Синхронизация. Том 2 - Алекс Бредвик

это так… тогда вопрос «Почему я?» становится еще более обоснованным. Ибо почему всё же я⁈ Почему не ребенок девятки или восьмерки⁈ Потому что сын двух сёрферов, двух людей с высокой синхронизацией, но которые не пробились достаточно высоко, чтобы стать уж больно значимыми⁈ Может, произошедшее с отцом на самом деле не случайность, а целенаправленная подстава⁈ И чем больше вопросов в голове всплывает… тем больше тянется за ними следом. Нет, надо успокоиться. Нужно отвлечься.

Ник : привет еще раз. К вам можно?

Ханако : привет. Да, сейчас у мамы спрошу. Она с флешкой возится. Но ничего пока не получается.

Ник : тогда прихвачу ПМР. Там разъемы есть, может, с его помощью получится что сделать.

Ханако : захвати, лишним не будет. Всё равно именно ты ее нашел.

Ник : это, типа, можно от меня не скрывать?

Ханако : не типа, а так оно и есть. Сам пойми… там столько Хейзов было.

Ник : хе. Понял. Кстати, по поводу них, подойду, переговорить надо будет.

Ханако : угу. Интересно, что купили сегодня?

Ник : честно, я даже забыл, что вы с мамой по магазинам опять пошли…:) Но да, это тоже интересно.

Ханако : и почему я не сомневалась, а?..

Пока Хано спрашивала у своей мамы, я дочитал еще несколько интересующих меня моментов, после чего отложил учебник в сторону. Глянул на холодильник. Живот намекал, что пора перекусить, но подруга точно не оставит меня голодным. Она всегда чем-то угощает. И я искренне надеюсь, что они не спустят все эти деньги разом в трубу. А еще надеюсь, что у СГБ не будет вопросов, откуда эти деньги. По логике… уже должны были возникнуть. Хотя, учитывая, что есть бумаги, да если оформлены как наследственные… то могут просто отмахнуться.

Минут через десять Ханако пригласила, я спустился, и меня сразу усадили за стол. Даже не спросили, голоден я или нет. Просто взяли и посадили. Ханако, кстати, тоже была принудительно мамой усажена за стол, а тетя Юкио была максимально приветливой и доброй.

На столе появилась фунчоза, они любили ее готовить и, соответственно, есть. Курица, обжаренная мелкими кусочками, вяленое мясо в каких-то специальных специях, красная, чтоб меня Туман пожрал, рыба, которая у нас в реке вообще не водится. Ну откуда в реках быть красной рыбе? Или я чего-то не знаю? Ну и фруктов довольно много. Видимо, кто-то решил отпраздновать тот факт, что привалило много денег.

ПМР я принес в коробках, так что положил их около кухонного стола. Надевать я его пока не стал. И, видимо, верное решение.

— И это вы сегодня всё закупили? — с удивлением осмотрел я стол. — Тут минимум полтыщи Хейзов!

— Не считай чужие деньги, Ник, — довольно строго проговорила мама Ханако. — Какая тебе разница, сколько мы потратили, чтобы тебя отблагодарить?

— То есть это планировалось? — посмотрел я на подругу, которая тут же со смущенной улыбкой отвела взгляд. — Та-а-а-ак! А чего сразу не сказала?

— Хотели сюрприз устроить, — едва слышно проговорила она. — А еще мама получила повышение уровня гражданства. Как окончу школу, нас ждет переезд. Соседями по этажу буквально будем. Туда уже новый модуль завтра ставить будут наш. Точнее, мой… у меня два года будет своя комната…

— Поздравляю! — искренне улыбнулся я. — Нет, это действительно здорово! Кстати, учитывая, что вокруг происходит, вас не дергали из-за внезапно появившихся богатств?

— Уточнили, попросили бумаги для уточнения, откуда средства. Нашли на флешке завещание, к которому Хейзы прилагались. Отправили в СГБ. Больше вопросов не задавали, — пояснила Ханако. — В завещании просто написано, что это скопленные и спрятанные средства, которые предполагались к моему взрослению.

— Мы с Олегом предполагали, что мне уровень гражданства повысят где-то в ее шестнадцать, — показала наклоном головы на дочь тетя Юкио. — Оказались правы. Так что была высока вероятность, что нашли бы при переезде. Но… теперь переезд будет проще, не придется искать, где пару ночей провести после демонтажа всех блоков тут. Новенький жилой будет нас уже ждать.

— Ну тогда это здорово, — улыбнулся я. — Налетай?

— Налетай, — с теплой улыбкой проговорила тетя Юкио и показала рукой на еду.

Ну и мы накинулись. Но всё равно меня не оставляло чувство, что где-то что-то мы упускали. Не может же СГБ просто взять и спокойно такое «съесть». Ну просто взяла и из ниоткуда появилась у семьи огромная сумма денег. Вот как так? Может, пока поднимают старые записи о различных финансовых потоках? С помощью программ пытаются выявить соответствие? Если так, то будет вопросов еще больше в будущем. А сейчас, может быть СГБ не оказывает воздействия на Ханако как раз из-за того, что она может поступить именно к ним.

Но когда мы доели, единственная мысль была о том, что тетя Юкио и Ханако не будут всё спускать на дорогую еду, а куда умнее поступят с деньгами. Всё же тетя Юкио — учитель, думаю, знает, как правильно, а вот всё это — исключение, просто чтобы порадовать себя.

Мы немного поболтали, после чего направились по своим «комнатам». С Ханако некоторое время поболтали ни о чем, а потом повисла гнетущая тишина. Нужно было с ней обсудить вопрос Аэлиты. Хоть и знакомы всего ничего… но не чужой же она человек! Ну, блин, боль в том мире реальна. Мой отец — доказательство тому, что даже умереть можно из-за Реатума. Кстати, я так и не нашел тела Марьяны, хотя толком и не искал… возможно, что автоматика привела его в таверну, хотя могу ошибаться. На форумах ничего об этом не написано, хотя люди тоже выходили из виртуала в рандомных местах. Кто-то открывал глаза на кладбищах, кто-то в тех же местах, кто-то в тавернах. Так что… непонятно, как это всё работает.

— У Аэлиты беда, — поднял я взгляд на Ханако.

— Она мне писала перед тем, как в Реатум зайти, — кивнула. — Я посоветовала с тобой поговорить. Мне показалось, ты сможешь ее успокоить.

— Она мне тоже перед тем, как зайти, написала, — нахмурился я. — Получается, следом за тобой. — Ханако пожала плечами. — В общем, у нее отца забрала СГБ. Причину, думаю, ты знаешь. Но они не только забрали его, но и все его счета заблокировали. То есть ей жить не на что. Запасы еды есть, а вот если они подойдут к концу, то она даже пасту купить себе не сможет. Потому что нули. И вот я не знаю, что делать на самом деле…

— Я