Неправильная попаданка, или Я не злодейка! - Лоя Дорских

— Благодарю за бесконфликтное разрешение моего поспешного предложения и принятия…

— Предложения? — переспросила я у Вельтера, отворачиваясь от Кайдена. — Вы меня не так поняли. Я с удовольствием стану учиться у вас. Но без переезда во дворец. Мне… нужно время освоиться в Северных Землях, как вы верно отметили. А лучшего места, чем дом Варлии — и придумать нельзя.

На самом деле, здесь меня держала только Иза. Точнее, сам факт того, что служанка принцессы придёт за мной, как и обещала. Пока её появлению мешал придворный маг, поселившийся в соседней комнате. А во дворце? Да мне даже представить сложно, сколько трудностей я организую Изе, если соглашусь на такой сомнительный переезд.

— Но…

— Астрид, — холодно обратился ко мне Кайден, не давая на глазах побледневшему доктору закончить реплику. — Я же четко сказал, что против этого.

— И что мне делать с этой информацией? — хмуро ответила я ему, скрестив на груди руки. Правда, тут же зашипела, стиснув зубы и быстро вернула прежнюю позу. Боль появилась внезапно и утихала слишком медленно. Именно поэтому следующий вопрос я задала слишком эмоционально: — Кто ты такой, чтобы решать за меня, где мне жить и на кого учиться? У меня даже родители себе такого не позволяли!

— Ты понимаешь, что даже брат не позволяет себе разговаривать со мной в подобном тоне? — немного шокированно уточнил у меня Кайден.

Судя по интонации, его вопрос был риторическим.

Но руки продолжало припекать, и думать я могла только об этом.

— Не знала, что у тебя есть брат, — зло выпалила я, не понимая, уходит боль или наоборот, усиливается. — Я думала, такой скверный характер обычно образуется у единственного ребенка в семье. Всеми залюбленного и донельзя избалованного! Да что ж такое… — прошипела, присаживаясь на стул.

Легче не становилось.

— Ты…

— Простите… аллергия… — с трудом выкрикнула Варлия, откровенно засмеявшись. В её попытки замаскировать это кашлем никто из присутствующих больше не верил.

Даже Эрвейна оторвала глаза от дощатого пола, с немой завистью провожая взглядом спешащую на выход женщину.

— Удивительное стечение обстоятельств! У меня как раз есть настойка…

— Стоять, — пресек Кайден попытку лекаря убежать отсюда вслед за Варлией. — Мази для Астрид на ближайшее время. Бинты. И от боли что-нибудь. Быстро.

— Голова? — переспросил Вельтер, но что-то прочитав по лицу Кайдена, перевёл взгляд на меня. — Астрид, вам больно?

— Да! — рявкнула я, сама не ожидая, что получится так громко.

Впрочем, я не ожидала что Кайден заметит раньше моего врача тот маленький факт, что мне необходима помощь.

— Я сам. Можешь помочь Варлии с аллергией, — заявил придворный маг Вельтеру, забирая у него баночки. — А потом возвращайся во дворец. Здесь твои способности больше не потребуются.

— Возвращаться… своим ходом? — едва слышно уточнил лекарь.

— Эрвейна.

— Будет исполнено, — мгновенно отозвалась девушка, выбегая на улицу раньше доктора.

Кайден же, отставив выданный ему лекарский инвентарь на стол, поднёс к моему лицу баночку с отвратительно пахнущей настойкой.

— Выпей, пожалуйста, — от того с какой мягкостью в голосе он это произнёс, я откровенно зависла. — Астрид.

— Ты сказал «пожалуйста», — нашла я оправдание своему замешательству, выпивая содержимое.

Запах не обманул. Никогда прежде мне в рот не попадало что-то настолько вязкое и горькое!

— Сиди, — остановил мою попытку встать Кайден, положив мне на плечо руку. — Почему с тобой всё… так?

— Потому что иначе было бы скучно, — на автомате ответила ему, чувствуя, как горечь постепенно теряет яркость, а вместе с этим и утихает боль.

49

Кайден

— Можешь убрать руку? — попросила меня Астрид, после того как я проигнорировал три её ненавязчивые попытки сбросить мою ладонь со своего плеча.

— Не могу, — коротко ответил, концентрируясь лишь на тенях и том, как моя магия легко проникает в тело принцессы, сливаясь с мазью под бинтами и заставляя последнюю работать как нужно.

— Прилип? — один вопрос и я изумлённо моргаю, переключая зрение на обычное и смотря в лицо Астрид.

Ни намёка на улыбку или шутку.

— Ты хочешь, чтобы боль окончательно ушла? — ответил я вопросом на вопрос, ожидая необходимой тишины и отсутствия попыток вырваться.

— У меня уже почти ничего не болит, — ошарашила меня ответом девушка.

— Ничего почти не болит? — переспросил я, убирая от неё руку. Всё, как она просила.

— Немного жжёт, — буднично заявила девушка, поднимаясь со стула и бодро перемещаясь к кухонному углу. — Меня больше волнует это ужасное обезболивающее. В жизни не пила ничего более горького!

Наблюдая за тем, как принцесса находит графин с водой и наливает себе стакан, чтобы залпом осушить его, я стоял и… не верил своим ушам.

Принцесса Астрид.

Вторая в очереди на трон Велигоского королевства.

Девушка, что воспитывалась в тепличных условиях, в окружении любви, заботы и людей, готовых исполнить любой её каприз.

Девушка, самым страшным потрясением для которой должны быть туфельки не того цвета. А самым жутким ранением — порез от шипа розы, который случайно пропустил и не состриг садовник.

— Скажи, а ты точно принцесса? — озвучил я вслух терзавший меня вопрос.

Понимал, что он в большей степени риторический. Но всё же…

— Что? — переспросила Астрид, хотя я готов был поклясться — девушка прекрасно всё расслышала.

— Сомневаюсь в твоём благородном происхождении, — усмехнулся я, навалившись бедром на столешницу и скрестил на груди руки.

— А, ты в этом смысле, — выдохнула Астрид, стараясь скрыть от меня облегчение. — Это потому, что я работаю помощницей травницы? — уточнила она и, не став дожидаться ответа, начала мне пояснять то, о чем я не спрашивал. — А разве у меня есть выбор? Я либо живу, найдя своё место, либо…

— Я в том смысле, что ты слишком легко переносишь боль, — повысив голос, я остановил поток разъяснений принцессы. — Учитывая нравы и условия твоего воспитания… наводит на странные мысли.

— А мысли о том, что я терпеливая, у тебя не возникало? — изобразив удивление, Астрид осторожно вытянула перед собой руки. Несколько раз согнула и разогнула в локтях, после чего пожала плечами: — Едва заметно жжёт. Даже не могу сказать, что больно.

Отвернувшись от меня, она снова наполнила себе стакан и жадно выпила его. Кажется, непроходящая во рту горечь тревожила девушку сильнее неприятных ощущений в руках.

Я даже поймал себя на мысли сказать ей, что мог бы убрать и это…

Но промолчал.

Сама же попросила убрать от неё руку.

— Терпеливая, работящая, ответственная и кристально честная, — процитировал я то, что Астрид мне когда-либо говорила, характеризуя себя.

— Именно так, — кивнула она, в третий раз