Узник хрустального шара - Дмитрий Витальевич Шелег

без лишних вопросов, правда перед этим пришлось поизображать ошарашенного и обеспокоенного произошедшим подростка. Отец Феди обнаружился под моим спортивным навесом, куда принесли стол и несколько стульев из дома. Проводить допрос в здании, по понятным причинам, никто не собирался. А под навесом тебе и крыша, и даже три стены по периметру, позволяющие организовать некоторую зону приватности.

Как выяснилось, Всеслава опросили лишь на словах и велели дожидаться уполномоченного должностного лица. Вскоре появился уставший и сонный капитан в чуть мешковатой одежде, который посмотрел на меня недовольным взглядом, а затем велел идти куда-нибудь поиграть.

Закатив глаза, как это делают подростки в моём представлении, я покинул навес, обошёл по кругу хозяйственные помещения и замер у тонкой стены с другой стороны, что позволило мне слышать разговор без лишних усилий.

Всеслав держался вполне неплохо, рассказал всё так, как я его инструктировал. Проснулся, сбежал, услышал крики, выстрелы, увидел заклинания и поспешил в деревню. Никого из убитых не знает и никогда не видел. Что им может понадобиться от бедных людей, даже не представлял. Я напрягся лишь единожды, когда капитан уточнил, где в это время был сын, но отец Феди не подвёл и рассказал про какую-то подругу в городе и безбашенных друзей, с которыми проводит время отбившийся от рук ребёнок.

— Дети, — едва не сплюнул капитан и, сменив тон, добавил: — С другой стороны, возможно, его отсутствие спасло вам обоим жизни. Двоём могли бы и не сбежать. Первая группа была бандитами недавно убитого Лома, вторые — из рода Глиновых. Возможно, эти имена вам о чём-то говорят?

Всеслав ответил что-то откровенно невнятное, и полицейский от него отстал, а вот подошедшие следом жандармы в чёрных костюмах были настроены по-другому. Один из них был молодым, дерзким и, судя по настрою, жадным до работы.

«Не перегорел ещё от вала работы» — подумал я, разглядывая вновь прибывших через маленькую щель.

Напарник молодого, словно по иронии, был полной его противоположностью. Невысокий сорокалетний мужчина с небольшим животом, залысинами и мятым костюмом, который без энтузиазма занял стул капитана, не забыв предоставить ему свои документы.

— Ну⁈ — начал молодой, когда полицейский поспешно удалился. — Рассказывай! Как ты заманил этих людей сюда?

— Кого? — уточнил у него Всеслав.

— Этих людей, — ткнул пальцем молодой в сторону трупов.

Всеслав посмотрел на копошащихся полицейских и честно ответил:

— Позвонил по телефону.

Молодой, услышав признание, сделал стойку.

— Зачем тебе это понадобилось⁈ Отвечай! Быстро!

— Потому что в мой дом вломились, бросались заклинаниями и разрушили его, — добросовестно ответил Всеслав, заставив меня улыбнуться. Если бы я не знал о его проблемах, то посчитал бы, что это он так издевается над жандармами.

Видимо, и они пришли к подобному выводу. Несколько секунд все молчали, а затем молодой разозлённо прошипел:

— Охренел что ли⁈ Самый умный здесь⁈ Сейчас я возьмусь за тебя всерьёз! И мы поговорим по-другому!

— Успокойся, — произнёс второй мужчина спокойным тоном, заставив молодого замолчать, а затем обратился к Всеславу: — Расскажите, что здесь произошло.

Чародеев, подготовленный полицейским, уже более бодро и без лишних размышлений повторил нашу версию событий и по её окончанию замолчал.

— Значит, всё так просто? — уточнил молодой. — Проснулся, бросился бежать через окно — и тебя никто не остановил? Не заметили? А одеться когда успел?

— Одеться? — удивлённо переспросил его Всеслав и задумался.

Спустя секунд тридцать терпение молодого кончилось, и он напомнил вопрос.

— Так что насчёт одежды⁈

— Одежда есть, — уверенно ответил Всеслав. — Но она в шкафу. Мастерка отличная. Почти новая. Только кармана нет, а сыну не нравится.

— Стоп! — заорал молодой и посмотрел на напарника. — Я не понимаю! Он что, издевается над нами⁈

Затем взгляд переместился на Всеслава.

— Скажи, Чародеев⁈ Издеваешься⁈ Для тебя всё это шутка⁈ А⁈

— Это хорошая мастерка! — насупился отец Феди. — Я не понимаю, почему она никому не нравится!

— Это не смешно! — заметил молодой, а напарник ухмыльнулся.

— Не горячись, Петя. Не издевается он.

— Не издевается? — переспросил молодой. — А почему тогда…

Мужчина отчётливо хмыкнул.

— И чему вас теперь учат? Ты что про род Чародеевых никогда не слышал⁈

— Слышал конечно! — ответил второй. — Да вот только какое отношение к роду предателей крови имеет этот…

— Заткнись! — уже знакомо прошипел разъярённый Всеслав, резко поднявшись во весь свой немалый рост, и с ненавистью посмотрел на молодого, который от неожиданности сделал несколько шагов назад и поднял руку, словно намеререваясь создать боевое заклинание.

— Ромов! Отставить! — рявкнул старший и поспешил вскочить наноги.

— Всеслав Брячиславович, от имени департамента жандармерии я приношу извинения роду Чародеевых за резкие высказывания своего коллеги. Он не имел информации о вашей принадлежности к древнему боярскому роду.

Молодой беззвучно выругался, опустил руку и, оттянув ставшее тугим горло рубашки, произнёс:

— Всеслав Брячиславович, прошу прощения за свои поспешные слова.

Чародеев, от тощей долговязой фигуры которого словно бы исходило желание убивать, замер не шевелясь, а затем со всей силы ударил кулаком по столу, заставив его разломаться на две части.

«А он действительно силён, — в который раз удивился я. — Это же кухонный стол, он был достаточно крепким».

Молодой вновь отступил назад, а старший, остановив его, произнёс:

— Присаживайтесь, Всеслав Брячиславович, мы ещё не договорили.

Спустя секунд десять Чародеев словно отмер, механически сел с неестественно прямой спиной и по просьбе старшего коротко повторил свой рассказ, который был один в один как только что слышанный.

— Скажите, вы один здесь живёте? — задал вопрос старший.

— С сыном. С Феденькой, — ответил Всеслав после небольшой задержки, и его голос вдруг наполнился теплотой. — Один он у меня остался.

— А где он? — тут же задал вопрос старший, заставив меня понервничать.

— Да где-то здесь был, — сказал Чародеев и добавил: — Недавно из города вернулся.

— Из города? — переспросил молодой, уцепившись за главное.

— Да, — произнёс Всеслав, а старший уточнил:

— Мой коллега пытается узнать, где ваш сын был этой ночью.

Я замер, напряжённо вслушиваясь в слова Всеслава, и тот продолжил:

— Он был в городе. Со своими друзьями или какой-то девушкой. Он у меня самостоятельный.

Ещё немного попытав Чародеева и не вытянув из него ничего нового, жандармы отпустили его и попросили привести