Код ZERO. Том 1. Пробуждение - Анна Кондакова

Когда я поднялся в спальный отсек, где размещались новички, то картина предстала совсем другая, нежели днём.

Там царил хаос!

Гул стоял жуткий.

Народу была куча, все галдели, разговаривали, смеялись, а кто-то, наоборот, ревел навзрыд, кто-то с кем-то ругался, кто-то с кем-то обнимался, кто-то просто валялся на кровати, слушал музыку или болтал с Симоной.

Я вошёл, остановился на пороге и оглядел зал.

Почти все места были заняты — новобранцев за последнее время прибыло достаточно.

Ещё я заметил, что парней тут больше половины, а девчонок явно меньше. Да и возраст был разный, хоть и не сильно. Я увидел ребят как совсем мелких, лет двенадцати, так и старших, лет двадцати.

Плакали, кстати, как раз маленькие, чаще в одиночестве, сидя на кровати, поджав ноги и уткнувшись лицом себе в колени, сжавшись в комок от ужаса.

Перепугались, бедняги, попав в неизвестный мир, да ещё без родителей. Это же, по сути, военная школа, где никто ни с кем не церемонится и не сюсюкается. Есть задача и миссия — все должны её выполнять.

А вот ребята постарше уже успели распределиться по компаниям и вполне привыкнуть к новым обстоятельствам.

По крайней мере, сделать видимость.

А куда деваться? Не рвать же на себе волосы.

Девчонки тоже сбились в небольшие группы. Они перешёптывались, что-то обсуждали и исподтишка разглядывали парней постарше, оценивающе или робко.

Странно, что в казармах не сделали раздельные спальные залы: мужские и женские. Зачем-то разместили всех вместе, от того некоторые заметно смущались друг друга.

Возможно, так хотели показать, что здесь все на равных и никому не будет поблажки, что здесь нет «прекрасного пола» и «сильного пола». Что здесь все должны стать сильными и, по возможности, прекрасными.

Короче говоря, казармы военной магической школы в новом мире выглядели довольно привычно для казарм такого рода.

Вот только стоило мне сделать несколько шагов, направившись к своему месту под номером «113», как я сразу же привлёк всеобщее внимание.

Спасибо Орфео Косте, чтоб его!

Заметив меня, он проорал на весь зал:

— О, Терехов! Как тебе свидание с Саваж? Вы уже целовались?

Все, кто был в спальном зале, моментально замолчали и повернули головы в мою сторону. В тот момент я был готов выдернуть Орфео не только язык, но и голову. Вот поганец!

— Не твоё дело, Орфео, — бросил я, отправив ему взглядом обещание двинуть в морду за такие вопросы, да ещё на людях.

Кто б знал, каких усилий мне стоило сделать спокойный вид. Когда на тебя пялятся не меньше полсотни человек, то сложно сохранять невозмутимость.

Когда я дошёл наконец до своей кровати, один из новобранцев из магов-альф усмехнулся и громко обратился ко мне:

— Эй, долговязый! Будь осторожен! Саваж тебя сожрёт! Говорят, она уже столько ущербных сожрала, чтобы их перевели на другие факультеты! Ты явно на очереди! Она просто тебя прощупывает! Не ведись!

Я посмотрел на крепыша-блондина в красном комбезе, смерил его хмурым взглядом и ответил без наезда:

— За себя лучше волнуйся. Я сам разберусь.

Тот сощурился, мгновенно зацепившись за возможность поконфликтовать.

— Тебе с альфами лучше не ссориться, понял? Нас тут много, а вот ты в меньшинстве, нулевик.

Я ещё раз окинул взглядом зал. А ведь действительно. Новобранцев в серой форме здесь вообще не было. Ни одного, кроме меня.

Ни единого, чёрт возьми!

То есть когда Саваж говорила, что за последние месяцы поступило «мало» новобранцев Зеро, то она имела в виду меня одного, что ли?..

— Ну что, убедился? — ухмыльнулся крепыш. — У тебя нет поддержки.

Я опять посмотрел на него.

— Отсутствие у меня поддержки влияет на уровень твоей дерзости, или как?

Кажется, он не понял, что я имел в виду, потому что рожа у него стала глуповатая — наверное из-за усиленного мыслительного процесса.

— Ты меня сейчас оскорбил, что ли? — наконец дошло до него.

Видимо, эта сцена кому-то показалась смешной, потому что по всему залу послышались смешки.

— Отстань от него, Максимус! — вдруг потребовала от крепыша девушка с середины зала, тоже, кстати, альфа.

Симпатичная, с длинной чёрной косой и выразительными карими глазами.

— Не будь идиотом! — добавила она. — Ты не того выбрал мальчиком для битья. По нему же видно, что ему на тебя плевать, хоть он тут и один.

— Вообще-то, он не один! — Рядом со мной неожиданно встала Банни Роу, в своём ярком жёлтом комбинезоне и значком с буквой «Е» на груди.

Её кровать находилась рядом с моей — под номером «112» — так что далеко идти ей не пришлось.

Роу показала средний палец блондину-альфе и процедила в своей любимой манере:

— У него есть поддержка магов-экспертов, тупой говнюк. А нас тут много. Пятнадцать человек, если ты считать не умеешь.

Она переглянулась с девчонками и парнями в жёлтой форме в разных сторонах зала, и по её взгляду можно было догадаться, что она уже успела со всеми познакомиться.

— Оглянись вокруг, альфач! — зловеще ухмыльнулся Орфео, поднявшись с кровати под номером «110». — Локаторов тут тоже немало. И лучше бы тебе с нами не шутить, ибо шутки локаторов могут дорого стоить твоей психике.

По залу опять пронёсся смех, уже более громкий и в основном мальчишеский.

Это обозначили себя маги-локаторы в синей форме, а про них я действительно слышал, что они «те ещё отмороженные психи».

В итоге у магов-альфа — а их тут было больше всех — появилась не меньшая группа сопротивления. В любом коллективе не любят психопатов с желанием самоутвердиться, а этот Максимус именно такой. Надо быть слепым, чтобы этого не заметить.

Внезапно Эббе Торгерсен прогнусавил со своей кровати:

— Смею предположить, что всеобщий конфликт не принесёт человечеству пользы.

Все разом посмотрели на Эббе.

Его положение было сейчас самым незавидным из всех. Он попал на факультет Альфа и сидел сейчас в красной форме, а значит, должен был выбрать сторону «своих», то есть магов-альфа, либо стать «предателем» и поддержать друга-нулевика.

Однако Эббе выбрал тактику нейтралитета под лозунгом «Давайте жить дружно!». Только эта тактика никак ему не помогла.

— Заглохни, котлета! — заржали несколько парней альфа.

— Котлетам слова не давали, — заулыбался крепыш Максимус. — Котлеты вообще говорить не умеют. Их обычно жарят, имей в виду.

Похоже, он побоялся публично обломать об меня зубы, поэтому решил переключиться и найти себе новую цель для самоутверждения. Более слабого во всех планах парня, да ещё и со своего факультета.

В этом зале хоть и были упитанные студенты, с весом не меньшим, чем у Эббе, но