Тень землянки - Алла Железнова

позади Диара, придерживая неудобное полотенце. Но он подошел к другой неприметной дверце. За ней на полочках аккуратно разложены вещи. Черная рубашка была извлечена на свет и передана мне, вместо пуговиц к полам были пришиты металлические крючки. Сказать, что я была удивлена? Нет, но я глубоко задумалась – чья она? На плечи этого кхагарта она налезет разве что внатяг, хотя покрой у нее свободный.

– Поторопись, я тоже хочу искупаться.

Выходить мой хозяин явно не торопился, потому под мое недовольное ворчание и под его заинтересованным взглядом я отвернулась, накинула грубую, но аккуратно сшитую ткань на плечи, застегнула крючки до колен, и лишь потом сдернула полотенце. Протянув его кхагарту, я гордо прошла мимо в своем новом наряде и спустилась вниз, закатав рукава до локтя на ходу. Ступеньки огромные. Главное в темноте нос не разбить или, чего хуже, не полететь с них.

На барной стойке был разложен мой скудненький ужин.

– Сегодня в меню только сухари и молоко майорана.

– Кого?

– Не кого, а чье, – поправил меня ящер.

– Откуда оно? – подняла я массивную кружку, наполненную до краев. – Да еще и с пенкой. Свежее.

– Сиддар принес.

– Когда? – не переставала я удивляться.

– Только что. Завтра на завтрак омлет.

– Боюсь спросить, из чьих яиц, – обронила я, пробуя пенку на вкус. – М-м-м! Вкусно!

Слушая мое сладостное мурчание, выражающее довольство и счастье от вкушения настоящей еды, Диар рыкнул что-то, отвернулся и пошел наверх.

– Не рекомендую выпивать сегодня все. Оставь на завтра. У нас с тобой еще… вечерняя процедура не пройдена, – прошипел он напоследок.

Молоко в бокале булькнуло, я чуть не подавилась. Опять?! И все же я выпила его полностью, слишком уж хотелось чего-то свеженького, можно сказать, живого. Возможно, завтра я об этом пожалею, кишечник окажет сопротивление. Но, признаю, дала слабину, устала очень. Домой хочу, на Землю…

Помыв за собой бокал в удобной по высоте мойке, я пошлепала босиком на второй этаж, снова жалея, что нет ковров. Зайдя в комнату, посмотрела на дверь, за которой шумела вода, и поплелась к кровати. Окинула ее взглядом, забралась, отодвинула одну из подушек к краю, накрылась отдельным одеялом и закрыла глаза. Все тело тут же охватила слабость, пусть и подушка великовата, и матрац твердый, но одеялко-то пушистое и такое родное!

– Как я скучала по тебе, – произнесла я, обхватывая его ногами и проваливаясь в дрему.

– Рано еще спать, – прошипел кхагарт бодро, выходя из ванной и не позволяя мне провалиться в крепкий сон.

– За что? – простонала я в подушку. – Боги, за что вы меня ему отдали?

Я развернулась к нему лицом и засмотрелась. Чешуйки блестят от влаги, отбрасывают легкие блики. Шипы на локтях и голове смотрятся теперь еще более устрашающе. Вроде и привыкла уже к присутствию монстра в моей жизни, но все равно боюсь его. Особенно когда знаю, что сейчас меня спеленают и будут кормить кровью! Ящер обтирался свежим полотенцем ровно до тех пор, пока не перевел на меня свои желтые глаза. Диар замер, его радужки вдруг сменили цвет на голубой. Я поздно осознала, что, обняв одеяло, рубашка обнажила ноги чуть ли не до ягодиц. Быстро поправив ситуацию, спряталась под одеялом по пояс и немного поднялась.

– Интересные у тебя штаны, – пыталась унять я свои нервишки, принявшись обсуждать первое, что пришло в голову. – Как ты хвост размещаешь?

– Возьми, да посмотри, – весело фыркнул кхагарт.

Я аж икнула.

– Что ты… в самом деле, рассказать сложно?

– Молния у нас не спереди, как у гелеонцев, а сзади. Над хвостом, – он подошел к кровати.

– А-а-а, понятно.

Чего он медлит? Зачем на меня так пристально смотреть?

– Может, завтра ты выделишь мне собственную комнату? Обещаю вести себя хорошо.

– Неужели?

– Обещаю, – заглянула я в его голубые глаза с надеждой.

– Нет, – сказал, как отрезал.

– Почему?

– Так надо.

– Кому надо?! – не выдержала я и зашипела, накуксившись.

– Мне, – он осторожно забрался на кровать, нависая на до мной.

– Что? Зачем? – я вжалась в подушку и натянула одеяло до носа.

– Потому что я так хочу. Иди сюда, – протянул он мне полотенце. – В этот раз сама все сделаешь.

– Нет. Мне это не нужно.

– Еще как нужно. Позже поймешь, зачем.

– Не хочу, – отвернулась я, зная, что бесполезно.

– Я хочу, – прошипел он над моим ухом, отчего по телу пробежали мурашки.

Боже, мы же такие разные, почему они побежали к животу?

– Хас-сша, я жду.

С тяжелым вздохом я смирилась. Все равно же силой заставит. Так лучше самой. Я села, повернулась к Диару, не поднимая на него глаз, послушно перебралась к нему на колени. Кхагарт постелил полотенце на мою грудь и обвил мою талию рукой, прижимая к своему крепкому торсу теснее.

– Я ведь не убегаю. Это настолько необходимо?

– Необходимо.

Он привычно надкусил не прикрытую чешуей кожу на своем запястье, я обхватила его когтистую ладонь своими руками и осторожно поднесла ко рту, накрывая рану губами. Сегодня все было по-другому. Я сделала все сама. Без криков, слез, сопротивления. Послушно пила кровь, что стекала из ранок неторопливыми каплями. Над головой было слышно тяжелое прерывистое дыхание моего монстра. Я увлеклась, прислушиваясь к нему, и коснулась темной кожи языком, раз, другой. Диар зашипел и плотней прижал меня к себе. Его пасть сместилась к моей шее, туда, где остался шрам от укуса. Раздвоенный язык едва коснулся шеи, заставив меня вздрогнуть от неожиданности.

– Постой, райсана, хватит, – попросил он с хрипотцой в голосе.

– Я сделала тебе больно, райсан Диар?

– Нет. Конечно, нет, – он приподнял мое лицо вверх за подбородок, вынудив встретиться с ним взглядом. Ящер аккуратно стер с моих губ алую каплю. – Просто на сегодня достаточно. Умница. Ложись, отдыхай.

Как только я перебралась на свое место, он обвернул свою кисть полотенцем и поднялся.

– Пойду, застираю. Не беспокойся ни о чем. Я буду рядом.

– Ладно.

Задержался в этот раз в ванной он надолго. Я ожидала его со страхом и трепетом одновременно. Но не дождалась, уснула. Сон хоть и был крепким, но беспокойным. Мне снились тени, ящеры, Иринка с Ольгой и чернота космоса. Позади с кхагартами остервенело бьются скелеты, объятые пламенем. А впереди распростерлась бездна, что безжалостно засасывала меня. В ней ничего и никого нет, шаг к ней был путем в один конец. Я словно на краю пропасти, на пороге космического корабля, у открытого шлюза. Вселенная дала мне выбор – раствориться в ней или… Я так часто дышала, даже плакала, не знала, как мне поступить. Выбор за