Фантастика 2026-32 - Евгений Александрович Белогорский

фиванки под «большим секретом» человеку Атоссы, что её хозяйка в панике. Скоро должен приехать новый сатрап Египта, у которого в свое время были плохие отношения с Нефтехом. Самого египтянина Александр забирает с собой в поход и Антигона очень боится, что новый сатрап выместит на ней всю горечь недовольства Нефтехом. Поэтому она хочет получить покровительство у царской сестры, царевны Клеопатры.

  Едва эта смесь правды и лжи достигла ушей Атоссы, как та возликовала от радости. Наконец-то великие боги отдают в её руки женщину, причинившую ей, столько, горя и унижения. Теперь она сведет с ней все свои счеты, и быстрая смерть будет для неё счастьем.

  Когда женщины встретились вновь, то Атосса держалась с фиванкой откровенно надменно, а Антигона ловко подыгрывала ей. Что-что, а как это делать высокородным персиянкам она хорошо знала. Общение их завершилось тем, что Атосса полностью поверила в бедственное положение Антигоны и как великую милость дала согласие встретиться в уединенном месте для тайной беседы.

  Просьба фиванки взять на эту встречу Статиру, персидскую жену Александра окончательно убедил персиянку в своей правоте и она согласилась. Нет ничего слаще, чем вытереть ноги о валяющегося перед тобой старого обидчика, в присутствии принцессы крови.

  Как было условленно, в назначенный час и в назначенное время, обе персиянки тайны прибыли к домику на берегу, где их уже ждала Антигона. Едва гости переступили порог, как увидали прекрасно сервированный стол на три персоны. Антигона с почтением приветствовала их у порога, а затем торжественно проводила к почетным местам стола.

  В доме не было ни единой служанки и рыжеволосая фиванка, сама поливала воду им на руки и подавала полотенце. Все это способствовало тому, чтобы у обеих персиянок мгновенно проснулось чувство превосходства над Антигоной, и они надулись гордостью и спесью.

 - Зачем ты звала нас, дитя греха – надменно спросила Статира, всем своим видом показывая свое высокое положение; дочери царя Дария и жены Александра.

 - Я хотела поговорить с вами по одному важному для нас всех вопросу, но сначала прошу вас преломить со мной хлеб и испить со мной воду.

  Прекрасно зная этикет персидского дворца не торопиться говорить о деле, фиванка четко следовала ему, чем ещё больше раззадоривала души своих гостей. От подобного обращения ноздри у Статиры хищно раздулись, и она важно уселась во главе стола. Чуть помедлив, Атосса уселась по правую руку царицы, с насмешкой посмотрев на фиванку, которая незамедлительно стала подавать им угощения.

  Дорогие гости охотно попробовали поданные им медовые лепешки, запили их прохладным шербетом и, остались, вполне довольны угощением. Едва они отодвинули чаши, как Антигона незамедлительно наполнила их снова, а на стол поставила орехи, гранаты, виноград и пастилу на большом серебряном блюде.

  Вошедшая во вкус Статира стала с явной брезгливостью принимать подношения от фиванки, демонстрируя ей, что тем самым оказывает ей огромное одолжение. Атосса также не отстала от неё, громко посетовав на то, что на столе нет яблок и груш.

   Воркующая над ними Антигона терпеливо сносила подобное унижение, стараясь во всем угодить своим дорогим гостям. Перебрасываясь малозначительными словами, тем продолжали насыщаться, не торопясь позволить Антигоне перейдет к делу, ради которого она их сюда пригласила.

  Обилие съеденных угощений быстро сказалось на общем состоянии дорогих гостей. Приятная истома и лень стали разливаться по их телам, головы отяжелели, и глаза стали сами закрываться. Гостьи пожелали немного вздремнуть и вскоре уже мирно сопели, опустив свои головы на мягкие подушки богатой кровати, куда их препроводила заботливая хозяйка.

  Антигона учтиво помогла им лечь, а сама тихо села на табуретку и стала разглядывать спящих красавиц. Так прошел час, за стеной дома стал затихать шум ночного города, с тем чтобы, отдохнув за ночь, с утра вновь прийти в движение. Убедившись, что её гости крепко спят, Антигона встала и подошла к ложе принялась их раздевать.

  Своими крепкими и цепкими руками она быстро освободила обеих персиянок от всякой одежды, заботливо складывая её на скамью. Покончив с раздеванием, фиванка извлекла флакон с благовонным маслом и стала старательно натирать им тела обеих женщин. От прикосновения нежных рук Антигоны к ее телу Атосса стала постанывать во сне и перебирать красивыми ногами.

  Как только тела были натерты, Антигона приступила к главной цели своего тайного плана. Положив податливое тело Статиры на высокие подушки, она подтащила к ней Атоссу и осторожно уложила свою «заклятую подругу» лицом на курчавый треугольник живота царевны. Увидев эту картину, сторонний наблюдатель обязательно бы решил, что перед ним любительницы однополой любви, застигнутые на самом пикантном моменте.

  Закончив работу, Антигона отошла в сторону и, окинув взглядом свое творение, осталась, ею довольна. Обе персиянки спали крепким сном, изредка посапывая и слабо постанывая от своего вынужденного положения.

  Распустив сколотые волосы Атоссы, и положив руки Статиры на её голову, фиванка стала заметать следы своего пребывания в доме свидания. Все предметы, говорящие о пребывании здесь третьего человека, она аккуратно складывала в холстяной мешок. Когда же эта работа была завершена, она поднесла к кровати две медные лампы с углями и быстро прикрыла их колпаками. Сейчас же сквозь щели колпаков поползли густые струи угарного газа, которые медленно, но неотвратимо стали подбираться к спящим женщинам.

  Бросив последний взгляд на обреченных на смерть персиянок, Антигона накинула на себя хитон проститутки, покрыла голову темным египетским париком и, закрыв лицо вуалью, покинула дом через черный ход, заботливо закрыв парадный.

  Исчезновение одной из царских жен было обнаружено рано утром, когда выяснилось, что вопреки своим намерениям персиянка Статира не ночевала у Атоссы. Сразу были подняты на ноги стражники и воины, которые усердно проверяли все повозки, суда и просто покидающих город людей, помня дерзкое похищение покойной жены Нефтеха Арсинои. Поиски продлились два дня, когда испуганный владелец одного из доходных домов донес властям об обнаружении им два мертвых женских тела, в одном из которых и была опознана пропавшая царица Статира.

  Другая покойница оказалась содержанка царевны Клеопатры Атосса, об исчезновении которой царская сестра объявила только через день. Смерть обоих наступила в результате отравления угарным газом от углей ламп, которые женщины позабыли открыть, увлекшись любовными играми.

  Едва была установлена причина смерти несчастных особ, как власти немедленно прекратили дело, что бы правда о случившемся инциденте стала мало кому, известна. По распоряжению главной царской жены Эвридики, тела обоих любовниц были спешно кремированы,