Имперский вор. Том 7 - Дмитрий Ра

Второй — это сделал или князь Львов, или Кирилл Городнов. Но Львову источник тёмного эфира на хрен не нужен. Остаётся Городнов.

Третий — это сделал, скорее всего, Колдун. А отсюда вытекает тот факт, что Колдун уверен в смерти Станислава Каменского. И при этом знает, где находится мой родовой источник.

При первой нашей встрече он напрямую заявил, что ему нужен этот источник. Значит, был уверен, что теперь я — старший в роду Каменских. А без старшего в роду источник ему бесполезен. Но вот о том, что даже если бы я согласился, то не смог бы им пользоваться ни для кого другого, Колдун точно не в курсе.

Мысль перебивают грохот и вопли.

— Твою ж мать!!! — орёт Лекс, шагнувший в мою комнату и споткнувшийся о невидимую под иллюзией тушу химеринга.

И в результате знатно приложившийся об пол.

Ух ты, я и не знал, что благопристойный княжич способен нецензурно ругаться.

— Да когда ж это кончится! — стонет Лекс, исчерпав запас ругательств. — Слушай, ну можно же опять к лешему обратиться, а? Пусть он сделает эту тушу обратно котом! Я задолбался об него спотыкаться!

Нельзя, на самом деле. Леший сказал мне, что помочь с этим больше не сможет.

Крайт не пострадал, но слегка смущён и пытается влезть под кровать, транслируя мне обиженное: «Этот младший неуклюжий! Корова! В стае коров не надо!»

Ну… тогда у нас не стая, а стадо, потому что об здоровенного химеринга под иллюзией кота даже я умудрился споткнуться пару раз.

— Считай это тренировкой, — предлагаю Лексу. — Кстати, ты до сих пор плохо группируешься при падении. Надо отработать.

— То есть это у нас новый тренажёр такой… — бурчит Лекс, потирая колено. Надо отдать ему должное: о том, чтобы выселить «разжиревшего» кота из своих апартаментов, Лекс ни разу даже не заикнулся.

Развожу руками и перехожу к делу:

— Слушай, вот предположи, что у меня есть штука, которая тебе очень нужна. — И невинно добавляю: — Офигенские часы, например.

Лекс хмыкает.

— И выкрасть их нельзя — только получить добровольно. Причём я их спрятал в секретное место, и оно тебе тоже известно. Представил?

— Ну?

— Что будешь делать?

— Куплю их у тебя, — пожимает плечами Лекс.

— Я не хочу тебе продавать.

И Лекс Львов, подумав всего минуту, предлагает ту же версию, которая пришла в голову мне. Собственно, это лежит на поверхности, но я всегда проверяюсь.

— Тогда я сделаю так, чтобы и у тебя не было возможности прийти в то секретное место и забрать часы. Пока я не соберусь этим заняться.

— Как именно ты это сделаешь?

— Масса вариантов. Но самый простой — чтобы ты сам временно забыл, где лежат часы.

Он смотрит на меня и улыбается.

— Я для этого блок тебе снимал, да?

Киваю.

— И что, вспомнил, где лежит что-то секретное?

— Это я давно знаю. Но ты сам сейчас предположил, что блок был поставлен, чтобы я этим секретным не мог пользоваться.

— Вряд ли это часы… — замечает Лекс.

— Это мой родовой источник. Помнишь, я вам говорил, что не знаю, где он? Так вот, давно уже знаю.

— Ну раз знаешь, то, выходит, мы зря сегодня старались, — вздыхает он.

Не зря.

Секретничать нет ни смысла, ни желания. Да и нет тут особого секрета. А две головы всегда лучше одной.

Рассказываю Лексу суть проблемы и сразу же добавляю:

— Я ни в чём не подозреваю твоего отца. Уж кто-кто, а он мог просто сразу после пожара отвезти меня к родовому источнику Каменских — это раз. Без проблем. Друг семьи. Но главное — мой источник ему вообще не нужен. Род Львовых — светлый.

— И это радует, — кивает Лекс. И задумчиво добавляет: — Но тогда остаётся только Городнов. А он умер. Да и вообще он был неплохой человек, как по мне. Я хорошо его помню. И на похоронах я тоже был.

— Да, я теперь вспомнил.

— В общем, его подозревать тоже странно.

— Давай оставим личное отношение и посмотрим со стороны, — предлагаю я. — Объективно. К моменту смерти Городнова о местонахождении источника Каменских знали, кроме главы рода, только трое: я, князь Львов и Городнов. По крайней мере, никого другого отец к источнику не возил. Насколько мне известно.

— Ты можешь об этом просто не знать, — замечает Лекс.

Пожимаю плечами:

— Маловероятно, я всё же наследник. А главное — тех, кто знал, тоже стёрли бы из моей памяти. Но сейчас все воспоминания при мне, ты же только один блок нашёл. Итак. После смерти моего отца об источнике знали уже только двое: я и опять князь Львов, которому оно не надо. И кто поставил мне блок в таком случае?

— Чертовщина какая-то… — беспомощно говорит Лекс. — Ведь тогда выходит, что Городнов жив, чего тоже быть не может.

Да ещё как может. Только на моей памяти один кадр воскресал трижды, хотя в последний раз его хоронили как положено: с колом в груди и отрезанной головой в ногах. Ну, правда, он был вампиром, которых в этом мире, по счастью, нет. Но вот двойников никто не отменял. Для важного дела как только не извернёшься!

Окидываю хмурого Лекса взглядом, машу рукой и открываю ноут. Только предупреждаю:

— Сейчас покажу кое-что. Но учти: если хоть кому расскажешь, твой отец узнает, что ты спец-карманник.

— Ник!

— Ну извини, — хмыкаю я. — Не клятву же с тебя брать.

Да и что такое та клятва в сравнении с воровством часов, если твой отец — князь и главный безопасник империи. Несмываемый позор в его глазах.

— Лучше бы ты про себя чего постыдное рассказал, чем вот это всё… — вздыхает Львов и садится рядом.

В очередной раз прокручиваю сцену воровства в отцовском кабинете. Объясняю, когда именно это случилось.

— Всё сходится, — мрачно подтверждает Лекс. — Но… может, всё-таки двойник?

— Где именно? — спрашиваю я. — Здесь? — тычу пальцем в экран. — Или в могиле Городнова?

— Это и нужно выяснить в первую очередь, — говорит Лекс. — Основной