Резчик 1 - 6 - Павел Александрович Шек

и один небольшой городок. Из всех оборотней за эти два дня только Даниель позволял себе менять облик. Остальные же спасались от тяжёлых мыслей за ликом зверя. И если чистокровные легко могли находиться в этом облике сколько угодно долго, обращённым было тяжелее. Я чувствовал их желание превратиться в человека хотя бы на час или два. Я хотел поговорить с Даниелем, но потом понял, что он разбирается в этом лучше меня. А ещё мне стало интересно, как в легионе обстоит дело с оборотнями, когда на небо восходит полная луна. И что чувствуют другие легионеры, зная, что бок о бок с ними воюют кровожадные монстры, которые раз в месяц теряют рассудок.

Часа через три после полудня мы вышли на холмистую равнину, поросшую зелёной травой и редкими деревьями. Если ориентироваться по карте, мы проделали ровно половину пути до Витории. Где-то недалеко была стоянка легиона провинции, но дорога обходила её стороной. Маясь со скуки в фургоне, я перечитывал героическую балладу о своих приключениях на севере. Услышав голоса снаружи, отложил книгу и удивлённо посмотрел на Илину. Мы одновременно пробрались вперёд, выглядывая наружу. Узкая дорога огибала овраг и медленно поднималась на пологий холм. С той стороны к нам бежал бурый оборотень, подгоняемый десятком всадников в лёгких доспехах легиона. Они пытались достать его копьями, но оборотень был слишком проворный. Поняв, что не смогут его догнать, всадники сбросили скорость. Затем они неспешно развернулись и начали подниматься на холм.

Выпрыгнув из фургона, я поспешил к Даниелю, который с утра находился в облике оборотня. Мы с разведчиком подошли к нему почти одновременно. Бурый оборотень тяжело дышал.

— За холмом… — сказал он, пытаясь отдышаться, — легион. Двадцать четыре на стягах. Красные утки. Два отряда тяжёлой пехоты, шесть лёгкой и десять турм конницы. Обоза нет.

— Шестьсот человек и три сотни всадников, — сказал Герцог. — Плюс маги.

Без обоза легион мог уходить только на три-четыре часа пешего марша от лагеря. И вряд ли это был дозорный отряд.

— Ты сказал маги? — к нам подошёл Рауль, повязавший на лицо платок. Свою маску он так и не смог найти. Теперь ходил как бандит с большой дороги в чёрном платке.

— А кому принадлежит двадцать четвёртый? — спросил я.

— Янда, — почти в один голос ответили Рауль и Даниель.

— Их земли рядом, — добавил Даниель.

— Сейчас, — я оглянулся в поисках Бальсы. Она, как и Рауль, носила платок на лице, только повязала его немного по-другому. Она обернула шейный платок вокруг головы, а только потом закрыла лицо, оставив небольшую щель для глаз. Шрамы на лице у неё сходили медленно, и большую часть времени она ходила в таком вот виде.

Когда она подошла, разведчик ещё раз описал то, что увидел за холмом. И если легион ждал нас, то обойти его стороной мы не могли. По той причине, что дорога в этих краях была одна. А тянуть телеги и фургон через поля и холмы просто нереально. Не говоря уже о такой глупости, как идти пешком.

— Я могу…

— Нет, — остановил меня Даниель. — Никакой «страшной» и масштабной магии. Пусть для них твои способности останутся тайной, чтобы в будущем иметь преимущество. Тысяча человек — это не так много. Часть от легиона, которая никогда не покидала пределов центральных провинций и не пробовавшая на вкус крови. Если они вздумают пойти против нас, мы обратим их в бегство. Только надо что-то сделать с магами. Но, для начала, не мешало бы их выслушать, — он показал в сторону холма, на котором появилась ещё одна группа всадников. — Римус, готовь людей. Проверь, чтобы у всех были амулеты.

Первый центурион легиона, крупный оборотень тёмно-серого окраса, слушавший нас, находясь метрах в пяти, прорычал что-то невнятное и поспешил к телегам. Мы, в свою очередь, направились по дороге к холму. Секундой позже к нам присоединились Диана и Вьера. Всадники, среди которых было четверо благородных господ, двинулись нам на встречу.

— Неожиданно, — сказал Рауль, щурясь, разглядывая всадников. — Берси, видишь вон того высокого светловолосого молодого мужчину? Это второй сын Фартария, Луис. А я думал, что кровавый культ убрал его, когда он стал им не нужен. А справа от него заместитель Яна Сметса, главы экспертного совета, Ольгерт Крус, брат герцога.

Мы остановились, ожидая пока гости подъедут. Благородные особы спешились, хотя я уловил желание остаться в седле и говорить с нами так.

— Доброго дня, господа, — первым поздоровался Ольгерт. Не припомню, чтобы мы раньше встречались. Типичный маг, практикующий время от времени. Лицо приятное, гладко выбритое и немного блестящее от недавно нанесённого масла. — Дамы, — он кивнул асверам.

— Не ожидал увидеть тебя здесь, Ольгерт, — сказал Рауль. — Да ещё в такой необычной компании.

— А я, напротив, рад тебя видеть живым и здоровым, — в его голосе промелькнуло удивление. Он не сразу узнал Рауля. Слова же звучали совершенно не искренне, и это мог понять не только я. — Мы здесь для того, чтобы проводить вас в столицу. Вы ведь не станете отказываться от нашей компании? Так ведь, герцог Блэс? — он легко узнал герцога в облике оборотня. Может потому, что чёрных оборотней было мало. Я, к примеру, таких как Даниель, ещё не встречал.

— Ваша помощь нам не нужна, — сказал Даниель, глядя на мага с лёгким прищуром. Он как будто оценивал, доберётся до него одним прыжком, чтобы распороть горло, или нет. — Ступайте своей дорогой. А если встанете у нас на пути, пожалеете.

Мага его слова ничуть не задели и не испугали. Просто он был глуп. Но если бы он мог чувствовать чужие намерения, как асвер, то понял бы, что прозвучавшая угроза — это не просто слова.

— Дорогой герцог, — Ольгерт показательно вздохнул. — Давайте не будем ссориться. Поверьте, нам есть что обсудить.

Я перевёл взгляд на третьего из благородных. Не ошибусь, если это один из старших сыновей герцога Янда. Просто удивительное фамильное сходство. Перед нами словно герцог стоял, только лет на двадцать помолодевший.

— Если у тебя есть что сказать, говори сейчас, — Даниель скрестил массивные лапы на груди, выпрямляясь во весь рост.

— Подобные вопросы не обсуждаются при посторонних, — Ольгерт посмотрел на меня, на асверов.

— Он хочет предложить Вам отдать меня, — сказал я. — Да уж, первый раз вижу, чтобы человек хотел испить моей крови. Вы же не вампир, маг Ольгерт, зачем Вам моя кровь? А вот Луис, — я перевёл взгляд на него, — думает, быстрее он асверов или нет. Успеет ли отделить мне голову от тела, до того, как они вмешаются. Нет,