Фантастика 2026-92 - Роман Валерьевич Злотников

согласился Ким. — Понимаешь, стать у нашего загребного такая, что волосатики женского пола совершенно шалеют, когда его видят. Вот одна не выдержала и… Сам знаешь, какие они откровенные.

Винторук на этот раз что-то заворчал. Ким тут же повысил голос:

— Винторук, ты уж ничего дурного не подумай, и у нас такие бывают. От таких, говорят, пакля загорается. Вот только у нас их не часто встретишь, а у вас — сплошь.

Ворчание улеглось. Несравненные достоинства волосатых красоток, устроивших себе общежитие под трибунами стадиона, видимо, не вызывали у бакумура возражений. Антон все-таки не хотел так легко менять тему.

— Интересно, что она в тебе нашла? — Он снова повернулся назад. — Ну, я имею в виду ту красотку за два метра.

— Что, что? — передразнил его Коромысло серьезно. — Сила дана человеку, чего же тут не понять?

— А чем у вас… — Ростик подумал, — сладилось?

Ким так затрясся от беззвучного смеха, что лодка ощутимо дрогнула.

— Ну, чем? Она приходила, просила рубашку снять, бицепсы трогала. У меня же там шестьдесят два сантиметра… Иногда в пресс и спину тыкала. Но когда стала приводить чуть не половину их табуна, то я решил — все, я им не стриптиз какой-нибудь. И начал прятаться, она поискала-поискала, да и отстала.

— Стать, это верно, — согласился Ростик. — Даже странно, что я тебя раньше не знал. Ты сам-то боловский?

— А у меня все это только за последний год вылезло. Даже сам не знаю от чего. И кормежки мало было, и в зал я ходил не каждый день, не то что некоторые, а как поперло…

— Штангист?

— Гиревик, — вздохнул Коромысло.

— Обрати внимание, Рост, у него не только стать. У него и вправду — силища, — проговорил с уважением Антон.

— Которую мы сейчас и проверим, — сцепив зубы, проговорил Ким.

Ростик с детских пор знал, если его друг так говорит, значит, азарт захлестнул всякий рассудок. Это в нем было, в корейской душе.

— Как проверим? — спросил Сопелов. — Неужели… Да вы что? Вы же лодку разрушите!..

Он был в откровенной панике.

— Мы почти два месяца собирались, — пояснил Ким, отчетливо наслаждаясь ситуацией. — И теперь вот сошлось… Все готовы? Тогда поехали!

Коромысло и Винторук стали рядом и, хотя каждый сам по себе был способен на что-то невероятное, налегли на вертящийся экватор котла вдвоем. Причем работали так, словно в самом деле долго эту слаженность тренировали.

Поворот, в открывшиеся на мгновения лунки вгоняются таблетки, и тут же резко и мощно следовал новый поворот, чтобы показались новые лунки… Спустя пару минут что-то в котле стало шелестеть.

Теперь дело осталось за пилотами. Они переглянулись и стали делать что-то, от чего шея Антона стала наливаться краской. И Ростик вдруг понял, что давление воздуха за прозрачными стенками его кабинки стало возрастать, причем значительнее, чем вчера удавалось Киму. Земля внизу проносилась, чуть не сливаясь в серую ленту, а они только начинали разгоняться.

— Сколько? — заорал Антон.

— Пусть Сопелов меряет ветряком!

Ростик оглянулся. Техник успокоился — наверное, решил, что ничего уже поделать невозможно, покопался где-то, как показалось Ростику, под самодельной лавкой и вытащил приборчик, состоящий из пропеллера, приставленного к легкому тахометру. Все сооружение было ограничено кольцом, позволяющим замерять количество воздуха, прошедшего через эталонное сечение. Но сейчас всех интересовало только число оборотов…

Сопелов открыл боковое окошко и выставил наружу свой приборчик. Пропеллер завертелся под давлением набегающего воздуха, Сопелов включил обычный тренерский секундомер и принялся выкрикивать какие-то цифры. Путем довольно сложных вычислений Ким переводил их в привычные показатели скорости.

— Восемьдесят четыре, — прокричал он. — Антон, переводи передние в погонную плоскость. Только медленно, а то нос провалится, скорость потеряем.

Нос, правда, дрогнул, но быстро выровнялся. Ким с Антоном вполне понимали друг друга. Сопелов опять измерил.

— Восемьдесят восемь с копейками, — получил Ким. — Поднажмем, ребята!

Ребята сзади поднажали так, что шум в котле стал отчетливым гулом.

— Жаль, у нас там клапана нет, если все слишком разгонится… — Антон не договорил.

Внизу быстро промелькнул Чужой город. Сегодня, конечно, никто маневрировать вокруг него не собирался, другим были заняты.

Потом они вдруг разогнались еще быстрее, и очень резко, Ростику даже показалось, что сзади включились какие-то дополнительные ускорители. Ким проорал:

— Об этом скачке скорости Фарид рассказывал. Сопелов, измеряй!

Техник проорал цифру и уже сам перевел ее:

— Девяносто восемь!

— Больше, за сто должно быть! — ответил Ким — У ребят сто два было…

Вдруг сзади послышался всхлип нежданной боли, потом Винторук зашипел, как закипающий чайник.

Ростик так и не понял, то ли бакумур опоздал, вкладывая таблетку, то ли Коромысло от усталости слишком резко рванул экватор…

— Серьезно? — проорал Антон.

— Не очень, — отозвался Сопелов. — Но кровь у Винта идет.

— Еще чуть-чуть, сто десять выжмем и будем тормозить!.. — решил Ким.

Но сто десять на этот раз они не выжали. Не получилось. Теперь слишком осторожно работал Коромысло, и бакумур приглядывался к тому, что тормозило… Тогда и Ким понял, что рекорда на этот раз не будет. Но и достигнутая сотня была неплохим результатом.

— Жаль, — сказал он, пересаживаясь в более спокойную позу.

Скорость стала падать. Винторук и Коромысло отвалились от котла и сели на лавочки, передыхая. Ростик догадался, что при этом снижении скорости они могли какое-то время лететь, не подкладывая новые таблетки, не вращая экватор котла.

Дальше до подраненной лодки добирались неторопливо. Непобитый рекорд сделал ребят неразговорчивым. А это следовало из замечания Антона:

— Фарид говорил, однажды он сто семь сделал наверняка. Но на негруженой машине и без пассажиров.

— И с предельной высоты, — добавил Ким. — Поднимаешься под самое разрежение, разгоняешься, а потом вниз соскальзываешь, это верных километров десять, если не больше, добавляет. Как на санях с горки.

Потом они долетели. Время перевалило за полдень, поход в начальственный кабинет дорого обошелся им.

И все-таки они успели бы обернуться за один день, кабы…

Если бы Сопелов выбрал правильную ногу. Но приготовленная им сменная нога оказалось чуть больше. И регулировочные штанги, которые должны были отлично подойти, не достали до крепежных отверстий. Пока думали, что делать, сожрали обед, и лишь на сытое брюхо пришло решение.

Можно было переставить штанги с той машины, на которой они сами прилетели, а тяги с подбитой, Фаридовой, воткнуть на Кимову. Возни это обещало до темноты, но в принципе было возможно.

— Только ты в таком разе, — посоветовал Ким Антону, когда решили так и сделать, — не очень рычагами ворочай. Рулить придется несимметрично, не как мы привыкли.

— Да почувствую я, — поморщился Антон. — В крайнем случае, гнать не будем.

— Хорошо