этот важный для меня день стать настоящей королевой, – выразила свою признательность в ответ.

Четверо ноарийцев откланялись, а я вышла в гостиную, где уже нервно выхаживали самые потрясающие экземпляры во всей вселенной. Широкие плечи и мощная грудь, затянутая в плотную черную ткань парадных мундиров, и сияющие обожанием глаза: теплые янтарные и черные, как глубокий, загадочный космос. В руках Гектора был белоснежный букет, крупные бархатные бутоны таинственно мерцали. Заметив меня, ошарашенные женихи замерли на мгновение, гулко и тяжело сглатывая, а потом в одно неуловимое для человеческого глаза движение оказались рядом, бережно обнимая с двух сторон.

– Совершенство, – хрипло выдохнул Шейн.

– Нежная, хрупкая и прекрасная, совсем как эти лирисы, – генерал передал мне букет невесты.

– Вы тоже ничего, – нервно хихикнула я, немного разряжая трепетность и торжественность момента.

Принц, застывший в дверях, только молча и, как мне показалось, немного печально улыбнулся мне, сообщив, что все готово. Длинными тайными переходами императорской семьи он повел нас в часовню. Волнение натянуло нервы до предела, еще немного, и я просто упаду, не выдержав накала. Ведь этот шаг – самый серьезный из всех, на которые мне приходилось решаться без возможности отыграть назад. Мне безумно хотелось, чтобы здесь и сейчас рядом со мной был Фред Гаррисон – капитан Виктории. Этот, без всякого сомнения, достойный человек заменил мне отца, которого никогда не знала. Он поддерживал меня в трудные моменты, вдохновлял, стиснув зубы, двигаться вперед к своей цели. Учил благородству. На его примере я не раз убедилась, что честь для мужчины – не пустой звук. Я безумно скучала по нему и даже не могла послать весточку из-за личного запрета императора, правда все же уговорила Гектора хотя бы сообщить капитану, что жива. Часто мне снился взволнованный взгляд его голубых глаз и голос, шепчущий с надрывом: «Где же ты, дочка?» Грудь сдавило, и я тихонько шмыгнула носом, чем насмерть перепугала своих мужчин.

– Сладкая, – растерянно прошептал Шейн, обнимая за талию, – прости меня, я даже не подумал, что все это может быть слишком для тебя, так был ослеплен собственным счастьем. Если ты еще не готова, мы не станем настаивать, – мужчина, выразительно посмотрев на рычащего Тимерона, сделал особое ударение на последних словах.

– Что? – мгновенно пришла в себя, вот ведь, и себя накрутила, и их. – Я, конечно, волнуюсь и ужасно трушу, но возвращаться в ангар не намерена. Открытый космос семейной жизни ждет! – женихи расслабленно выдохнули, продолжая путь после небольшой заминки.

– Чем же ты так опечалена, душа моя? – спросил генерал.

– Вспомнила Гаррисона. Мне бы очень хотелось, чтобы по нашим земным традициям в день моей свадьбы он провел меня к алтарю. А еще шумный большой банкет с друзьями и родственниками моих избранников…

– Любимая, прости, что все происходит не так, как ты представляла, – пришел черед Гектора повиниться, – обещаю тебе, как только ситуация нормализуется, мы обязательно закатим масштабное торжество, все будет ровно так, как захочешь!

– Я верю тебе, вам верю, – негромко произнесла в ответ.

– Вот и прекрасно, – громогласно выдал Алекс, – вы так меня до остановки сердца доведете, обоих сердец. Мелкая, – обратился он ко мне, лихо подмигивая, – с тебя приглашение. Надеюсь, там будет много премиленьких и совершенно свободных земляночек, похожих на тебя!

– Кто про что…, – этого непробиваемого оптимиста не способна сломить никакая критическая ситуация.

– Мы на месте, – мгновенно переключая тон с шутливого на пронзительно серьезный, проговорил Его Высочество. – Дальше вы пойдете одни, таинство не для посторонних глаз.

Александр провел браслетом по особому замку, и массивные створки медленно двинулись в стороны, открывая моему взгляду преддверие часовни. Синхронный шаг вперед, и двери с тихим шипением закрылись, отрезая нас от мирской суеты. Это обитель богов.

В небольшой комнате, облицованной белым камнем, издающим мягкое сияние, на постаменте стояла резная деревянная шкатулка. Гектор подошел ближе, взял небольшой кинжал, лежащий рядом, и уверенный точным движением сделал на руке надрез. Он приложил кровоточащую ладонь к поверхности, которая в тот же момент мигнула ярким белым светом. Побелевшими от напряжения пальцами вцепилась в Шейна, он лишь молча поглаживал мою руку на сгибе своего локтя, успокаивая, вселяя уверенность. Тимерон же тем временем подхватил шкатулку и первым направился к следующим дверям, делая нам знак, следовать за ним.

Даже дыхание задержала, ступая дальше. Императорская часовня не была масштабной, скорее камерной и по-своему уютной. Стены из того же неизвестного белого камня, образующие круг, переходили в сводчатый потолок. Ни одного окна или искусственного источника освещения я не заметила, однако внутри было светло, как днем. Цветущие лирисы в больших кадках, несколько небольших мягких скамеек вдоль стен, а прямо перед нами боги-покровители этого мира. Богиня-мать – прекрасная Ноария в окружении трех супругов, защищающих и оберегающих свою женщину: Таириуса, Меренвейга и Динария. Четыре искусно сделанные статуи, что казалось вот-вот оживут. Миниатюрная по сравнению с мужчинами Ноария едва заметно, ласково и понимающе улыбалась мне, мощный Таириус, ни