Ужасающие Странствия Темного Владыки - Guiltythree

Одной из них была тень Ночного Странника, которую он держал в одной из своих четырёх рук. Он всё ещё был одержим идеей вернуть к жизни легендарного героя Первого Поколения, и тень, скорее всего, была его билетом домой. Так что Санни отказывался жертвовать им ради окончательного милосердия Царства Теней.

Второй причиной были едва уловимые, но знакомые ощущения, которые он начал испытывать, когда стены камеры пустоты начали рушиться.

Это было чувство, как его кровь отзывалась на что-то, спрятанное поблизости.

Санни не мог быть уверен, но он был почти убеждён, что фрагмент родословной Ткача находится где-то здесь, в разрушающейся камере.

Проблема была в том, что он не видел очевидного места, где фрагмент мог быть спрятан. В конце концов, камера пустоты была всего лишь полой сферой из металла с гладкими стенами… если только Ткач не поместил часть своей родословной в одну из теней, то, казалось, прятать её было негде.

«Проклятый даймон! Этот проклятый даймон!»

Сопротивляясь непреодолимому притяжению Врат Тени, Санни напряг мускулы и ухватился за чёрную цепь ещё двумя своими руками. Затем, бормоча беззвучные проклятия, он с трудом подтянулся по ней.

Стены продолжали обрушиваться.

«Держись, приятель…»

Тень Ночного Странника болталась у него в четвёртой руке, казалось, безразличная к происходящему вокруг. Врата Тени всё равно тянули её в темноту, так что Санни приходилось выдерживать вдвое большее притяжение.

Санни медленно карабкался по цепи, добрался до деформированной груды металла, которая когда-то была гладкой, и вонзил в неё все свои когти.

Форма Порождения Теней была идеальной для висения на потолке, так что ему удалось укрепиться на нём и держаться.

«Должен держаться…»

Камера пустоты когда-то была огромной, но теперь бесформенный хаос её изогнутых стен сближался друг с другом. Древний металл, казалось, пульсировал и струился, словно течение, по мере того как его притягивало всё ближе к Теневому Фонарю, теряя при этом целостность.

Санни уже чувствовал слабые места в металле — неровные разломы, которые вели в глубины Дворца, прочь от разрушающейся камеры.

Он ещё не был готов попытаться сбежать через один из этих разломов.

…Вокруг становилось всё темнее.

Вскоре весь Дворец содрогнулся. Ощущая его предсмертные судороги и наблюдая за потоками дождя за его рушащимися стенами, Санни пришёл к любопытному выводу.

Он понял, что тени, заточённые в камере, были не только средством, с помощью которого Демон Покоя делала живых существ бессмертными, но и источником силы, питавшей колдовство Вечного Города.

Тени каким-то образом питали звезду, а звезда питала колдовство Покоя.

Но теперь, когда тени ускользали в Царство Смерти, звезда слабела. А вместе с ней слабел и Вечный Город…

Все его части, включая защитный купол, сдерживавший Штормовое Море.

«Это… проблематично».

Нельзя было сказать, какое ужасное опустошение постигнет Вечный Город, если хотя бы небольшая часть его купола окончательно рухнет.

Яростная звезда, пылавшая в его сердце, казалось, была на грани угасания. Её раскалённое сияние ослабло настолько, что Санни мог прямо смотреть на неё, не будучи ослеплённым.

Что он и делал, с яростным рвением что-то выискивая.

«Только не говори мне…»

И там, ранее скрытая ослепительным светом и потоками испепеляющего звёздного пламени, виднелась чёрная точка, которой не должно было существовать.

Он смотрел на неё несколько мгновений, ошеломлённый.

«Ткач, этот ублюдок…»

Неужели туманный даймон спрятал часть запретной родословной в сердце проклятой звезды⁈

Санни знал, что ему, вероятно, не следовало удивляться, не говоря уже о том, чтобы быть потрясённым, но он всё же испытывал обе эти эмоции.

Он был уверен, что маленький объект, парящий в самом сердце умирающей звезды, и был фрагментом Родословной Ткача.

Итак… теперь всё, что ему оставалось сделать, — это схватить его, не превратившись в пепел, и выбраться отсюда целым и невредимым.

Глава 2699

Горизонт событий

«Что делать, что делать…»

Цепляясь за разрушающуюся оболочку камеры пустоты, Санни вглядывался в смутно различимый предмет, скрытый в сердце умирающей звезды. Мир вокруг него распадался, пока ненасытная пасть Царства Теней пожирала его. Целостность схлопывающейся камеры была давно нарушена, что позволило воздуху хлынуть внутрь — из-за этого он снова мог слышать.

Его окружало оглушительное, пронзительное, леденящее душу шипение, настолько низкое и громкое, что походило на яростный рёв. Словно он слышал потусторонний голос самого Царства Теней… и, поскольку Царство Теней было трупом Бога Смерти, Санни задавался вопросом, не так ли звучал и его собственный голос.

Металл стонал, разрываемый и растягиваемый на части.

Однако, глядя на умирающую звезду Вечного Города, Санни вспомнил не Царство Теней и его холодные просторы. Он вспомнил пожар божественного пламени, пылавший в бескрайних просторах Неба Внизу, и боль, которую испытал после того, как был обожжён им.

Неужели ему снова предстоит сгореть?

«Даже если так… что ж, будь что будет».

Стиснув зубы, он призвал пару чёрных крыльев и отпустил цепь.

Мгновенно притяжение Врат Тени схватило его словно неумолимые тиски. Санни ощутил, что падает вниз — или, возможно, вверх — с ужасающей скоростью, едва способный контролировать направление падения… или вознесения.

По мере приближения к умирающей звезде его окутала страшная жара.

Затем жара стала невыносимой. А потом и вовсе невозможным.

«Аргх!»

Санни пожалел, что вдохнул, ведь его лёгкие мгновенно обуглились.

Первыми загорелись его крылья: чёрные перья вспыхнули и через мгновение обратились в пепел.

Нефритовая Мантия выдерживала звёздное излучение какое-то время, но затем по её поверхности медленно поползли раскалённые трещины.

Внешние слои камнеподобного металла начали плавиться.

Тень Ночного Странника уменьшилась, защищённая от ослепляющего света возвышающейся фигурой Порождения Теней.

…И, конечно же, всё это было адски больно.

«Ах, чёрт побери! Я скучаю по Антарктиде!»

Санни хотелось быть погребённым во льду.

Он хотел снова отправиться в заснеженную экспедицию с Бесшумным Сталкером.

Вместо этого, приближаясь к яростному белому шару умирающей звезды, он стиснул зубы и расправил пылающие крылья, чтобы противостоять притяжению Врат Тени. Его падение замедлилось, пусть даже всего на мгновение.

Но этого мгновения хватило Санни, чтобы собраться с духом… и погрузить руку в звёздное пламя.

Камнеподобный металл Нефритовой Мантии наконец расплавился.

Его плоть тоже расплавилась.

Однако, даже когда сквозь обугленную плоть проглядывали кости, Санни всё равно заставил себя схватить фрагмент родословной Ткача, скрытый в ядре умирающей звезды.

Он вырвал его и потратил долю секунды, чтобы разглядеть, что это такое.

«…Свиток?»

Это был изящный свиток из тонкого паучьего шёлка.

Но изучать его сейчас было некогда. Санни нужно было лишь подтвердить, что это действительно тот фрагмент родословной