Последняя битва-2 - Данияр Саматович Сугралинов

Посева, затем была Культивация цивилизации и ускорение ее прогресса, чтобы как можно скорее увеличить популяцию, провести Жатву и собрать урожай. Было много нюансов того, как это проходило, но важнейшим стало создание барьера, переходного измерения между материальным миром и вселенским инфополем. Барьера-ловушки, который не давал душам умерших улететь в инфополе.

Души скапливались в этом измерении, а потом, когда приходило время Жатвы, собирались и поглощались. Жатва происходила в несколько волн, после чего планете давали короткое время на восстановление природного баланса и засеивали заново.

Дикие миры, такие как Земля, найденная Им, никакого барьера-ловушки не имели, поэтому Ему пришлось изрядно потрудиться, чтобы в одиночку создать некое подобие.

Он начал с малого – вкрадывался в сны первобытных шаманов, нашептывал мысли, которые создавали иллюзию общения с предками. Влиял на впечатлительные умы первых правителей, направляя их к созданию культов. Он заложил основы первых религий, где верующие с трепетом внимали жрецам, вещавшим о загробной жизни и посмертном воздаянии.

И вот уже миллионы верили: если душа грешила, она не может подняться ввысь, к «небесам». Все, что Ему оставалось, – просто преобразовать эту веру, что-то для смертных эфемерное, в неполноценный, но все же барьер. Неполноценным он был, так как работал избирательно и не всегда эффективно, но для Него, истощенного и обессиленного, это стало спасением.

Отныне душа верующего человека не могла уйти во вселенское инфополе. Она опускалась в Ад, где Он встречал каждую заблудшую душу и поглощал ее энергию. И, конечно, «грешников» было много, ведь даже определенные мысли считались греховными.

В Аду Он выстроил целую систему мучений, уровней и кругов, рассортировал человеческие пороки и страдания, создав бесконечные градации геенны огненной. Каждый получал по заслугам: обжоры корчились от вечного голода, гордецы вмерзали в лед, а предатели переживали свое предательство снова и снова, вечно. Проще говоря, Он давал душам настояться, обрасти энергетическим «жирком», созреть еще больше.

А Он насыщался. Насыщался и рос. Его сила множилась с каждой поглощенной душой, возможности все ширились, и Он начал создавать себе прислужников из самых испорченных душ – демонов. Тогда же пришел момент, когда Он научился не просто создавать миражи и видения, но и входить в умы смертных полностью, вытесняя их сознание, занимая тела как новые сосуды. Правда, были ограничения: единовременно в измерении могла существовать только одна сущность, и это требовало энергии. Очень много той самой эфемерной энергии, ради которой Он поглощал души смертных.

Сколько жизней Он прожил таким образом? Десятки? Сотни? Римский император, безымянный вождь гуннов, испанский инквизитор, австрийский художник… Каждый раз Он стремился посеять максимум зла, горя и страданий, чтобы впоследствии пожать богатый урожай искалеченных душ. Опыт Его цивилизации и многих Жатв свидетельствовал: что посеешь, то и пожнешь. И зло умножается намного больше, чем добро.

В последние век-два Он предпочитал держаться в тени, направляя события, но не становясь их центром. Мир изменился, стало сложнее сохранять анонимность.

Зато близилось время, когда Он мог бы провести Жатву, ведь рост популяции планеты резко ускорился…

Но полвека назад Его планы потерпели крах. Кто-то намного более сильный, но подобный Ему, пометил эту ветвь миров, включая все альтернативные версии Земли, как свою собственность и переключил поток душ в настоящую ловушку – полноценный барьер, а не в Его Ад, созданный подручными средствами.

Альтернативных миров, кстати, не бесконечное множество, как считают некоторые люди, и создавались они действительно ключевыми развилками развития человечества. Таких миров было немного. Впрочем, доступа к ним у Него не имелось, да и откуда? По меркам тех, кто пометил Землю как свою собственность, Он был жалким одномерным изгнанником, питавшимся объедками.

Тысячелетиями Он сканировал инфополе в поисках новых территорий, жаждал найти точку опоры в альтернативных мирах, но все тщетно. Он был слишком слаб. Ему удалось нащупать лишь три таких Земли, но попасть туда Он смог бы, только проведя Жатву доступного Ему мира. Теперь это не светило.

Его последним воплощением на Земле стал Исмаэль Кальдерон, лидер Объединенного картеля, а потому открытие Дисгардиума заинтересовало Его не сразу. Поначалу казалось, что это просто очередное развлечение для масс, и только ощутив во вселенском инфополе пульсацию нового мира, Он понял: создается новый мир, новая вселенная. Причем развивается этот мир с невероятной скоростью.

Это был шанс. Потратив колоссальный объем энергии Ада, Он вошел в ритм нового мира и начал там поиски идеального носителя. И нашел – в критический момент, когда сильнейший смертный Дисгардиума, Люций, находился на грани между жизнью и смертью, когда его тело претерпевало трансформацию и было наиболее уязвимо для захвата. Будь Люций в порядке, Ему пришлось бы отступить, не хватило бы энергии на захват сильной души, но сейчас…

Боль от трансформации отвлекла Люция, и он не успел ничего сделать, когда нечто чужеродное ворвалось в разум, начало рыться в воспоминаниях, ломать и выдавливать его личность, словно вминая в стены собственной же души.

Он поглотил личность наместника Андары, впитал воспоминания, обычаи, манеры вести себя, обратил весь опыт на собственное благо. И жуткое сознание эфемерной сущности, явившейся с другого конца галактики, начало разворачиваться, словно черный бутон розы, на изнанке прежнего разума.

Так Он обрел сущность в еще одном мире. И, в отличие от Земли, здесь Он был практически бессмертен.

Иронично, что в этом новом теле Он стал демоном – яркий образ, навеянный людям лично Им тысячи лет назад.

– Подобие, – промурлыкал Он устами Люция. – Насмешка. Нелепость.

С этого момента Он существовал одновременно в трех мирах: в Аду, в Дисгардиуме и на Земле. Впрочем, в Дисгардиуме Он пробыл недолго, будучи снова изгнан. В Преисподнюю.

* * *

Рассвет разорвал тьму, когда миллионы новоявленных демонов под предводительством великих князей Диабло, Белиала и Азмодана выступили против объединенного войска трех континентов, состоявшего из последователей Новых богов.

За спиной демонов были десятки выигранных битв, врагов вытеснили за пределы Андары. Перед ними раскинулась Лахария – земля дикарей, ведомых безумными магами, ставшая оплотом объединенного войска.

Он, занявший тело генерала Люция, вел легионы демонов против темнокожих воинов с опаленными на солнце лицами – фанатичных приверженцев Нергала. Демоны уничтожали всех на своем пути, вливали в атаки свою ярость, радость обретения новых тел, всю свою неприязнь к последователям Новых богов.

На том поле в тот закатный день дикие племена были разорваны и растерзаны, словно никогда не обучались владеть мечом. Люций разрубал тела, будто это были не сталь и кожа, а масло под раскаленным ножом. Он растаптывал их, вырывал хребты, и в какой-то