Одиночка - Александр Александрович Долинин

в гостиную (все равно, от нашего присутствия на кухне обед быстрее не сварится). Там уселись на диван, я включил телевизор на музыкальный канал и убавил звук. Сойдет для фона…

Джинджер пристроилась рядом, положив голову мне на плечо.

— Расскажи, как ты вообще понял, что можешь проделывать… нечто подобное?

Хотя она и не уточнила, я понял, о чем речь.

— Это долгая история. «Грехи молодости», так сказать.

— То есть ты уже очень давно этим пользуешься? И как, помогает?

— Ну, «пользуюсь» — звучит слишком громко… Так, принимаю во внимание, на всякий случай…

— А вообще, с чего все началось?

— Милая, зачем тебе это? — Правда, ну зачем ворошить то, что давно забыто?

— Хочу понять, вдруг у меня тоже так получится.

— Ох… Не знаю, помнишь ли ты, что уже давно сказано по этому поводу…

— Много чего сказано, уточни! — Джин нетерпеливо сжала пальцы у меня на руке.

— «Во многой мудрости много печали; и кто умножает познания, умножает скорбь.» [Екк. 1:18]

— Конечно, я это слышала, и не раз. Ты еще процитируй что-нибудь вроде такого: «Что золотое кольцо в носу у свиньи, то женщина красивая и безрассудная.»

— Предпочитаю другую мудрость… «Лучше жить в земле пустынной, нежели с женою сварливою и сердитою.»

— Это я-то сварливая? — Джин даже подскочила.

— «Мудрая жена устраивает дом свой, а глупая разрушает его своими руками.» — торопливо добавил я, и ее показное возмущение тут же исчезло. Еще бы, кто захочет спорить с Экклезиастом?

— Хватит цитировать чужие мысли, давай свои, — потребовала она, снова устраиваясь у меня под боком. — Ты еще скажи, что каждый вечер перед сном такое читаешь.

— Читаю редко, и не перед сном, так, попадается иногда в книгах…

— А потом ты начинаешь изображать всезнайку… Не уходи от темы.

— Да мне как-то неудобно вспоминать… Это даже не грехи молодости… Так, баловство.

— И в чем твое «баловство» заключалось?

— Да в чем угодно, например, «чтение линий на ладони».

— Гадал по руке, что ли?

— Не гадал, а «толковал значение линий», есть разница. — Главное в этом деле — вовремя изобразить важный вид. Но об этом моим клиентам знать вообще не обязательно!

— Ну и как успехи? Не вижу ничего особенного — начинаешь рассказывать всякую ерунду, держишь человека за руку, смотришь его реакцию… — Джинджер тоже решила показать свои знания.

— Возможно, у некоторых так и было… Я не держал человека за руку и не смотрел ему в лицо. А как тебе такой вариант: дают листок с отпечатками ладоней, и просят описать человека. Причем тот, кто присутствует — сам этого человека никогда не видел, и ничего о нем не знает.

Джин в задумчивости слегка прикусила нижнюю губу. Что, не катит прежний вариант?..

— Я, пожалуй, пойду кастрюлю проверю… — и тут же соскочила с дивана. Вернувшись через несколько минут, села рядом, но прижиматься не стала.

— И что ты мог узнать о человеке?

— Ничего особенного, только самое главное. Например, склонен ли он к насилию, какие могут быть склонности, возможные болезни…

Разумеется, если и беседовал, то тет-а-тет, во избежание, как говорится… Мало ли как отреагируют.

— И как, получалось?

— Да. Только вот результаты получались… спорные… Многие убегали впереди собственного визга. Другие начинали обвинять… как сейчас иногда говорят, «в предварительном сборе сведений» — вроде как я предварительно расспрашивал о них соседей по комнате в общежитии. А зачем мне такое?.. Впечатление производить?.. Так со временем и завязал с этой темой… Хотя, иногда старался предупредить человека, если видел будущие проблемы со здоровьем.

— И они слушали?

— Скажем так: с тех пор я знаю, что такое «Синдром Кассандры»…

— Хм… — Джин задумалась. — Наверное, это не прибавило тебе счастья в жизни.

— Не буду говорить ни да, ни нет. Даже если прислушался хотя бы один — значит, все было не зря.

— Ясно… Ну, с гаданием по рукам девушек все понятно. Еще что-нибудь интересное расскажешь?

— Ну… Про поиск чего-нибудь с помощью «рамки» слышала? Еще несколько тысяч лет назад в Китае вовсю этим пользовались.

— Воду искали, и руду?

— Они — да, мне такого не требовалось. Тренировался, развивал чувствительность…

— И не пожалел потом?

— Не успел. — Мне осталось только усмехнуться. — Главное — смог поймать нужный момент, чтобы вовремя остановиться.

— Неужели такая ерунда может быть опасной? — Джин и в самом деле удивилась.

— Как бы тебе объяснить… вот ты музыку любишь?

— Слушаю иногда… Ну ты и сам все знаешь. — Да уж, ее пристрастие к громким рок-композициям мне известно уже давно.

— Вот представь, что ты слушаешь концерт классической музыки… не фыркай, я же просто для примера… Звучит тихое соло скрипки, ты пытаешься уловить малейшие звуки, и в этот самый момент у тебя над самым ухом кто-то начинает изо всех сил лупить кувалдой по стальному рельсу. Что ты почувствуешь?..

— Как жутко!.. И все так было на самом деле? — Надо же, как на нее подействовало — даже зрачки расширились.

— По ощущениям очень близко… Но я тебе вроде об этом уже говорил. Когда живешь в многоквартирном доме, повышенная чувствительность весьма вредна для здоровья.

— Но сейчас-то у нас свой дом, что может здесь быть опасного?..

— Хочешь сама попробовать? Не боишься? — Мое дело — предупредить… Но проклятый «Синдром Кассандры» никто не отменял:

— Чего мне бояться?

— Джин, ты для меня всегда была очень рациональной и рассудительной особой. И я не хочу, чтобы ты вдруг изменилась… Пожалуйста, не трогай эту тему, очень прошу!

— Я уже взрослая девочка, и могу сама решить, что мне нужно! — Рывком поднявшись, она ушла на кухню и загремела посудой.

Как обычно, если женщине советуешь чего-то не делать — она обязательно в это полезет. А ты сам еще и окажешься виноват… Как мне теперь выкручиваться?

Чуть позже она поехала за Уильямом, а я засел в своей радиорубке. Тихий шорох эфира и болтовня с другими радиолюбителями помогли успокоиться. Только вот чувство напряженности никуда не делось.

Когда Джинджер вернулась с сыном, стало понятно, что эмпатия не врет — за ужином мы почти не разговаривали. И спать она устроилась на самом краю кровати, подальше. Как говорится, «Сама придумала — сама обиделась…»

Слушая ее тихое дыхание, я лежал с закрытыми глазами и раздумывал, как бы похитрее избежать нехороших последствий? Ну, мне- то ничего не грозит, а вот если она начнет экспериментировать, то неизвестно, куда может завести эта извилистая дорожка. Тем более, что Джин раньше вроде бы ничем подобным не занималась.

«Вдвоём быть лучше, чем одному… если двое лежат — тепло им; одному же как