Система дефрагментации - Сергей Сергеевич Мусаниф

— Мир, сука, тесен и давит мне в плечах, — сказал Виталик. — Что им тут надо?

— Они охотятся на Элронда, используя меня в качестве наживки.

— Приманки, — сказал Федор. — Ты был бы наживкой, если бы они рыбачили. А на охоте используют приманки.

— Эксперты по охоте и рыбалке порою находятся в самых странных, сука, местах, — сказал Виталик.

— Главное, что суть вы уловили.

— То есть, к нам в гости катит еще и, сука, Элронд?

— Ты же на самом деле не думал, что все будет просто?

— Я надеялся, — сказал Виталик. — Но, разумеется, ни хрена не верил.

— Но и это еще не все, — сказал я.

— Догадываюсь, — сказал Виталик. — Так что прекращая цедить новости по чайной, сука, ложке и вываливай все оптом, к хренам.

— Изволь, — сказал я. — Кто-то убил в больнице тех парней, что напали на меня на пляже. Шеф Рамирес послал запрос по моему месту жительства и месту работы, так что легенда трещит по швам и жить ей осталось не более пары дней. Кроме того, ты, скорее всего, закончишь очередную свою жизнь в безымянной могиле в подмосковном лесу, Федор не сможет вернуться на Землю, а Магистр утверждает, что он мой отец, но это не точно.

— Э… — сказал Федор. — Ы….

— Любишь ты все драматизировать, Чапай, — сказал Виталик. — Давай по списку. На тех парней нам наплевать, убили и убили, фигня случается. Интернета тут еще не изобрели, так что запрос он отправил спасибо, если не голубиной почтой, и до начала апокалипсиса ответ вряд ли получит, так что по этому поводу вообще переживать не стоит. Про себя и своей образ жизни я и так все знаю, безымянной могилой и подмосковным лесом меня не испугаешь, оно, в принципе, уже давно к этому шло. А что касается предполагаемого вашего с Магистром родства, так это просто плюнуть, растереть и забыть. Ты уже взрослый мальчик и можешь принимать решения, не оглядываясь на реакцию, сука, папочки.

— Э… — сказал Федор. — А что там насчет того, что я не вернусь на Землю?

— Человек, инициирующий изменения, сам этим изменениям не подвержен, так мне объяснили, — сказал я, состроив скорбную мину. — То есть, если у тебя на голове будет Венец и Земля откатится к доигровому состоянию, тебя на ней уже не будет. Мне очень жаль, Федор.

— Мне тоже, — подхватил игру Виталик. — Я знаю, как ты хотел вернуться, к хренам, так что это настоящий попадос.

Глава 21

Вот казалось бы, взрослый человек, системный администратор, без пяти минут мастер школы огня…

Мы терпеливо ждали, когда Федор закончит отплясывать. Мне кажется, он не кувыркался от радости и не совершал акробатические кульбиты только за неимением физической возможности, маги ведь ловкость практически никогда не качают, а Федор не отличался особой сноровкой и в доигровые времена.

В которые, к великой своей радости, ему уже не суждено вернуться.

Наплясавшись вдоволь, он успокоился и вернулся на место.

— Судя по тому, что ты не вернулся домой ночевать, свидание удалось, — сказал Виталик. — Как прошло?

— Нормально, — сказал я.

— Должно быть, в твоих устах это настоящий комплимент и любая женщина будет счастлива, услышав такое, — сказал Виталик. — Как там погода? Нормально. Как тебе мое новое платье? Нормально. Я не слишком толстая? Нормально. Ты меня любишь, дорогой? Нормально.

— Отвянь, — попросил я.

— Джентльмены о таком не распространяются, понимаю, — кивнул Виталик. — Расскажешь ей правду? Ну, вот это этом обо всем? О том, откуда ты появился и что ждет ее уютный мирок?

— Зачем?

— Чтобы в ваших отношениях не было никакой, сука, недоговоренности.

— Еще нет никаких отношений, — сказал я. — И, учитывая, сколько времени осталось этому миру, вряд ли будут.

— Это с твоей стороны нет никаких отношений, — сказал Виталик. — А с ее стороны она уже думает, как назвать первых шестерых детей и какого цвета крыша должна быть у вашего, сука, домика.

— Ты мыслишь стереотипами, — сказал я. — Впрочем, ты зомби, удивительно, что ты вообще мыслишь.

— Я попросил бы без вот этих шовинистических, сука, намеков, — сказал Виталик. — Мертвые жизни тоже имеют значение.

— Ну-да, ну-да, — сказал я. — Раскопай своих скелетов и устроим карнавал.

— Уже скоро, — пообещал Виталик. — Но меня терзают смутные сомнения. С одной стороны, ты пришел с удачного свидания. С другой — ты вывалил на нас груз проблем. По идее, тебе должно было полегчать, но ты все равно выглядишь озабоченным. Нет ли еще каких-нибудь мелких незначительных подробностей, о которых ты не успел нам рассказать?

— Да, — сказал я и изложил им ситуацию с Элрондом, Магистром и Борденом.

Некоторое время они оба молчали, переваривая услышанное. Но если Федор молчал все еще радостно, окрыленный новостью о том, что ни магии ни нового мира он не потеряет, молчание со стороны Виталика было мрачным и тягостным.

— Значит, если я правильно, сука, понимаю, то Элронд заявится сюда только в момент открытия нашего окна, — сказал он. — И до того, как это окно начнет закрываться и мы сможем воткнуть в Систему данные для нашего отката, Элронд должен быть уничтожен, иначе все это вообще не имеет смысла, потому что потом его уже будет не остановить, и это наш последний шанс не дать ему сожрать всю игровую часть галактики к хренам?

— Ты правильно понимаешь, — сказал я. — Как вариант, мы можем уничтожить его здесь вне зависимости от открытия-закрытия окна, а откатывать Землю будем в другой раз.

— Не-не-не, к хренам, — сказал Виталик. — В другой раз еще какая-нибудь фигня вылезет, так мы и будем вечно сказать из мира в мир, ничего, по сути, не изменив. Нужно закрывать вопрос здесь, такое мое мнение.

— А если он вообще не придет? — спросил Федор.

Я развел руками. Ответа на этот вопрос у меня не было.

— Он придет, — сказал Виталик. — Он хоть и интеллект, но искусственный, у него есть алгоритмы, он видит угрозу, он устраняет угрозу. Чапая он пытался устранить уже не раз, так что не думаю, что сейчас что-то изменится.

— Может быть, он будет копить силы.

— Зная, что Магистр сотоварищи тоже на месте не сидят и идут по его следу? — уточнил Виталик. — Элронд не их тех, кто выбирает выжидательную позицию, он шарашит при первой же возможности. Что ты сказал Магистру?

— Ничего определенного, — сказал я. — Обещал поддержку, конечно, но сказал, что решение приму сам.

— И он это скушал?

— С большим трудом.

— И какое же твое решение, к хренам?

— Я не знаю, — сказал я. — Тебе же известен мой метод.