Боец СВО. Книга вторая - Владимир Геннадьевич Поселягин

кто это рядом с нами работает, а те не знают. Тяжёлые дроны в основном у нацистов были. «Баба Яга», у нас таких систем нет. Я же пожимал плечами. Ну мне откуда знать было? Ну и пока всё оформлялось, мне командировочные, я размышлял. Второй так и работал по Европе и США, да в Канаде и Австралии отметился, там же тоже помогают нацистам. Ломал всё что можно, чтобы развалить гражданскую инфраструктуру. Пусть своими проблемами занимаются, а в наши дела не лезут. Однако и противоборство нарастало, везде, включая США, переводили на ручное управление, отсекая доступ от сети, так что Второй скоро без работы останется. Предложил мне ещё одну субмарину угнать, уже США, но я наложил вето на такое предложение. Хорошего понемногу, итак за малым Третья Мировая не началась, с применением ядерного оружия.

Дроны я не забирал, как работают по тылам, так и пусть работают в районе Херсона, уничтожая именно тылы. На передовой те редко работали. За эти две недели работая ночами, те уничтожили почти семь тысяч нацистов в личном составе, но и техники на них числится изрядно. Неплохо дела шли, а меня ещё ночью, немного поспать успел, направили в тыл. Да прямо на Ростов, до вокзала. Водила высадил и укатил, а я, поправив баул, в новенькой форме был, прошёл к кассам, а там к военному коменданту. Там как раз поезд на Москву через два часа, чуть раньше приехали, но главное успели, а в вагоне отсыпался всю дорогу до столицы, лежа на верхней полке купе. И мне повезло что опознали меня только под конец пути, паломники пообщаться пошли, иначе вряд ли бы отдохнул. Часто приходилось участвовать в совместном фото, но в принципе не сильно напрягало. У меня вообще язык подвешен, общались нормально. Эмоции свои брал под контроль, столько уже живу и воюю, научился держать лицо и контроль над собой. Методики шаолиня остались в прошлом, они уже не нужны. На вокзале поймал такси и до дома. На квартире достал жён, те удивились, где мы. Были только что на борту яхты, думали со мной землянке будут жить, а вместо этого, раз, и квартира. Так что успел с ними в постели покувыркаться, ну и пока те узнавали у Аиши что там и как, всё же на одну трёх детей скинули, кормить их, сам я вышел на офицера наградного комитета, тот расписал что делать. Да ничего нового, в ателье форму шить, через два дня награждение. А вообще интересно узнать, чем закончиться лето двадцать третьего. В прошлый раз мне не повезло, мессир «дёрнул» и я не дождался окончания войны. Тут же под личной защитой и надеялся, что шанс есть. Так что отдыхал с жёнами. А уж как те отдыхали, от всего, включая детей.

Вечером в ресторане посидели, потом гуляли. Я уже был днём в ателье, мерки сняты, шьют форму. Снова лейтенант, уже привыкать начинаю. В третий раз эти погоны носить буду. В этой жизни, это имею ввиду. Немного отошёл от того что недавно было, уже не вскакиваю, ища оружие, вслушиваясь в тишину, не подбирается ли враг? Больше хлопот Первый и Второй доставляли. Второй ломал портовую инфраструктуру, ронял краны, даже сухогруз утопил. Два крана уронил, один борт разорвал. Там на ручное ещё не перешли. В разных странах наносил удары. Список враждебных к нам государств у него был. Просто шум от этого изрядный поднялся, в новостях информация так и шла. Наши сообщали с заметным злорадством, иностранные пыхтя злобой, обвиняя нас. Первый работая, помогал бойцам той роты что сменили меня, отбивать атаки. Ну и уничтожая всех, кто их блокировал. Ещё и ракетные установки на прицел попались. Нацисты перебросили туда ещё, включая иностранные. До этого были, Первый их сжёг, и больше почему-то не перекидывали. Два десятка потеряли, разные «Ураганы» и «Химарсы», а тут две батареи перекинули, работали с разных мест одиночными установками. Командование ВСУ посчитало обстановку у Херсона критической, и вот дало приказ. Все шесть установок были уничтожены с расчётами. Причём не «Шустрые» работали, а боевик. Станковым гранатомётом и «Утёсом».

А тут Первый умудрился «Шустрого» потерять. Случная пуля, да так, что повредила блок управления и тот упал. Пришлось боевику расстрелять его плазменными пушками, так что на месте падения — лава. Нечего изучать, только расплавленное пятно пластмассы. Я вполне ожидал подобного, удивлён, что только сейчас произошло, те столько продержались. На данный момент дроны на зарядке, ремонтник проводил обслуживание, а то ресурс-то тратился. Расходники у меня есть, но они при мне, не у ремонтника. Так что тот особо не старался. А позже нормальный ремонт проведём. Получив парадную форму, я задумался, крутясь у зеркала. Забирать девчат в хранилище, или нет? Решил, что ещё вернусь на квартиру, потому и оставил. Если куда срочно дёрнут, и не смогу на глайдере забрать, те и сами смогут добраться до «Счастья». Там в трюме стоит челнок для диверсантов, две из дивчин на борту, изучают пилотские базы. Доступ к искину челнока у них есть, активировать маскировку и добраться до Москвы, забрав тут девчат и вернутся на борт яхты, смогут без проблем, в чём я уверен. Да, челнок я оставил. Когда доставал яхту, пришлось в скафандре покинуть борт челнока, пройдя шлюзование. Там достал яхту. Вернувшись на борт челнока, завёл в трюм, судовой искин открыл створку, и поставил челнок там на опоры. А попрощавшись с девчатами, вернулся на Землю на глайдере. Такое ему было по плечу. Хотя расстояние конечно великовато. Да и скорость поменьше чем у челнока. Я потому едва успел, за час до рассвета. И сразу влип в бой с польскими наёмниками.

Доехал я на своём «Прадо», оставил его на парковке и в новенькой форме, без наград, грудь пустая, к зданию правительства. Там проверили документы, металлодетектором, и дальше распорядитель отвёл в зал ожидания. А чуть позже и уже в зал для награждения. Вообще в боевой обстановке такие награды выдают и на передовой, а то и в госпиталях, чины уровня министра обороны или его замов. А мне везло, что в прошлой жизни тут получал, в Москве, что в этой. Причём, дважды. В этот раз меня не министр награждал, не самый любимый мной специалист, жду когда его погонят ссаными тапками с этой должности, а лично президент. Не я один был в зале, а нас тут почти с сотню набиралось. Там дальше, президент сказал торжественную речь,