Этот безумный пролог никогда не закончится. Том 2 - Notego

мне вспыхнуло желание поспорить с ним, и я пошла по коридору, нарочно громко топая. Но когда я приблизилась к столовой, где они ужинали, то затаила дыхание, как воровка. Вместе со стуком моих туфель исчезла и моя смелость.

Вход в столовую никто не охранял. Вместо этого Витер, Деон и Изелла сидели вместе и неторопливо беседовали.

Я посмотрела на них через приоткрытую дверь. Перед ними стояла еда, но никто не брал в руки ложки, полностью сосредоточившись на разговоре. Я закрыла глаза. Посуда не звенела, поэтому их разговор можно было услышать довольно отчетливо.

– Я все время в шаге от того, чтобы потерять бдительность. Аж голова болит.

– Ведь именно для этого я вам и нужна, верно? Честно говоря, чувствую, что оказалась в убытке. Сегодня мне так хотелось сбежать посреди скучной речи священника, – мягко укорила Деона Изелла.

– Но мы все благополучно завершили. Я рад, что ты так быстро смогла переехать в замок. Это успокаивает.

– Вы должны непременно сдержать свое слово и возвысить меня до этого положения.

– Непременно сдержу.

Он тихо рассмеялся. Такого смеха в обычной жизни я от него не слышала.

Витер, который до этого молчал, добавил пару слов:

– Я рад, что леди стала частью семьи. Честно говоря, это предложение мне до сих пор не по душе…

– Витер, – тихо проговорил Деон, и Витер тут же замолчал.

Но затем продолжил:

– Просто хотел это сказать. Тем более сейчас уже нельзя отступать. Я тоже рад, что все разрешилось благополучно. А что касается леди Лиони…

– Ни в коем случае не говори ей. Она все равно скоро уедет, – легко заявил Деон.

Хоть он и сказал, что я скоро уеду, все же это случится не прямо сейчас.

– Думаете, она послушно на это согласится? – Витер был единственным, кого терзали сомнения.

– На мой взгляд, ей будет лучше переехать в другое место, хотя бы ради нее же самой. Неужели вы хотите, чтобы она осталась здесь, Витер?

На слова Изеллы Витер тихо ответил:

– Я согласен. Чем скорее она уедет, тем лучше.

Я затаила дыхание.

Затем с их губ сорвались слова «замена» и «защита». Контекст был таким же, как и в том письме, которое я подсмотрела.

Я поняла не все, но одно теперь знала наверняка. Они готовятся отослать меня. В этом не было сомнений.

Изелла добавила:

– Я стану верным мечом принца.

– Надеюсь, будешь еще и щитом.

– Если захотите, смогу и это. Стану вашим надежным щитом.

Я отпустила дверную ручку, за которую уже взялась. Я ушла точно так же, как пришла, поднявшись на носочки и тихонько отступив назад. Хотя они сидели далеко от дверей, их смех достиг самого конца коридора.

Я рухнула на пол, не в силах сделать даже несколько шагов. В ногах совсем не осталось сил. Я всегда готовилась покинуть Деона, но даже представить не могла, что меня бросят вот так.

Хотя прошло уже несколько часов после возвращения из храма, он так меня и не позвал. Не предлагал мне совместную трапезу и тем более не говорил ни слова о помолвке. Похоже, они были полны решимости скрывать все до конца.

Он уложил меня в постель, спас, вытащил из тюрьмы. Но вся его нежность была лишь частью актерской игры. Деон оказался прекрасным актером. Он умел не только владеть мечом, но и управлять человеческими душами.

И даже выбрасывать тех, кто больше не нужен.

Прием в честь помолвки прошел скромно – на него были приглашены лишь несколько ключевых фигур из столицы. Можно сказать, что этот прием был в замке принца первым за последние десять лет.

Двери зала, плотно закрытые на замок, открылись. Слуги внесли туда вещи, подмели и вычистили все внутри. Они принесли посуду, которая была нужна для приема, и расстелили в круглом зале ковер. Я шла в теплицу, но увидела, как слуги закрепляют концы ковра, и во мне взыграло любопытство.

Стоило войти в зал, как все взгляды сосредоточились на мне. Сузившиеся, округлившиеся, глядящие исподлобья глаза. Десятки глаз уставились на меня. В них читались недобрые эмоции. Все эти люди сторонились меня. Как только я ощутила взгляды, мои движения, которые только что были естественными, стали скованными.

Слуга, стоявший ближе всех к дверям, закончил вытирать подсвечник и собирался было опустить его, как вдруг снова поднял руку и начал протирать сухой тряпкой даже те места, которые уже не нуждались в чистке. Его прикосновения были слишком жесткими и сильными.

Я почувствовала, что зашла туда, куда не следовало. Тихо развернулась и вышла. Они только смотрели на меня, но атмосфера в один миг стала настолько давящей, что было невозможно дышать.

Узнав о помолвке, я несколько дней не выходила из комнаты. И все же мне следовало их поздравить. Ведь люди посчитают странным тот факт, что я все время избегаю Изеллу. Я не могла вечно сидеть взаперти в своей комнате, читая книги и изнывая от скуки.

Я обратилась к одной из служанок, которая убирала коридор. Девушка с каштановыми волосами, которая изредка поправляла мне платье. Она послушно последовала за мной в мою комнату, дверь которой я тут же закрыла.

– Хотите что-то мне приказать?

– Когда прием?

– Сегодня вечером.

По царящей вокруг суете я поняла, что прием состоится уже совсем скоро, но не ожидала, что это произойдет так внезапно.

– Я узнала о нем слишком поздно. Если бы мне сказали заранее, я купила бы подарки и подготовила платье. Нужно починить его хотя бы сейчас. Принесешь иголку?

Я достала одежду, которую хранила в шкафу. Это оказалось красивое платье, сверху фиолетовое, но переходящее книзу в розовый цвет. Я протянула платье служанке, но та не взяла его, и ее пальцы задрожали.

– А, ну… – Немного помявшись, она осторожно заговорила. – Леди, вам не нужно готовить одежду.

Державшая платье рука дрогнула.

– Почему?

– По приказу, вы не должны участвовать в приеме.

– Я?

Я не только не получила приглашения, но и совсем не должна была заходить?

– Это приказ его высочества?

– Да…

У меня вырвался смешок. Он оказался таким холодным и внезапным, что горничная застыла, а затем вжала голову в плечи. Я и сама знала, что она ни в чем не виновата.

Мне было обидно, но я не хотела отступать:

– Тогда я могу хотя бы помочь.

– Не нужно.

– Нет-нет. Мне было скучно сидеть в одиночестве.

Я закрыла книгу, которая лежала на постели, положила ее на стол.

По лицу служанки было ясно, что она испытывает смущение.

– Ну… На самом деле… – нерешительно начала