Повелитель гоблинов. Том 6 - Андрей Мельник

— Да, конечно. Простите. — Она развернулась и вышла, причём слишком быстро даже для кетры.

Я нашёл штаны под столом, рубаху на скамье, один сапог у двери, другой почему-то на каменном выступе стены… Как он туда попал — загадка, достойная отдельного расследования. Сами доспехи так и остались лежать разбросанными по полу.

Я вышел на улицу. Тали стояла у стены, скрестив руки. Ночной свет падал на неё сбоку, подсвечивая напряжённые скулы и сжатые губы. Она нервничала, что для неё было нетипично. Обычно эта кетра спокойна как удав, даже когда режет кого-нибудь.

— Ну, веди. Что там за проблема?

Мы прошли через площадь мимо дымящихся углей вчерашних костров, мимо спящих вповалку гоблинов, мимо Спартака, который храпел, привалившись к столбу. По пути я на мгновение заглянул в дом вождя: Луна обнимала ногу Миори, Миори обнимала подушку. Моя Астокарай вчера тоже, насколько я помню, оторвалась по полной. Хорошо, хоть не танцевала на радость всему миниполису, а только мне. Да и поёт она очень красиво.

Мы вошли в закрытое от посторонних глаз святилище. Внутри было прохладно, царил полумрак. Хотя какие-то масляные лампы горели.

Знакомый алтарный камень, несколько подношений, магические символы на стенах… Посередине стояло кое-что новое, чего здесь раньше не было, — каменная чаша. Причём достаточно большая, чтобы в неё поместился взрослый гоблин или, скажем, взрослая кетра. Чаша была заполнена чистой водой, в которой отражался потолок святилища.

— Откуда это? — Я обошёл чашу по кругу, присматриваясь.

— Сделали. По указанию Геры. — Тали неподвижно стояла у входа.

— Ты сделала каменную чашу за один вечер?

— Не за один… Я давно готовилась, — слегка стесняясь, ответила девушка.

— Понял. А к чему готовилась? И в чём проблема?

Тали помолчала. Потом подняла руки к застёжкам своего кожаного нагрудника и расстегнула их. Одежда полетела на пол: нагрудник, пояс с ножнами, рубаха и всё остальное. Кетра стояла передо мной обнажённая, и в полумраке святилища её кожа казалась бледно-золотистой, а глаза горели зелёным огнём.

— Святилище и жрицу Диониса вы благословили, — проговорила она ровным голосом, хотя уши снова подёргивались. — А о разведке забыли. У Геры есть одна священная традиция… Омовение. Это позволит мне усилить свои бонусы как жрице, но… Я никому, кроме своего вождя, не позволю притронуться к моему телу. Помогите мне, пожалуйста.

Ну что же… Как мужчина, я обязан нести ответственность за тех, с кем я заключил контракт. Если ей для обретения бонуса и силы нужно омовение, что бы там ни подразумевалось под этим словом, она его получит. Да и у меня как у вождя должны быть хоть какие-то привилегии, в конце концов.

Глава 13

Неделя пролетела как один длинный, суматошный, полный приятных и не очень желанных событий день. Я открыл глаза и уставился в знакомый потолок, сложенный из тёсаного камня и просмолённых брёвен. Мой новый дом… Как ты мне мил со своей дверью. Ещё бы окна сделать вместо дыр в стенах… стекло научиться изготавливать…

Я приподнялся и осмотрел свою уменьшенную копию зала совета. Она была спроектирована мной. Добавил изыска и лоска в виде выкрашенных занавесок на окнах, смолы, увеличивающей на пять процентов прочность постройки, и прочих технических ноу-хау, из-за которых на складах возник лёгкий дефицит нетиповых и сложнодобываемых материалов. Благо с остальными проблем не было.

Прошло достаточно времени с тех пор, как я официально сделал частью моей большой гоблинской семьи Карамельку и Тали. Но хоть и прошли дни, а счастью девушек всё ещё не было предела. Но счастье было разное.

Тали получила развитие своей жреческой должности и бонусы от Геры, ну и, наконец-то, перестала тайно завидовать Миори, что вылилось в довольную улыбку и счастливые взгляды при встрече со мной. А Карамелька… Она просто была счастлива до глубины души.

Наконец-то, спустя столько времени моего пребывания в этом мире я мог спокойно раздеться, лечь на примитивную самодельную кровать и не переживать, что кто-нибудь заглянет на огонёк с утренним докладом о козявках в амбаре. Сюда же из дома вождя перетащил всё нажитое непосильным трудом. А прежнее место моего обитания превратилось в пещеру подрастающей на глазах Луны. И в своё логово она пускала остальных только за кусочек свежего мяса.

Я потянулся, поправил венок на голове и сел. Пора заняться управленческой рутиной. Мы полным ходом осваивали не включённое в список технологий «делегирование полномочий», и мои гоблины постепенно привыкали делать доклады, вести записи, чтобы ничего не забыть, отчитываться с утра и внимательно присматриваться к кадрам в поисках помощников и заместителей.

Я поднялся, размялся, оделся, натянул сапоги, подвязал поножи. Доспехи надевать не стал, ограничился кожаным нагрудником и Гиматием Тирана поверх. Красное торжественное одеяние вождя как-никак. Сегодня и день особенный, хотя об этом пока не знает никто, кроме меня и Эйнштейна.

Вышел на устланную досками площадь, в центре которой вместо фонтана привлекал внимание всех и каждого внушительный колодец. Вдохнул полной грудью воздух, улыбнулся и привычно принялся оценивать произошедшие изменения.

Матрассийск за неделю преобразился настолько, что я порой ловил себя на мысли, будто попал в другое поселение. Новые длинные дома тянулись ровными рядами вдоль утоптанных троп, ожидающих поставки обработанных досок для настила, защищающего от ям и луж при дожде.

Со стороны ремесленного квартала поднимался дым работающих кузниц и постоянно слышались удары молота. На площади четырёх божеств уже приучали к молитвам сегодняшнее пополнение. Чуть подальше велась активная работа с двойным частоколом. Туда орки таскали землю, насыпали новый слой и готовились его утрамбовать.

Болт клялся жизнью закончить до конца следующей недели. Правда, почему-то не своей, а своего заместителя. Того подобная клятва мотивировала пахать чуть ли не круглосуточно. Хитрая тактика…

В стороне дымили три кухни разом, обеспечивая растущее население достаточным количеством порций. И кухни не маленькие, на каждой по десять «человек» работало. Паста устроила там такой порядок, что даже Спартак побаивался заходить без спроса и всегда косо поглядывал на её поварёшку, что она носила за поясом в качестве персонального оружия.

Утренняя зарядка на свежем воздухе стала моим ритуалом. Пятнадцать минут на растяжку, отжимания, приседания с утяжелителем в виде Карамельки. Некоторые гоблины подражали мне, повторюхи, а дамы с радостью делали вид, что они тоже сладкие, как Карамелька. После всего этого меня ждал бег вокруг частокола.

Закончив, я прошёлся до зала совета. Я кивнул дежурному стражнику у входа и прошёл внутрь. Камин уже горел, на столе стояли глиняные кружки с горячим отваром, а вдоль